Печалька на одну ночь 2

А тем временем, мои родители увлеклись бдсм. На полном серьезе. Они в ту пору были людьми уже очень взрослыми, им обоим было по сорок лет, и у них был кризис среднего возраста, который давался им нелегко. Поначалу папа хотел просто сбежать от мамы, но она его не отпускала, ездила за ним, куда бы он ни метнулся, по разным городам, ловила. Снова забеременела, потому что, говорят, это помогает удержать мужчину. И так на свет появилась я. Папа не хотел оставаться с мамой. Он рвал и метал, требовал, чтобы она сделала аборт, матерился. Но аборт она не сделала, на свет появилась я, и, поскольку отец продолжал неистовствовать, к возрасту десяти лет я знала, помимо русского, еще один язык, и знала его прекрасно. Это был трехэтажный мат моего папы. Да. В детстве, я пугала мальчиков моего класса такими словечками, что меня не били никогда. Я ругалась так же кучеряво как и мой папа, на нашей кухне. Папа был верхний, он получал удовольствие от своих действий. Мама была нижней и учила меня, как быть нижней: прощать все папины заскоки, глазки в пол и молчать. И так я молчала до семнадцати лет, а потом вдруг сказала: «Мама, разводись». И она развелась. И тут же, к моему ужасу и восторгу, перешла из роли нижней в роль верхней. Она буквально взяла меня в белое рабство, и полностью подмяла меня под свой каблук: она выбрала мне не только институт, работу, но и пыталась выбрать мне первого мужа. Она была моим первым цензором: говорила мне, о чем я должна писать и о чем мне писать было нельзя. О бдсм писать, кстати, было нельзя. Прости меня мама, земля тебе пухом. Я пыталась вырваться из-под материнского контроля, честно, я пыталась. Отказывалась работать на тех работах, которые она мне выбирала. Иногда даже заводила себе знакомых, которых она не одобряла. В общем, устраивала время от времени бурю в стакане воды.
И в двадцать пять лет вдруг переехала в один южный городок у моря и вышла за человека, который там жил. Я его едва знала. Он был старше меня, его харизма зашкаливала, у него были яркие голубые глаза и мягкие манеры, женщины смотрели на него с обожанием, и поэтому в дальнейшем мы будем называть его мужчина-Кот. Звали мужчину-Кота Боря. Борис, кис-кис-кис. В дальнейшем, я расскажу вам о концепции мужчины-Кота.
Мужчина-Кот долго гуляет сам по себе. Лет до сорока. Близко к женщинам не подходит, в руки не дается. Погладить его нельзя: убегает. Но потом опять подходит ближе, и начинает заигрывать. Тереться об ноги, флиртовать убедительно. Но кольца никому не дарит, и в руки по-прежнему не дается. Потому что он Кот. И вот однажды, Кот Борис, будучи сорокалетним девственником, сидел у экрана своего монитора, смотрел через экран на разных девушек не совсем тяжелого поведения, восхищался. И тут в голову ему пришла великолепная идея: а почему бы не протянуть свою пушистую, когтистую лапу, и не сцапать себе девушку, запутавшуюся в соцсетях? И он протянул свою когтистую лапу, вонзил свои когти, и сцапал.
В тот момент, я барахталась, запутавшись немного в соцсетях, блестя  своими зелеными глазами, рыжеватыми длинными волосами, белозубой улыбкой. Я была тогда золотой рыбкой двадцати пяти лет. Сорокалетний Кот Борис не устоял, схватил меня своей когтистой лапой, выцарапал меня из соцсетей. Надел мне кольцо на палец, утащил в свою одинокую берлогу. И стал со мной жить.
В то самое время, мои биологические часы били Кремлевскими курантами, голос воображаемого диктора поздравлял меня так:
«Поздравляем гражданку Александру Григорьевну, которая в этом году опять не забеременела. Если беременность не наступит и в следующем календарном году, это будет конец света, Содом и Гоморра по второму кругу, вселенский потоп, город Помпея погибнет опять, спасайся, кто может!»
Находясь в этих панических настроениях, я родила Коту Борису троих маленьких котяток, рыженького мальчика и двух девочек с такими же васильковыми глазами, как и у самого Кота Бориса.
Но вернемся к концепции мужчины-Кота. Он любит посидеть у экрана своего монитора, как у аквариума с рыбками. Он любит смотреть на женщин, которые плавают там, за прозрачным стеклом монитора, как в большом, но недоступном Коту аквариуме. Коту не надо дотрагиваться до всех этих женщин. Ему просто надо убедиться, что они есть, где-то там, пусть далеко. Он хочет видеть, как они плавают в своем компьютерном аквариуме, раздувая свои жабры, помахивая хвостом туда-сюда, туда-сюда… танцуя для Кота Бориса и ему подобных Котов какие-то свои, сексуальные танцы… И конечно, ему была уже неинтересна я, поскольку он уже меня поймал. Сцапал меня, добыл в соцсетях и почти съел. Появление на свет наших котяток подсказало Коту Борису, что с золотыми рыбками надо быть осторожнее, надо держать ухо востро, и что ловить их больше не нужно, себе дороже. Безопасно будет только на них смотреть, любоваться золотыми рыбками через экран монитора. Смотреть, как они плавают, сладострастно вздыхать, но лапу больше к ним не протягивать. Такова концепция Мужчины-Кота.
Ну а я, в возрасте тридцати восьми лет, вдруг обнаружила, что мой супруг - просто Кот, Борис кис-кис-кис. Живет он поблизости, приходит покормиться, его можно погладить, но в руки он не дается, потому что он дикий. Он мужчина-Кот, который любит гулять сам по себе. Рядом с этим Котом, я стала женщиной, которая ищет приключений на свою задницу и всегда находит их. Борис никогда не возражал, что я ищу себе приключений. Правду сказать, он не замечал даже, что я их себе ищу. Он был занят наблюдением за другими золотыми рыбками, и ему было не до меня.