Печалька на одну ночь 17

В память о портрете, сделанном на набережной близ Медведь Горы, который оказался ни капельки на меня не похож




-Санька, ты??? - вдруг спросил у меня Лев и уронил меня, нагую, на пол. В смысле, он уронил не меня, он уронил мою нагую картину.
-Левка, это моя картина!!! - прошипела я Левке на ухо, чтоб никто ничего не понял.
-Как же это она твоя, если я ее купил? - возразил Лев, тоже шепотом.
-Зато я для нее позировала, так что я имею право ее иметь! Представь себе, что художник рисует твой портрет на набережной, а когда он готов, то подходит какой-нить левый чувак и покупает твой портрет прямо у художника? Так же не должно быть, Левка!
-Впринципе, логично… - задумчиво согласился Лев, - Но я не могу отдать тебе эту картину, увы… хотел бы, да не могу… - Лев сокрушенно вздохнул и посмотрел на меня жалобно.
-Почему это не можешь?! - снова начала настаивать я.
-Потому что пойдем кофе попьем, и я тебе все объясню… - сказал он мне, и мы пошли пить кофе.
Я показала Льву, где в нашем городе можно выпить кофе так, чтоб вас никто не заметил, чтоб вам можно было выпить кофе по секрету, если вам так уж это надо. Это был ресторан на пляже, стилизованный под бунгало из темного дерева. Там, в этом бунгало, в основном собирались байкеры, и за их татухами и мощными бицухами можно было спрятаться так, что никто не найдет. И мы со Львом хорошо так спрятались.
Мы смотрели друг на друга, и нам было трудно друг друга узнать. Мы расстались молодыми, без единой морщинки на лице. А теперь это было совсем не так. Я посмотрела в Левкины глаза и по его глазам поняла, что выгляжу неважно.
-Что с тобой случилось? Санька, как ты здесь оказалась? - спрашивал у меня Лев.
-Так я теперь здесь живу, Лева… я сюда переехала сразу после института, вышла замуж за местного, у нас трое детей и рыбка Бетта… и два попугая… и две мамы, но они немножко не в себе… - объясняла я Льву.
Лев задумался над моими словами, покачал головой:
-Жить сразу с двумя мамашами - это уже почти извращение… - заметил он.
-Да, я знаю… - сказала я Льву, - это удивительно даже, почему одинокие безумные старушки никого не интересуют…
-Разве что Раскольникова? Он, помнится, питал неподдельный интерес именно к одиноким безумным старушкам, и иногда навещал их с топором за пазухой… - припомнил Лев, хорошо знающий классику.
Мы надолго замолчали, и просто разглядывали друг друга в свете неоновых ламп кафе для байкеров. Наконец молчание прервал Лев. Он спросил:
-Как ты думаешь, почему у нас с тобой ничего не получилось?
-Потому что я дура, Лев, и я слишком сильно в тебя втрескалась… и мне снесло крышу, так снесло, что потом я не знала, как снова найти мою крышу, не знала, куда ее унес ураган моих чувств к тебе… это так страшно, когда чувствуешь так много и так внезапно… и это не очень приятно, когда сносит крышу от любви, это очень тяжело, Лева! Мне просто всегда казалось, что таких девочек как я у тебя будет сотни, мне казалось, что если ты смеешься надо мной, то наверное, я для тебя ничего не значу и ты меня не любишь…
-Ты и представить себе не можешь, как я тебя любил! - глухо, немного про себя заметил Лев.
-Ну… что же делать? Теперь уже поздно, вся жизнь прошла, все позади… - напомнила я Леве, тоскливо, - у меня трое детей и муж, которого зовут Борис… - тут я немного прикусила себе язык, чтобы не добавить: … и он Кот…
-У меня тоже дочь от первого брака… и сын от второго… и падчерица от третьего… - признался Лев.
-Ну, видишь, как повезло! - заметила я, чуть не плача.


Новая редакция последней главы, где я рассматриваю насущный вопрос:
Почему у нас в городе Подольске происходит такая Санта-Барбара?
Моя это вина или нет? Или, может, во всем виноваты мужчины? )))