Раньше мы чаще смеялись

- Раньше мы чаще смеялись. Чаще и больше. Вот мне раньше палец покажи – и смешно. А теперь не знаешь, над чем и посмеяться. Ничего смешного нет. Но вдруг даже и смешное что-то… Непонятно, может, нельзя смеяться, запрещено законом? Сто раз подумаешь, ржать или нет. Пока думаешь, уже и грустно станет.
— Это вы, Зинаида Петровна, стареете. Поэтому так мало смешного видите. В этом проблема. И не выдумывайте себе грусть.
- Что ж, пожалуй, ты права, Люба. А молодежь-то над чем сейчас смеётся?
- Над разным. Над котиками смеётся. Над девушками, например. Над Почтой России тоже. Да мало ли над чем.
- Над Почтой России еще можно смеяться? – удивилась Зинаида Петровна.
- Сегодня можно. Завтра не знаю. Может, завтра уже нельзя будет.
- Вот я и говорю. Завтра точно запретят. А над девушками разве можно еще смеяться?
- Почему бы не посмеяться? Вот жопа у нее толстая, например, а юбку в обтяг надела. Губы оттопырила, вот вам и мемасик.
- Нельзя смеяться, Люба. Она же для мужчин старается, семью хочет, стало быть, традиции поддерживает. Детей родит много, с толстой-то жопой. Грех смеяться, так и в церкви скажут. Оштрафуют же, а то и срок дадут. Нельзя над девушками смеяться. Не смешно, Люба. Совсем не смешно, - покачала головой Зинаида Петровна.
- Это еще как повернуть. Может, она чайлд-фри. Тогда можно смеяться. Я думаю, что тогда даже и бить можно.
- Вот опять не смешно. Я, Любочка, думаю, что над котиками смеяться можно без риска для жизни. Они ведь смешные, правда?
- Правда. Знаете, Зинаида Петровна, я ведь тоже раньше смеялась чаще. Чаще и больше. А теперь мне чаще плакать хочется.
- Тюю.. Да ты стареешь, Люба! Смотри, вон морщина на лбу, видела?

Люба подошла к зеркалу. Да, она видела. Когда всё кончится, она сделает ботокс и будет смеяться от всего подряд. И не бояться. Нужно только подождать.