О морковных котлетах, огурцах свежего урожая и...

 По тексту из сборника прозы "Энциклопедия сюжетов",2025.

1.



Однажды, при чтении замечания на свой опус, глаза мои скользнули вниз, к анонсам. В анонсах, я увидела рассказ Патрика Равальдини «Морковные котлеты». Нельзя сказать, чтобы любила морковные котлеты, но что-то в этом названии, меня зацепило. Полагаю — любовь покушать, как таковая.

Странно, — подумала я, — писать о морковных котлетах мужчине в 2010-м, когда не идёт война и не только что началась перестройка.

Приступив к чтению рассказа, оторваться от него, да простят меня все те, кого «Морковные котлеты» оскорбили — не могла. Видимо, в подобных произведениях, удовлетворяется наша естественная тяга к «плохому», а точнее — запретному. О том самом, о чём писал Джанни Родари, советуя взрослым позволять детям выкрикивать «плохие» слова и говорить на «плохие» темы, например, о какашках.

Почему Патрик своё произведение назвал «Морковные котлеты», сказать трудно. Возможно, чтобы привлечь внимание читателей, ни о чём «плохом», не подозревающих. Возможно, произведение названо так, потому что морковные котлеты использовалось главной героиней, домохозяйкой Ириной, как средство для «обезвреживания» мужа Аркадия. После их употребления, Аркадий, из-за подсыпанного снотворного и реакции печени на жареное, «обсирался» и «погружался в глубокий сон», а Ирина могла уходить к соседу.

Приготовление морковных котлет было одним из двух умений Ирины, отучившейся в педагогическом колледже и не умевшей делать ничего, кроме них и «минета». Между нами говоря, никогда бы не подумала, что отучившись в педколледже, можно выйти с двумя, лишь, этими умениями.

Читая «Морковные котлеты», я хохотала от души, не смотря на трагический конец произведения. Сосед умер, захлебнувшись спермой. Но после прочтения «Морковных котлет» я стала опасаться заглядывать в произведения авторов, в названиях которых присутствует намёк на продукты.

Однако, после «Морковных котлет» я рискнула прочесть «Морковку… рассказ знакомого» автора, под брендом Шалунишки. Вещь превосходную во всех отношениях. Во-первых, потому что рассказ написан хорошим языком, во-вторых, потому что «знакомый» Шалунишки предстаёт перед читателем на редкость изобретательным и заботливым мужем, в-третьих… ну не избалован наш читатель эротической прозой.

Чтобы вы, дорогой мой Читатель, могли судить о качестве этого текста, приведу цитату из рассказа:

— Вчера жена послала меня на рынок за картошкой, а заодно попросила купить свеклы и морковки на винегрет… Обычно я выбираю каротельку… И в этот раз так и сделал, но когда мне на глаза попалась большая сросшаяся морковка причудливой формы… с отросточком, мне пришла в голову интересная мысль….

Давайте посмотрим, что за интересная мысль пришла в голову «знакомого» Шалунишки. Из морковки, его «знакомый», выстругал нечто «с верхушечкой», «как пламя свечи, отклоняемое ветерком», за которым шло «сужение», «расширение», «спиралька», «надрезы-кубики», «отросточек» и два «хвостика». А вечером, в интимной обстановке сделал жене, заметьте — жене (!) сюрприз.

Предвижу опасения читателей-медиков и просто читателей относительно гигиены. Но что остаётся делать, когда изделия секс-шопов не так доступны, как морковь по ценам, или огурец «свежего урожая», да ведь, и не принято у нас массово пользоваться изделиями секс-шопов.



2.



Из рассказа «ТрансплатологЪ» Олега Бубноффа, делаешь вывод, что хорошей секспродукции, не привозилось, некогда даже из-за заграницы. Вот, как автор об этот пишет:

— …что-то из Сингапура <в советское время> привозили, да всё не то.

В «Трансплантологе», Бубнофф описывает опыты главного героя трансплантолога-самоучки, под именами Вована, Володи Волохонцева, Вальдемара и Владимира Владимировича. Идеей fix, Вована — обладателя мужского достоинства «…нереальных габаритов, похожего на кукурузный початок», была идея «освоить искусство вживления в человеческий х.., ушек котят или корабельных крыс…».

В начале он экспериментировал со своим «початком» и «початками» обращающихся к нему страждущих. Помогал мужчинам, встающим к нему в длинную очередь, изготовленными собственноручно «имплантатами», в виде: шаров, «шалаболок», «шпал», «бычьих глаз» и колец эбонитовых. Чтобы эти мужчины могли «доставлять своим любимым, больше счастливых секунд удовольствия».

Однако, несмотря на популярность среди коллег и определённых успехов его подопечных, жизнь Вована, внезапно оборвалась. Буквально в два с половиной месяца. Это случилось после знакомства его с «девахой в три обхвата» и неуёмного секса с нею.

— Причина, по которой молодой и цветущий парень наложил на себя руки, — пишет Олег Бубнофф, — неизвестна:

— Он, повесился…

— В общаге…

— В туалете…

— На ремне…

— Возможно, его повесили.

Такая вот плата, за удовольствия: свои и чужие.



3.



«Морковные котлеты» потянули за собой «Морковку…», «Морковка…» потянула огурец «свежего урожая» Анатолия Гусева 2 из «Безвыходного положения». Если бы не этот огурец, спрашиваю себя я, стала бы я углубляться в рассказ «Безвыходное положение»?

И отвечаю:

— Очень, может быть, что не стала бы!

Но и на сегодня, мы не готовы, решать свои сексуальные проблемы в секс-шопах и у сексопатологов. Хотя сайты секс-шопов выглядят оптимистически. Покупателей, будто, не меньше, чем в других магазинах. Продукция, будто бы, востребована даже пенсионерами, которым, к тому же, делаются скидки.

Но достаточно взглянуть на ассортимент, предлагаемый виртуальными и реальными секс-шопами, чтобы понять, прежде, чем покупать в них что-либо, необходимо подобрать покупаемое и суметь всем этим потом воспользоваться… без вреда для организма. Куда большего, полагаю, чем от недомытой морковки, или «огурца свежего урожая».

Когда произведение длинное, а мастерство автора неизвестно, загружать мозги, прозой, скорее всего, невысокого качества, не хочется. Слишком сложно устроен мозг и слишком он дорог мне, будучи основным моим орудием труда, чтобы погружать его в неизвестно что, в надежде отыскать бриллиант в том, что уважающие себя люди считают черновиками. Это касается и моей собственной прозы, выложенной на сайте.

Спешу сказать, что к «Безвыходному положению» это не относится. Не дочитать «Безвыходного положения», я не могла, также, как не могла не дочитать «Морковные котлеты», несмотря на разницу в профессиональном уровне авторов. Огурец «свежего урожая» в руках Дуняши, которым она «орудовала» между «пухленьких» ножек, появившийся, в самом начале рассказа, успел зацепить.

«Орудуя» огурцом «свежего урожая» чуть ли не на виду у всех, Дуняша спровоцировала 12-ти летнего Кешу — будущего Иннокентия Иннокентьевича Жирова, на контакты, потянувшие за собой череду других таких же и не таких же, вплоть до последнего, стоящего ему душевного потрясения и пожизненной импотенции.

Дуняшин огурец предопределил этот грустный финал. «Неимоверных размеров» «огурец» ротвейлера Мартина Бормана, однажды намертво замкнулся в анусе Жирова. Притом, в одно с тем, как его собственный «огурец» замкнулся в вагине «виртуальной индивидуалки», с «неописуемой красоты» попкой и «обалденной» грудью.

Как говорится:

— Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно. «Скорую» вызывать ведь пришлось.



4.



А как-то, на прозе.ру прочла рассказ «Профосмотр восстановлен» Василисы Превкусной. Насмеялась вволю и получила огромное удовольствие от хорошо написанной эротической прозы. Однако сначала, поставила под сомнение возможность подобного происшествия. А именно — сексуального удовлетворения, пациентки, пришедшей в стоматологический кабинет, к стоматологу в часы приёма. И получившей, это самое, удовлетворение.

Обычно в стоматологических кабинетах ширма отделяет одно кресло от другого, чтобы пациент одного врача не видел пациента другого врача. А то, что происходит в стоматологических креслах, при этом, видно медсестре и всякому входящему в кабинет.

— Но, может быть, то, что происходило в рассказе Василисы Превкусной, происходило в каком-то нестандартном стоматологическом кабинете? — спросила себя я.

Но, позже, получив часть подобного опыта, поняла, что работающий за ширмой мог быть на больничном, в отпуске или — выходным. Медсестра могла быть отправлена самим врачом, или вызвана, например — на планёрку. А входить в закрытый кабинет, где идёт приём — не принято. В рассказе Превкусной инициатором была женщины. И всё получилось. Мне же приходилось прикрываться сумочкой и на что-то давать согласие. В противном случае, я могла и не получить нужную мне справку. А часики тикали…



5.



В рассказе Геннадия Ветрова «Экстремалка» речь шла о привычке главной героини получать сексуальное удовольствие, в ситуациях экстрима. Эту привычку экстремалка приобрела (или открыла для себя), когда отбывала наказание за то, что, находясь в стрессе от развода, недоглядела за своим собственным ребёнком. Ребенок утонул в ванной.

С начала и по ходу повествования предположить «хеппи энда», для экстремалки, было трудно. Но хороший конец, в жизни оступившейся случился. В виде публикаций стихов в местной газете, её романе с редактором и удачным, замужеством, где экстрим исходил уже исключительно из включённого телевизора.

Завершая обозрение, хочу обратить внимание читателей на то, что в трёх из шести взятых произведений, трагический конец. В «Морковных котлетах» скучающая домохозяйка, попёрхнувшись спермой, погибает в процессе орального секса с соседом.

В «Безысходном положении» Жиров, искавший необыкновенных приключений, становится импотентом. В цветущем («лет тридцати отроду») возрасте, не известно почему, не выпускаемый из объятий «девахи в три обхвата», погибает «трансплантологЪ» Вован и т. д.

А до его собственной смерти, после вкачивания им, борной мази Серёге в «початок», Вован превратил «початок» в грушу, переставшую влезать во влагалище. «Груша», загноилась, и Серёге пришлось делать сложнейшую операцию за «охеренные» бабки.

Как сказала бы, на этот счёт, Марина Цветаева, что сиё произошло с героями рассказов от «исполнения желаний». В эссе «Мой Пушкин», она писала о предпочтительности поведения Татьяны Лариной, поведению Анны Карениной «…у которой от исполнения всех желаний ничего другого не осталось, как лечь на рельсы»*.

У нас здесь — остался здоров и счастлив «знакомый» Шалунишки после преобразованной морковки, для удовольствия жены, да «пациентка» Василисы Превкусной обрела удовлетворение, да экстремалка Геннадия Ветрова, встретила понявшего и принявшего её человека. Видимо, потому, что их желания не выходили за границы нормального.



P.S. К большому моему сожалению, с момента написания обзора, произведения (и — авторы!), могли быть удалены с сайта. Поэтому ссылок на них не указываю. Ищите! Может быть и обрящете.

(записано 27.06.2010—18.06.2019)