Вернусь зимой

 Хорошо уходить ранней весной - холодной неустойчивой весной, когда затяжные оттепельные дожди,сырые ветра, когда безнадежность повисла в воздухе - кажется, тепло никогда не настанет, радость никогда не вернется. Легко и беспечально уходить по черному раскисшему снегу,глядя на ломаные линии голых деревьев, тоскливо тянущих руки к бесцветному небу, глотая капли редкого дождика.

 Вернусь в зимний вечер. Нет лучшего времени, чтобы вернуться - когда валит густой серебряный снег, когда воздух пахнет свежевыстиранным бельем, когда сад наш погружен в сны, сладкие, как сгущенка в трубочках на праздничном столе, и смотрит в окно молчаливый сахарный лес, трещат в печке березовые поленья, тихонько шелестит где-то сверчок, а мороз рисует скрипучим пальцем на стекле дивные узоры. Проберусь в дом снежной звездочкой на кошачьей шерстке, вплыву морозным облаком пара, загляну в родное окно перламутровым лунным лучом,поскребусь в стекло еловой лапой.

 Не прорваться,не просочиться мне в мир человечий - не коснуться тихо руки, не согреть теплом дыхания, не укутать плечи шалью - ведь нет больше у меня ни рук, ни дыхания!Ну что ж, была жизнь сладко-горькая, да вся вышла! А горе - горе уйдет. О чем горевать? Все мы гости здесь, путники, что на огонек забрели - присесть к очагу, протянуть озябшие руки к живительному теплу, глотнуть пряный запах леса и холодных звезд, жасминовую сладость апрельских дождей и осеннюю горчинку остывающих полей, и вот - нам пора! Ждет нас дорога в ночь.

А мы еще не распробовали, не поняли, не насладились... Но уже распахнута дверь в звенящую тишиной темноту, и кто-то властно берет нас за руку...

 И мы уходим.

 И хочется, чтобы что-то осталось.

 Пусть нежность останется, грустная и всепрощающая, все со всем примиряющая, благодарная. Тонкой паутинкой прилепится к потолку, смешается с запахом ванили, шоколада и хвои в самую волшебную ночь, просияет одинокой зеленоватой звездой над макушкой величественной ели, снегом чистым ласково ляжет на землю.

 Почему нежность? Наверно, от невозможности что-то изменить и от принятия этого.

 А еще останется старый блокнот с нацарапанными наспех надписями, недопитый остывший чай, россыпь гладких желудей в низкой вазочке, любовно собранных в горько пахнущей осенью дубовой роще, пронизанной холодным рассеянным солнцем.

 Я вернусь зимним вечером, в канун солнцеворота. Не хрустнет снег под ногами, не скрипнет вопросительно дверь, не вспыхнет мандариновым пятном лампа. Но я вернусь...