Полуостров. Глава 126

Глава 126.
- Где ты тогда был?.. - она положила голову мне на плечо. - Ну, когда мы поссорились?..
- Нигде... Ходил по городу, думал... - по большому счету, я не солгал ей.
После ухода от Зайчиковой я действительно часа три бродил по вечерним улицам, ярко украшенным к празднику, бесцельно пялился на искрящиеся витрины, словно мальчик в рассказе Достоевского...
- Я не могу без тебя, Паша... - она долила в бокалы шампанского, и мы ударили их друг о друга. - Не понимаю, что со мной... Когда я думаю, что мы можем расстаться, то... - она замолчала, крутя бокал в пальцах .
- Значит, не надо расставаться... - вставил я, опуская пустую бутылку на пол.
Мария Борисовна с усмешкой наблюдала за мной.
- А говорил, что не веришь в приметы... - я неопределённо пожал плечами. - Вот что в тебе такое, почему к тебе так тянет?..
- Не знаю, - искренне сказал я. - Я не чародей...
- Ты всегда шутишь!
- Нет, я совершенно серьёзно!.. - я поцеловал ее. - Ты уже придумала, чем будем заниматься на праздники? Ты только представь себе: можно не вспоминать о проклятой школе почти десять дней! Десять, Мария Борисовна!
- Ты не сможешь, Павел Александрович!.. - её смех замер.
В дверь позвонили, резко и так настойчиво, словно нажимавший на кнопку звонка боялся, что, если он вдруг уберёт с неё палец, то ему больше не хватит смелости повторить это действие.
- Господи... - прошептал я.
Она посмотрела на меня с тревогой.
- Ты знаешь, кто это может быть?
- Догадываюсь...
Я вышел в прихожую и отворил дверь заклинанием.
Коновалов сделал шаг в квартиру и остановился, уставшись в пол с каким-то настороженным выражением на лице, будто ожидая, что в нем в любой момент момент открыться люк, как в компьютерной игрушке.
- Павел Александрович, - сбивчиво начал он. - Извините, пожалуйста, что я вас беспокою в праздник, просто...
- С Новым годом тебя, Иван!.. - с чувством произнёс я.
- С Новым годом, Павел Александрович... - он продолжал сосредоточенно разгядывать плитки, как будто бы на них были начертаны заклинания. - Просто... Я бы никогда... Но... Извините, пожалуйста...
- Ну, я понял, да... Понял, можешь дальше не рассказывать... - я почувствовал, как подогретая шампанским, во мне закипает бешенная ярость.
Точно такую же ярость я чувствовал, когда вышел на городскую площадь, складывая пальцы в заклинании смерти...
- Подними голову! - потребовал я.
- Павел Александрович...
- Подними, просто интересно, по какому месту он тебя на этот раз приложил!.. - по красноречивому молчанию Коновалова я понял, что не ошибся. - Знаешь... - я послал в сторону Коновалова заклинание, побуждающее его оторваться от созерцания пола, и обнаружил, что глаз у него налит кровью, а веко опухло и раздулось. - Знаешь, я наверное, его сам убью!..
- Паша! - Мария Борисовна, появившаяся сзади, тронула меня за плечо. - Паша, ты что говоришь такое?..
- А что, Маша?! - я развернулся к ней. - Сейчас первое января, первое! Один день прошёл от Нового года! И это уже началось, и нет этому конца! Нет конца, Коновалов!..
- Я ничего не делал, Павел Александрович!.. - он попятился к двери. - Я его ничем не провоцировал... Я просто сказал ему...
- Да мне пофиг, что ты ему сказал! - заорал я. - Случилось что?.. Или ты просто так ко мне с другого конца города тащился?..
- А то, что он ему глаз подбили, недостаточно? - возмутилась Мария Борисовна. - У тебя же мама есть, Иван, почему она полицию не вызовет?..
- Она пыталась за меня заступиться, а он ей врезал... Она упала и головой о кресло ударилась... А теперь лежит и говорит, что голова кружится. И я ничего... - он осекся.
К тому времени я уже успел надеть куртку и теперь наматывал вокруг шеи шарф.
- Почему ты скорую не вызвал? - напустилась Мария Борисовна на Коновалова.
- Она не хочет! Она боится, что скорая вызовет полицию!..
- Давно пора... - отозвался я, нащупывая в кармане пачку сигарет.
- Да, но она отказывается! - отчаянно доказывал Коновалов. - Я ей три раза уже написал. Ей хреново, но она боится, что его загребут...
- Она ненормальная, что ли?..
Коновалов развёл руками.
- А они вот так живут, Маша!.. Это у них норма бытия... Ты, когда он "двойки" у тебя получает, не удивляйся!.. Вот это у него такая жизнь...
- Я не получаю по физике "двойки"! - выпалил Коновалов.
- Не имеет роли...
 Мария Борисовна, наконец, увидела, что я, полностью одетый, стою у двери.
- Паша, ты куда?..
- Ну, я разберусь, как, что, и вернусь сразу...
- Ты, что, сдурел, это не твоё дело!..
Коновалов снова уставился в пол.
- Павел Александрович, извините ещё раз... Зря я... Я пойду...
- Нет, мы вместе пойдём!..
- Паша, не сходи с ума, давай, отсюда скорую вызовем! Ты хочешь, чтобы тебе там башку открутили?! - не стесняясь Коновалова, закричала Мария Борисовна. - Никуда я тебя не пущу!..
- Маша!.. - я посмотрел на неё, и она отпрянула. - С твоей точки зрения, я за себя постоять не могу?..
- С моей точки зрения, ты - учитель! - она скрестила руки на груди, перегораживая мне выход из квартиры. - А он, - она метнула злобный взгляд в сторону Коновалова, - вытягивает тебя в какие-то разборки на районе... Это второй раз уже!
Коновалов молча взялся за ручку двери, но я остановил его взглядом.
- Я скоро вернусь, Маша!..
В подъезде Коновалов повернулся ко мне с мольбой во взгляде.
- У меня ничего не получилось, Павел Александрович!..
- А я здесь причем?.. - я попытался открыть портал, после неоднократного прикладывания к бутылке шампанского вышло не очень: искры, которые уже было озарили подъезд, сразу же начали меркнуть, а потом и вовсе погасили.
- Павел Александрович, что вы делаете?..
- А ты сейчас реально решил, что мы на автобусе поедем?.. - я снова взмахнул рукой.
- Павел Александрович, ну, не должно же так быть...
- Не должно быть что?..
- Чтобы дар ушёл... Вы говорили...
- Господи, ну, выпил, трудно было сосредоточиться... Ты же видишь... - я пошёл на третий заход. - От этой гадости раскоординация, лучше коньяк пить...
- Мы водку пили, - мрачно произнёс Коновалов. - Вот результат...
- Слушай! - я опустил руку. - Почему ты реально скорую не вызвал? Может, посадили бы...
- Я же говорю, она категорически против!..
- А ты её, конечно же, всегда слушаешь...
- Она мне потом весь мозг вынесет...
- Ну, давай, его тогда реально убьём!..
Коновалов оторопело уставился на меня.
- Ну, можно же спровоцировать, чтобы угрожала опасность...
- Можно, да... - он медленно, с пониманием, кивнул.
- Рот закрой, ворона залетит! - я щелкнул его по затылку. - Не отвлекай меня! Убивать он решил... Совсем уже мозг вытек... Пить надо меньше!..
Подъезд, наконец, осветился, как, если бы в нем вдруг повернули рубильник, в стократ усиливая освещение.
Мать Коновалова лежала на диване в общей комнате, а отчим сидел возле неё на стуле, периодически накалывая на вилку селёдку из банки и отправляя в рот.
- Ну, чего ты, Ирка... - приговаривал он. - Чего ты развалилась? Ну, затылком приложилась маленько, так до свадьбы доживёт! Давай, вставай, торт надо резать, праздник же... Эх, - он тяжко вздохнул, - все настроение вы...к твой испортил...
Взгляд матери Коновалова замер, она заметила меня. Сергей Васильевич резво повернулся.
- Кого ещё черт принёс? Ты кто?.. Что здесь делаешь?..
- Здравствуйте, Сергей Васильевич, - я выбрал свой самый вежливый тон, но Коновалов, все это время топтавшийся на пороге, почему-то воззрился на меня с нескрываемым ужасом на физиономии. - Меня зовут Павел Александрович, я - классный руководитель вашего сына. Прогуливаясь в центре, он встретил меня и сообщил... - я прокашлялся. - О небольшом происшедствии в вашей семье. У меня есть медицинское образование, а в силу загруженности подстанции скорой помощи в такой день...
- В центре, говоришь, прогуливался... - перебил меня Сергей Васильевич. - Знаю я этот центр... Вечно к тебе таскался... Химией, говорит, с ним занимаюсь...
- Серёж, ну, ты о чем говоришь вообще... - подала голос до сего момента бессовестная мать Коновалова. - Здравствуйте, Павел Александрович... - она попыталась подняться, но ахнула и схватилась за голову.
- Вы лежите, - сказал я. - Лежите... Сергей Васильевич, а вы выйдете в коридор на пару слов, пожалуйста...
- Зачем это? - напрягся отчим.
- Да ничего особенного, просто вот хотел сказать вам пару слов...
- Спешу и падаю! - он хохотнул, отставляя банку с селёдкой на праздничный стол.
- Я сказал, выйди, б...! - от моего крика, мне показалось, даже задребезжали стекла в их старой "стенке".
Мать Коновалова коротко вскрикнула, я провел рукой вдоль дивана, и она, как по команде, закрыла глаза.
- Павел Александрович!..
- Замолчи, Иван!.. - я развернулся к отчиму, который угрожающе начинал подниматься со стула. - Ну, что, выйдешь, поговорим, а?..
- С тобой? Испугал!..
Удар пришёлся мне в челюсть, и в голове зазвенело. Да какого ж хера-то...
- Понял, с кем связался, сопляк?..
- Несомненно... - я занёс руку для ответного удара.
Главное, ничего ему не сломать, у меня вроде бы все зубы на месте...
Я врезал Сергею Васильевичу под ребра, снова и снова...
- Павел Александрович, хватит!.. - Коновалов вдруг влез между мной и отчимом, уже лежащим на полу и с хрипом хватающим ртом воздух.
- Чего это?..
- У вас проблемы потом будут...
- Ты за меня не переживай, Иван...
Я, тем не менее, остановился и, с отвращением глядя в сторону туши, распластавшийся на полу, прочитал заклинание, стирающее память.
Минут на пятнадцать максимум получится открутить, он слишком пьян для существенного воздействия, но хватить, по идее, должно...
- Теперь, давай, его в коридор оттащим... - кивнул я Коновалову. - Очнется, скажешь, где-то шлялся, упал, синяков себе наставил... Она, - я указал на его мать, - не вспомнит. Сейчас, продохну, ей займусь...
- Павел Александрович... - с восхищением произнёс Коновалов, когда мы вернулись в комнату. - Ну вы круты!..
- Только это ничего не изменит... - я опустился на тот же стул, на котором до этого восседал Сергей Васильевич. - Все так и будет продолжаться... Ты съедешь от них, а она так и будет его оправдывать... Пока что-нибудь не случится...
- Почему так, Павел Александрович?.. - Коновалов подошёл к телевизору, бормочущему в комнате, и нажал на кнопку выключения.
- Такова жизнь, Иван... - я взял мать Коновалова за запястье, прощупывая пульс.
Сотрясение мозга, это легко, только вот, уже не первое... Он и раньше распускал руки не только в адрес пасынка...
Нужно ли знать об этом Коновалову?..
Во всякой мудрости много печали...
Мать Коновалова открыла глаза.
Я заново прогнал заготовленную версию. Случайно встретил, был обеспокоен, слава Богу, ничего серьёзного. До свадьбы заживёт! Небольшой ушиб.
Серёжа? А что, Серёжа? Храпит в прихожей, пришёл откуда-то, упал и заснул.
От необходимости вранья сводило скулы.
Дома ещё предстоит вторая часть Марлезонского балета...
- Давайте, я чайник поставлю... - забеспокоилась мать Коновалова. - Торт же есть...
- Да пойду я уже!..
- Нет, нет! - она поспешно встала с дивана. - Неудобно же так получилось... Я нормально себя чувствовала, это Ваня у нас паникер... На пол от помидоров рассол пролили, подскользнулась! - она подмигнула сыну, который, сидя на краю дивана, с остервенением крутил кольцо в ухе.
- Я пойду, - сказал я. - Меня уже жена заждалась, я на пару минут из дома вышел-то...
- Попейте реально с нами чаю, Павел Александрович... - вдруг сказал Коновалов.
Я одарил его долгим взглядом. Я, конечно, понимал, что он не хочет оставаться с ними наедине...
В "телегу" с грохотом упали четыре сообщения от Марии Борисовне. "Все нормально, скоро буду", - ответил я и убрал телефон в карман.
- Ваня, а что с отцом-то?. - всполошилась мать Коновалова. - Ты бы его спать уложил... - она извиняющееся посмотрела на меня. - Он у нас, бывает, переберет... Ну, так праздник сегодня...
- Он мне не отец! - резко сказал Коновалов.
- Ваня, ну, что ты при учителе скандал-то устраиваешь! Неужели за два часа не угомонился?.. Вы не обращайте внимания, Павел Александрович... - она прошла на кухню, видимо, ставить чайник. - Они в этом возрасте все такие, да вы и сам, наверное, замечаете... Вот у меня подруга...
Коновалов шарахнул дверью в прихожую.
- Я вот все хотела поблагодарить вас, Павел Александрович... - мать Коновалова положила мне на тарелку самый большой кусок торта. - У вас просто талант педагогический! Вы уж простите, что я тогда, в больнице, сказали, что вы слишком молоды для учителя... Всеми вечерами занимается! Раньше все по улицам шлялся, приятеля себе нашёл какого-то неадекватного... Как-то вот они называются... Которые в старую одежду оденутся и давай мечами махать!..
- Реконструкторы? - предположил я.
- Да, вот-вот! Он мне говорил, но я забыла...
- Немудрено, - вставил Коновалов, старательно изучающий содержимое своей тарелки.
- А тут даже девочку вроде себе завёл... - продолжала его мать. - Дай Бог, сложится у них...
- Мама! - вскричал Коновалов. - Прекрати сейчас же! Павлу Александровичу это неинтересно!..
- Может, и неинтересно, только почему-то ты помочь его попросил... - резонно заметила Ирина Сергеевна.
- Потому что ты запретила!.. Так бы...
- Ваня! - она явственно толкнула его ногой под столом. - Ну, что ты в самом деле... Давайте, за праздник, что ли, выпьем! - она кивнула на бутылку шампанского.
- Может, не стоит? - дипломатично поинтересовался я.
- Оно же не крепкое!..
- Да мне ещё домой ехать! Загребут ещё... - я было улыбнулся, но под испепеляющим взглядом Коновалова быстро вновь сделал серьёзное выражение лица.
Мы чокнулись.
- Пойду я... - я встал. - Спасибо за гостепреимство...
- Это вам спасибо, Павел Александрович!.. - закивала мать Коновалова. - Извините за беспокойство! Ване как что в голову стукнет...
Коновалов тоже поднялся.
- А ты куда? - всполошилась Ирина Сергеевна.
- За сигаретами! - он ядовито ухмыльнулся.
- Сколько раз просила тебя не курить! С твоим-то здоровьем! - на щеках Коновалова расцвели красные пятна. - Павел Александрович, ну, может, хоть вы на него воздействуете...
- Я за хлебом схожу, хлеб кончился... - заявил Коновалов.
- Да вроде ж есть ещё...
- Ну, лишний не будет... - усмехнулся я.
Мы вышли в подъезд.
- Ты что хотел-то? - я достал из кармана сигареты. - У меня не по приколу сейчас дома скандал будет...
- Павел Александрович, почему у меня ничего не получилось! - жалобно спросил Коновалов.
- Я же говорил уже!..
- Да вы более пьяный, чем я! - воскликнул он. - Вы бы его пришили, если бы я не вмешался... И смеялись, когда она чушь порола...
- Ну, а что, плакать нужно было?..
- Я знаю, как вам это удаётся, я так не умею...
- Легче нужно смотреть на вещи! Жизнь сложна, не надо её ещё больше усложнять!.. - я докурил сигарету до фильтра и взмахнул рукой, открывая портал. - Я могу надеяться, что сегодня обойдётся без эксцессов?.. Знаешь, у меня тоже иногда бывает личное время... Прикинь, а?
- Просто, выходит, в вас есть это... - выпалил Коновалов. - А у во мне нет... Один раз лишь получилось... И все!..
- Так не бывает, Иван...
- Ну, а почему...
- Всё, заканчивай рефлексии!.. - я шагнул в портал. - Надоел!.. Желаю тебе в наступающим году побольше верить в свои силы!..
В гостиной светился экран ноута, Мария Борисовна смотрела какой-то фильм.
- Паша...
- У нас салат ещё остался?.. - поинтересовался я, садясь рядом с ней на диван. - Жрать хочется...
- Паша, что у тебя с лицом?!
Я приложил руку к ссадине на подбородке. Странно, что мать Коновалова ничего не заметила. Возможно, она, правда, решила, что я завалился на улице. Гололед, как никак...
- Небольшая производственная травма.... - я запустил ложку в салатник.
- Тебе достать ещё что-нибудь, я уже все в холодильник убрала?.. Ты с ним подрался, что ли?.. - до неё начало доходить, и она посмотрела на меня в каком-то религиозном ужасе, как монашка, наверное, смотрела бы  на настоятеля, если бы он вдруг предложил ей замутить с ним.
- Скажем так, я научил его вежливости... - хмыкнул я, накладывая в салат маслины.
- Он же создаст тебе проблемы!..
- Он не вспомнит, он пьян вдрабадан! - я притянул её к себе. - Маша, поменьше заморачивайся!.. Я сделал то, что давно должен был сделать!..
- Это ничего не изменит, - мрачно сказала она.
- Разумеется! Но мы же должны делать хоть что-то! Иначе в конечном счёте нам будет противно смотреть в зеркало по утрам...
- Когда я училась классе в шестом, - медленно проговорила Мария Борисовна, - на меня напала группа мальчишек... Были у нас такие, их все боялись... Вырвали у меня из рук пакет, с которым я шла за хлебом, и бросили в лужу... Это было рядом со школой,  мимо шли взрослые, в том числе, и учителя, наверное... И никто... Никто её помог мне...
- Так чаще всего и бывает, - кивнул я.
- Бедный мальчик... - она покачала головой. - Я имею в виду Коновалова, - добавила она, как будто это требовало пояснений. - Если бы не ты, он вообще бы не увидел в жизни ничего хорошего...
- Жизнь длинная, Маша, - я начал вытаскивать шпильки из её волос. - И только от нас зависит, какой она будет...