Примадонна. Гроза

Леокадия Никифоровна Паскудская, актриса провинциального театра, была дамой настолько стервозной, что иногда сама диву давалась. Она устраняла соперниц путём сложнейших интриг и простого паскудства, такого, например, как насыпание битого стекла в мыски туфель.

На сцене актрисы осторожничали и особо не приближались к Леокадии, зная, что она в самый неподходящий момент может наступить на шлейф чужого платья и нагло стоять на нём, не давая конкурентке вовремя уйти.

Актеры-мужчины плакали, узнав, что будут играть любовь с Паскудской. Старухе было уже хорошо за семьдесят, но она нипочём не сдавалась, не уступала своих главных ролей никому.

Когда распределяли роли в "Ромео и Джульетте", она устроила бурную многочасовую истерику и зубами вырвала роль юной героини. Исполнитель роли Ромео, молодой красавец Вася Сладкопевный при этом не выдержал и упал в обморок.

На премьеру Паскудская наняла клакеров, за хорошие деньги отбивающие свои ладоши, а также продажных журналюг, и вновь получила грандиозный успех.

Надоела она всем своими выходками и паскудным характером хуже горькой редьки, и однажды под Новый год местный комик Гришка Писец решил проучить препротивную старую примадонну.

Обычно в "Грозе", в сцене бросания Катерины в Волгу, рабочие сцены стелили за декорациями мягкие тюфяки. Но в этот раз Гришка подговорил их поставить батут. Рабочие охотно согласились, представив будущую картину утопления.

И когда Леокадия, театрально заламывая руки, с криком бросилась "в Волгу", произошёл смехотворный казус. Вместо "пустого берега" зрители какое-то время наблюдали скачущую на заднем плане героиню. Сначала люди недоумевали, затем по залу прокатилась могучая волна смеха. А Катерина всё подпрыгивала и подпрыгивала над "рекой".

Чтобы как-то разрядить обстановку и не превратить драму в комедию, ехидный Гришка, исполняющий незаметную роль крестьянина, вышел на авансцену, развёл руками и с пафосом крикнул в зал:

- Не принимает Волга-матушка Катерину!

И пошёл занавес...