Материнский инстинкт

Полгода в нашем городке, что примостился на краю земли, царила особая атмосфера. Деньги? Забудьте. Они, как северное сияние, мелькали где-то далеко, а здесь, на земле, царили рыба, дичь, грибы да ягоды. И, конечно, листья брусники и морошки — основа нашего чая, который согревал не только тело, но и душу.

Военные, наши бравые соседи, хоть и были отрезаны от мира, но не от доброты. Делились своими пайками, а иногда и… петухом. Петухом этим, синим от старости и, кажется, от пережитых революций, гордились как реликвией. Хозяйки же, передавая друг другу рецепт его приготовления, вздыхали: «Как старый башмак, жёсткий, но вкусный, если долго запекать на бутылочке с уксусом и сразу есть пока горячий».
Среди этой суровой, но дружной жизни жила Лера. Одна, с сынишкой на руках.

Работала она на полставки в ведомственном саду. Зимой — чистила овощи в подсобке, летом — красила детские беседки, чтобы двор выглядел хоть чуточку наряднее. Все остальное время — с малышом. Учила его буквам, цифрам, игре в «угадай, кто я».

И вот, в конце мая, когда за окном уже пробивалась первая листва, в квартире Леры из еды осталась только вода из крана да пара баночек детского питания. Сидит она, обняв сынишку, и слезы катятся по щекам. Тырить она не умела, даже чищенные овощи в своей подсобке не брала. И тут...
Читайте продолжение:https://ridero.ru/books/widget/sever_on_takoi/