Беларусь 2019. Бассейн и столовая

                Экстрасенсы в бассейне.

  Перед ужином отправляемся в бассейн (строго по расписанию). Нас всего пятеро: две женщины и трое мужчин, по очереди стоим под душем Шарко, а подплывая то к правому, то к левому бортику делаем подводный массаж суставов ног, у подводных струй приличный напор. Неожиданно ко мне подплывает крупный, нет-нет, не дельфин, а мужчина лет 65-ти.
– Ну, что, не стали слушать мои советы, а я бы вам подсказал…
Недоумевая, гляжу на него… да кто вы такой, думаю я про себя, мало мне советов супруга по поводу и без. Но незнакомец продолжает:
– Вы знаете, я ведь не простой мужчина, я почти экстрасенс! ; он внимательно смотрит на мою реакцию.
Час от часу не легче, мне только этой зауми здесь и не хватало, думаю я про себя. А «экстрасенс» невозмутимо так:
– Я, как глянул на вас с велосипедом, так сразу и представил, что сейчас произойдёт, так оно и получилось – вы упали.
Уж и не знаю какую-такую реакцию он ждёт от меня… Ну, не люблю я этих чревовещателей. Еще во времена телесеансов экстрасенса Кашпировского, когда вся моя семья мотала головами вслед за его пассами, лично я не понимала этой гипнотической дури. Прошёл не один десяток лет, всё бесовство, как мне казалось, кануло в лету, а тут нате вам, пожалуйста! И где… в пансионате Академии наук, откуда ни возьмись, «отрыжка прошлого безумия». Но я молчу, дабы не дать повода доморощенному экстрасенсу развить свои теории. А впрочем, ему моего согласия или отрицания и не требуется.
   Игорь в это время оживлённо беседует с другими пловцами – спасенья от вещуна не будет.
– Извините, может быть, уступить вам место под массажными струями? – с надеждой в голосе спрашиваю я. Сама делаю вид, что любуюсь чудесным видом за окном бассейна; там, на фоне уже желтеющих берёз, дерево (гибрид) боярышника, усыпано крупными алыми ягодами.
Но «товарища» не так-то легко отвлечь от «любимой» темы.
– Спасибо, спасибо, продолжайте массаж, я просто постою рядом, хотите, расскажу вам про мою родную сестру.
Нет-нет, я не хочу слушать ни про его сестёр, ни про его других родственников, ; отвечаю ему мысленно, да только его вопрос и не вопрос вовсе, а такая фигура речи.
– Есть у меня сестрица, и вот пожелал ей один сосед что-то нехорошее, ну чтоб случилось в её семье. А она, не будь дурой, не смолчала и в ответ сказанула, как отрезала:
 – Гляди дорогой, как бы это не случилось в твоей семье.
– И что вы думаете (господи, да ничего я не думаю, вот пристал)? Через какое-то время в той семье убивают сына, во как…
Недоумённо смотрю на рассказчика: для чего он мне всё это рассказал, чтобы я убедилась в силе их семейной «дьявольщины»? Либо не пожелала ему чего в ответ...
– Извините меня, конечно, всё это плохо, даже очень плохо, но при чём здесь я…
Право не знаю, какого ответа он ждал от меня, но быстро сориентировавшись, продолжил: – Да я и не говорю, что это хорошо, и всё же… – он не успевает закончить фразу, но тут уже я, даже для себя неожиданно, ляпнула: – Ох, как я вас понимаю, ведь я и сама такая «глазливая» провидица… – и пристально так смотрю в глаза «экстрасенсу». «Товарищ», видно, не рассчитывал на такой ответ и потихоньку, потихоньку отгребает от меня в сторону, а затем уплывает в другой конец бассейна.
   Хотите знать продолжение сего знакомства?.. Вы не поверите: «товарищ экстрасенс» проникся ко мне уважением и начинал улыбаться мне ещё издали, а приближаясь, протягивал кулак для приветствия, так положено у нас, у «провидцев»! И никаких тебе раскрытых ладоней…
   Игорь, наконец, заметил, что я задерживаюсь, и зовёт меня, выходя из бассейна: – Кажется, мы опаздываем на ужин, давай, скорее выходи.

                Столовая
 
   Большой зал санаторной столовой почти полностью заполнен отдыхающими. Наш столик у окна (никаких свободных перемещений, за всеми закреплены определённые столики). Первый день нашими соседями была молодая семья из Курска, на вид им было чуть больше сорока лет. Они уехали и сегодня у нас новые соседи Света и Толя из Орла, оба врачи: она педиатр, а он врач-гинеколог. Н-да, не часто такие сочетания встречаются!
   Анатолий довольно высокий, плотный мужчина лет 55-ти, Светлана - стройная крашеная брюнетка, рядом с мужем выглядит просто девушкой.
– Мы из Саратова, вы из Орла, перед вами за нашим столиком сидела пара из Курска, а вот аборигенов (белорусов), что-то не видно, – начинает Игорь издалека, ; мы с супругой первый раз отдыхаем в санатории, и пока нам всё нравится.
Предостерегающе кладу ладонь на руку мужа:
– Дай людям поесть, иди лучше добавь нам ещё салата.
   В это время на раздаточный столик принесли ещё судки с салатом из капусты и помидоры с сиреневым луком.
– А что, можно брать добавку? Толик, принеси и нам тоже.
– Сейчас, сейчас, Светочка, ; ласково отвечает супруг.
– Мы ведь тоже первый раз в санатории и не знаем здешних порядков, – просто объясняет Светлана, – дети выросли и теперь мы можем себе это позволить.
– Да-да, никто не тянет за подол, а у нас выросли уже и внучки, правда, есть самая маленькая, но она всё больше с мамой, – поддержала я Светлану, – вы ещё молодые, вам про внуков рано думать.
– Это вам так кажется, на самом деле мы с мужем уже на пенсии, правда пока продолжаем работать, чтобы материально поддерживать детей. У меня дочка в этом году оканчивает Саратовский юридический институт, а сын студент-второкурсник в Питере. А у моего супруга есть уже и внучка.
  Ничего особенного, думаю я про себя, судя по разнице в возрасте, видно, что у её мужа Толика это не первый брак. По правде сказать, они не выглядят, как пенсионеры, но кто их знает, этих медиков, какие-такие «вредные» условия труда учитываются у них при выходе на пенсию. Гинекология для мужчин, точно, не самая лёгкая профессия. Теперь про то, как они помогают своим деткам. Те суммы помощи (200-300 тысяч рублей), наводят меня на мысль, что наша медицина не такая уж и бесплатная.
   Мы частенько потом пересекаемся со Светланой в процедурных кабинетах, а вот Анатолия видим только за столом в столовой.
– Не иначе, ваш супруг принимает где-то иные процедуры, – шучу.
– Это правда, я сам себе сделал все необходимые назначения: подолгу гуляю в сосновом лесу, дышу фитонцидами, а потом прихожу в номер, читаю детективы и сплю, сплю – отсыпаюсь.
Не иначе у гинеколога ночная работа или кто-то мешает ему по ночам спать…
   Мы не задаём нашим врачам нескромных вопросов по поводу здоровья, а сами они ничего не рассказывают. Судя по тому, как Светлана целыми днями мечется по процедурным кабинетам, у неё проблемы со здоровьем. Ни разу не видела их на речке, даже в самые жаркие дни, а ведь лето кончается. Наверное, это только мы, волжане, не торопимся расстаться с летом, оно у нас длинное. Купаемся в Волге-матушке до октября, и Ислочь нам по «колено».
   Игорь разговорился с охранником пансионата и тот ему поведал, что раньше здесь протекал «тощий» ручеёк, а когда здесь поселились «академики», то они решили – быть здесь водоёму и пляжу при нём! Негоже им, «академикам», плескаться в мутном ручейке. Нагнали техники, вырыли котлован, перегородили его плотиной (она же просторная дорожка для прогулок). В наполненный водой котлован запустили мальков толстолобика, прикормили диких уток, и вот вам, пожалуйста, – мини пруд-оазис. И всем хорошо: как «академикам», так и расплодившимся рыбам с утками. Того и гляди, скоро и гуси-лебеди слетятся сюда.
   Выходя из бассейна, мы обратили внимание на распахнутую дверь спортзала. В расписании процедур указана группа спортивно-оздоровительной аэробики, в этом зале. В углу спортзала, примостился стол для настольного тенниса.
– А что, если нам попробовать поиграть, помнишь, как в молодости? Вон на полке ракетки и мячи, – загорелся Игорь.
– Ты ведь знаешь, с тех пор я не брала в руки ракетку. Да и скакать вокруг стола, если честно ; у меня желания нет.
И всё-таки мы немного «постучали».
– Да, навыки с годами не утеряны, правда, скорость совсем не та, но всё равно мы молодцы, ; супруг доволен, ; скорей на ужин!
   От спортзала идём в конец коридора, где и находится наша столовая, продолжая беседовать:
– Я заметил, что ни шашки, ни шахматы и даже домино здесь не пользуются успехом, да и теннисный корт с провисшей сеткой и потрескавшимся асфальтом, зарос клочками травы.
– Думаю, все эти развлечения не для «академиков», людей умственного труда, сейчас они поужинают и ну фланировать по дорожкам, – иронизирую я.
   Ужин у нас довольно плотный: овощи, запечённая морская рыба (минтай), котлетки из печени, драники и картофельное пюре. Национальные блюда мы заказываем с опаской, к примеру: «полесские» блины, на самом деле, те же драники, но вместо сметаны какая-то странная коричневая подливка. Отдельно кефир со сметаной здесь не подаются, картофельные драники украшены тоненькой полоской сметаны. Вот и верь после этого «батьке Лукашенко», что Белоруссия кормит Россию молочной продукцией, да ей и самой видимо не хватает её. Перечень блюд в меню, которые мы каждый вечер заполняем на завтрашний день, уныло однообразен.
   Но, в конце-то концов, мы ведь не жрать сюда приехали!

                Процедуры, процедуры…

   Каждое утро мы начинаем с забега по процедурным кабинетам: магниты на колени, КВЧ туда же, соляная пещера, массаж шейно-грудного отдела позвоночника и самая приятная – циркулярный душ. Завершает всё кислородный коктейль, а вечером бассейн с подводным массажем.
   Живём мы от Минска не далеко: всего-то 45 минут езды, но после процедур ехать туда, желания нет. Телевизор в нашем номере практически не работает, чему мы только рады, последние новости Игорь узнаёт из своего смартфона. А я не интересуюсь ни внутренней, ни внешней политикой, у меня всё сводится к замечательной фразе: «мой милый, только б не было войны!».
   Взять, к примеру, сегодняшний день: процедуры у нас закончились рано, и мы решили «катнуть» на велосипедах в небольшой городок Раков. Кстати, перечитывая роман И. Эренбурга «Буря», случайно наткнулась на упоминание этого местечка. Именно в Ракове местные партизаны учинили фашистам своеобразный разгромный «котёл».
   Первым делом нужно взять велосипеды на прокат. Только сегодня это оказалось совсем не просто. На ресепшене Игоря долго допрашивали, куда и зачем мы собираемся ехать. Игорь вышел с ресепшена злой ; почему-то идея посещение нами агрогородка Раков, показалась сотруднице сомнительной.
– Иди сама объясняй, куда и зачем мы едем: просто покататься или в близлежащий городок.
   Дородная женщина за стойкой задала мне тот же вопрос:
– Куда и зачем вы собираетесь ехать на наших велосипедах.
Объясняю, что хотим просто посмотреть окрестности и не более того. Если, конечно, этот городок «засекречен», то мы отправимся в другую сторону.
– Нет, нет, вы не правильно меня поняли, никаких секретов в Ракове нет. Поймите, одно дело, если вы катаетесь просто вокруг пансионата, и совсем другое, если заедете в населённый пункт…
– И что? – недоумеваю я.
– А то, – разъясняет мне добрая женщина, – там вам могут встретиться милиционеры…
Перестаю что-либо понимать и пытаюсь обратить всё в шутку:
; Ваши полицейские какие-то особенные, они что, кусаются у вас?
– Женщина, здесь не надо шутить! – строго вещает ответственная дама, ; вам на законных основаниях могут учинить допрос: Кто вы, откуда, и зачем оказались в этом месте?
– А мы возьмём паспорта, – не сдаюсь я.
– Дело не в этом, – моя бестолковость, видно, «достала» её. ; просто всё дело в велосипедах…
– А с ними-то что не так? – спрашиваю, теряясь в догадках.
Забыв о деликатности, дама сурово изрекает: – А вдруг вы эти велосипеды «того»… украли и…
Моему удивлению нет предела: – Мы, что сделали?..
До неё, доходит, что она «переборщила»:
– Ладно уж, выпишу вам справку с подписью и печатью, что вы наши отдыхающие и катаетесь на наших велосипедах на законных основаниях.
   Я гордо помахала перед носом супруга этой охранной грамотой от санатория и мы отправились в путь.