Ворожея Яга
Баба Яга перебралась в город, сменила имя, облик подновила. Не вечно же ей в лесу прозябать, иной раз, при её способностях, неплохо бы было пожить среди людей на всём готовом. Теперь она называлась ворожеей и присвоила имя давно забытой Василисы Премудрой. В отличии от многих её коллег знахарок новоявленная Василиса умела колдовать и удивлять, и люди к ней потянулись, деньги в её карман рекой потекли.
Очередным клиентом к бабке Васе заявился местный богатей, прославившийся своей скупостью. Бизнесмен Чернота Пётр Петрович заручился поддержкой друга Костика, прежде чем прийти на приём к ворожее. Костик – новое имя Кащея Бессмертного, который изменил свой позывной лишь отчасти, и фамилия его теперь звучала как «Бессемейный». Вот так и случается всё в жизни бренной: чёрное к чёрному тянется, светлое – к светлому.
Пётр Петрович озаботился извечным родительским вопросом: не по нраву ему пришёлся выбор сына Юры, который влюбился в безродную деревенскую почтальоншу. Приметил отец для сынка девушку из своего круга, и родство с конкурентом по бизнесу сулило ему сказочные прибыли. Деревенщина рушила все планы отца, а богатство, по его разумению, не терпит чувствительности. Любовь и богатство несовместимы.
У Юрика было всё, что бы он не пожелал, и девушки к нему на шею кидались – любые, кого он захочет. Деньгами легко привадить, соблазнить, и за запахом купюр потянется толпа людская.
Избранница отвергла Юрия по какой-то неведомой причине. Странную девушку выбрал сын. Не от мира сего. Обмороченная она, должно быть, чем Юрия и соблазнила, приворожила. Сник Юрик, не говорит ничего, страдает и денег больше не просит. Ничего сынку не стало нужно: ни баров ночных, ни прогулок по Парижам, ни путешествий заморских. Необходимо что-то делать с ним, лечить и к жизни светской возвращать.
Сложную задачку поставил бизнесмен для колдуньи. Одно дело – приворожить. Любовь душе никогда не станет помехой. Светлая, она безвредна. Операция по удалению любви без ожогов не проходит, чирьями душа исходит, когда её добра и любви лишают. Темнеет душа расчленённая, не светится былой красотою.
Без вреда никакая ампутация не проходит, и придётся бабке Василисе быть предельно аккуратной и предусмотрительной, берясь за нелёгкое дело по удалению любви. Надо бы ей извернуться, проследить как-то за пациентом, рядышком его пристроить. Только как обустроить своё присутствие подле молодого человека – вот в чём вопрос, который не разгадать разом.
А вопрос сей вдруг сам собою разрешился, повезло колдунье: пришёл Юрий к ней сам, с просьбой приворожить свою избранницу, которая взгляд от него воротит. Удача тёмным силам не потворствует, дано им одно везение. Везение, оно двояким исходит: подвезёт сегодня негаданно, а назавтра приходит забота за сохранность добычи незаслуженной. Вся жизнь последующая искорёжится с забот тех ненужных. Удача добрым начинаниям способствует и венчается результатом, благодарностью всенародной закрепляется.
И то и сё пришлось ведьме вершить, два дела взаимно отвергающих: приворожить и ожесточить, и не могла она отказать ни старшему, ни младшему заказчику. Деньги не позволили устраниться от заведомо пропащего дела. Деньги решают всё, а там – будь что будет. Ей не раз предстоит посещать косметический салон, а цены там ещё те, с лесным бесплатным изобильем не сравняться. Трудно в городе жить, приходится соответствовать, и лукавством, и телом.
-Ты сам попей пока, - протянула ведьма Юрику заготовленное зелье. – Попей, душу успокой. А я пока придумаю, что с зазнобой твоей предпринять.
В деревне Светочку любили все. Невозможно не любить такую красавицу, которая добрые известия приносит. Общительная, улыбнётся она каждому улыбкой лунявой, русой косой махнёт, уходя, прощаясь. Свет приносит почтальонша в каждый дом вместе с письмами, оттого и любят её люди.
В своё время пришла к Свете пора любви. Юность всегда наполняется этим чувством, таков закон. И влюбилась Света в тракториста Фёдора. Самого Федю она с детства знала, а тут вдруг утром одним поняла, что жить без него не сможет. А он не откликается отчего-то, воротится со взгляда приветливого. Непонятно было для Светы скупое отношение Феди к ней. Непонятно и обидно.
А у Феди характер был такой: весёлый и шебутной на людях, он терялся средь женского внимания. Так мама его воспитала, учила помогать девочкам и быть осторожным с ними. Таким он и вырос, лишний раз к девчонкам не приставал, стеснялся их до несуразности. К понравившейся ему Свете он вовсе не подходил. Не для него краса такая растёт, как казалось Феде. Любовался он лучшей деревенской красой издали.
Хорошим намерениям всегда благоволит случай. Природе необходимо как-то хранить жизнь, и она подталкивает людей друг к другу при помощи любви. Деяния природные неисповедимы и для людей непостижимы.
Света шла с почтовой сумкой по дорожке, тянущейся вдоль лесной опушки, когда навстречу ей вышел волк. Волк присел, смотрит на девушку сверлящим взглядом: кто это посмел преградить его путь? Света застыла, не смея шагнуть, и о страхе забыла; помнила только, что нельзя до поры двигаться перед встреченным волком. В другой раз удалится зверь, незаинтересованный несвойственной ему добычей.
Долго стояли так, Света успела убояться и онеметь. Шум трактора прервал противостояние. Это Фёдор вспахивал поле неподалёку и случайно увидел почтальоншу, подвергающуюся опасности. Увидел и развернул ревущую машину навстречу любимой, подвергшейся опасности, добавил шума сигналом, чтоб убоялся зверюга.
Волк переключил своё внимание на скрежещущую железяку, почесался задней лапой и удалился с достоинством. Волк Аявр выполнил поручение, данное ему лешим Иваном Кузьмичом. Свёл Аявр два любящих сердца, и теперь ему самому пришла пора любви. Любовь, она с добрых дел расцветает.
Фёдор пригласил почтальоншу к себе в трактор, подвёз. В тракторе места не очень много, и на ухабах пассажирке пришлось то и дело касаться плечом тракториста. Стеснительность женского пола в Фёдоре прошла, и почувствовал он уверенность в себе: надо раскрыть свои чувства перед Светой. Это будет правильно, любовь с признанья начинается.
Юра повстречал Свету, будучи проездом по деревне. Они с друзьями нашли новое развлечение для себя: шашлыки на речных берегах жарить, беситься со свежего воздуха, как зверью это изначально положено. Приелись мажорам бары, а разврат на природе по душе им пришёлся.
У сельмага Юре повстречалась почтальонша с сумкой через плечо. Вот где экзотика! Такого в городе по сегодняшним дням не сыскать. Удивился Юра необычной девушке и решил подшутить над нею; вышел из машины, подошёл к ней сзади незаметно и ошарашил неожиданным вопросом: «Мне ничего нет»?
-А вы кто? – оглянулась удивлённая девушка.
-Как кто? Чернота, - заявил Юра как ни в чём не бывало. – Юрий Петрович. Для тебя просто Юра. Так есть мне письма, извещения?
-Так вы же в нашем округе не проживаете, - промолвила Света, недоумённо пожимая плечами. – Я разношу почту только по близлежащим адресам. Вы же городской, по всему. Доставкой почты по городу городская почта занимается.
-А можно письма почитать? – улыбнулся Юра своей проказе. – Никогда писем бумажных не читал, не доставал их из конверта.
-Нельзя! Как можно! – забеспокоилась Света за сохранность своей ценной поклажи. – А если объявился в вас такой интерес к нашему делу (согласилась помочь тут же), можете проводить меня до бабы Тоси. Она тут рядышком живёт. Я ей всегда читаю письма от родных. Сама-то она не может по скудости зрения. Хорошая бабушка, добрая. Чайком всегда угостит.
Юра без тени сомнения согласился на неожиданное предложение и помог девушке нести её увесистую сумку.
Юре понравилось деревенское гостеприимство, как неказисто показалась ему бабушкина избушка, и он сильно сомневался, прежде чем переступил порог хиленького домика. Чистота и доброта разбавили сомнения юноши, привыкшего к городскому уюту, спешащему к роскоши. Так мило тут оказалось и тепло! Без кричащих излишеств и позёрства, теплом души хозяйской обогревался бабушкин домик.
Баба Тося забегала суетливо, привечая дорогих гостей, накрыла на скорую руку стол, выставленный посредине небольшой комнатушки. Радовалась всё за Свету, что нашла она, наконец, свою половинку, интересовалась, когда молодые пожениться планируют. Света смущалась на бабушкины расспросы, оправдывалась: «Малознакомы мы».
-Знаю, знаю, - лукаво улыбалась старушка. – Меня-то, старую, не обманешь.
Света читала письмо, да так, что даже Юра заслушался. Ни о чём письмо, казалось бы, и написано коряво: живёт дочка в городе, детей воспитывает, муж деньги в дом приносит. А бабушка переспрашивает всё: как там детишки её поживают, не страдают ли? А откуда знать Свете о том? Отвечает почтальонша всё же: «Хорошо там всё у них. Не жалуются». Успокаивает Света бабу Тосю и в Юру тем временем неосознанное закладывает что-то хорошее. И голосок Светин замечательный такой, что вникать в слова её не хочется, просто слушать.
Мажоры набесились за ту ночь на бережку, девок за титьки нащупались. Нагулялись и спать завалились по утру, полов не различая. Вот так и гулевает наша сегодняшняя молодёжь: не помня день вчерашний, не оставляя праздника в душе.
Юра долго не мог отойти с той ночи, пока с похмелья не отошёл, пока не понял причины тоски своей не проходящей: стоит Света у него перед глазами и никак забыться не может образ её завлекущий. Мучится Юра подолгу не привык, завёл свою машинку элитную и сорвался без всяких сомнений в деревню. Сильным мира сего дозволено многим больше, чем людям с земли: и свобод у них немерено, и ответственности за прожитое время никакой. Не существует для них понятия занятости.
Света встретила Юру приветливо, по-деревенски, как знакомого нового, городского, необычного. Встретила, а когда узнала причину его прибытия и услышала слова признания, отвергла ухажёра со всей строгостью, присущей женщине занятой.
И как такое случится могло с Юрием, что он отвергнут был? Кто он, а кто она?! Деревенщина! Да ни одна городская красавица не позволила бы отказать ему в привязанности!
А образ светлый, женский, не уходит всё с сердца юного. Не приемлемо для Юры было понятие влюблённости, а есть она – любовь.
И полезли тогда в мозг неокрепший мысли грязные: не изувечить ли её, чтоб не теребила она больше душу. Иль загубить её вовсе, дабы исчезла эта ведьма с глаз навек? Юре за убийство ничто не встанет, отец от всего сынка отмажет.
Глава II. Трудности колдовства.
Баба Вася, то бишь Баба Яга, извелася вся сомненьями. Чёрт роги сломит с этими людишками. Чего хотят они, к чему тянутся? У каждого своё, и не совпадают их устремления, разнятся чувствами и мыслями. Как услужить им прикажешь таким – с разными запросами? А денег надо.
Пошла тогда баб Вася к другу Кащею за советом. Кащей, он из наших, сказочных. Этот обязательно поможет.
-Рубить их всех надо нещадно! - Зло присоветовал Кащей и тут же осёкся. - Нет, Черноту не надо. Эти нам ещё сгодятся. С нами они, из Тёмного царства.
Кащей, он ещё тот рубака. Всех на своём пути поколет, завалит. Ему только волю дай. Волю таким давать нельзя, и баба Вася не располагала к убийствам, какой бы злой сама не была. Покалечить, обидеть – это ещё куда не шло, но лишать жизни, не тобою даденой, Яга решалась только в крайнем случае и глубоко переживала после содеянного.
Не приняла Яга-Василиса Кащеевых советов и решила поговорить о нахлынувших на неё проблемах с Водяным. Водяной мудрец ещё тот, всё рассудит, разложит человечьи неповторимые влечения по полочкам.
Замучалась Яга вызывать Водяного со дна болотного, тщетно била прутком по ряске и кувшинкам. Раньше с этим делом было проще, лягушки помогали вытаскивать хозяина со дна болотного. Сегодня все лягушки разбежались с первого окрика, забыли пупырчатые знакомую бабку, умеющую квакать. Память лягушачья недолга. Да и городская жизнь основательно подновила бабкин облик, не узнать её стало.
Отложила Баба Яга прутик, задумалась, засмотрелась на лес, в котором прожила многие веки, затосковала о жизни прошедшей, волшебной. Сосен верхушки подкрасились облаками, красуются. Берёзки примерили пожелтевшие листочки, раскрасились под осенние цвета. Хорошо в осеннем лесу, обильно. Щедрая осень полнится жизнью, ешь – не хочу. А скоро зима, наедаться необходимо впрок. Зря Яга ушла из лесу. А кто ей запрещает вернуться?
На дальнюю берёзу присел ворон, прокаркал лесу своё отношение к окружающему миру. Яга набрала полные лёгкие воздуха, выдохнула ворону своё приветствие. Не забыла бабка язык вороний, откликнулся пернатый, затрещал без умолку. Понял ворон, что хотят от него, зазвал свою стаю, и лес приболотный заполнился карканьем, с которого аж вода зарябила.
Водяной показался из тины не выспавшимся и злым, поднял со дна болотную муть, запачкал грязными потоками цветочную красу и закричал, прерывая птичий гомон:
-Кто тут смеет меня будить, сладкие сны мои рушить?
Вороны встрепенулись, притихли и разлетелись в разные стороны.
Баба Яга откликнулась на злые окрики старого друга:
-Водянушка! Мокренький! Здесь я, твоя подружка. Пришла, соскучилась.
Водяной с пониманием выслушал жалобы Яги по поводу этих непонятных людишек и без особых раздумий выдал своё слово:
-У меня дочка на выданье. Забирай её с собою. Встряска ей не помешает, тухнет она в моём болоте сидючи.
-Мне невеста не нужна, - отказалась Яга от мокрого предложения. – Со своими клиентами не знаю как разбираться.
-Ты меня не поняла, - уточнил Водяной. – Сильвия в женихах не нуждается. Она лесная и человеческие влечения ей чужды. Сосватает кто, вкусит жизнь семейную. Недолго, испробует и сплюнет. А не найдётся жениха, без него проживёт, не обеднеет. Ты посмотри на неё, познакомься.
Водяной поднырнул в свои болотные владения и забурлил, выпуская со дна пузыри глухими звуками.
Сильвия вынырнула, крася себя неуёмным смехом. Смеяться её лягушки учили. Смех лягушачий оказался заразным, не надобно для него шуток, смейся и радуйся. Весёлая жизнь краше тоскливой, заумной.
Красивое иностранное имя и заливистый смех, однако, не делали девушку прелестной. «Сильвия» звучит во Франции как «лесная». Имя подходило девушке из леса, характеризовало её лучше рекомендательного листа. Грязная, не приглаженная девушка со скомканными косами, она своим видом оттолкнула бы от себя любого мужчину. Привлекательность в лесу не нужна. В зверином царстве ценятся сила и здоровье, красота – на последнем месте. Когда Сильвия вытащила свой хвост из воды и ударила им, пуская брызги в сторону незнакомой бабки, Ягу сеё действо взбесило окончательно.
-Так она у тебя ещё и русалка?! – взъярилась бабка. – Ты кого мне предлагаешь? Знаешь кто мой заказчик? Чернота! Чернота – это о-о-о (подняла палец кверху). Сам Кащей на Черноту работает. А ты ему – это. От такой грязнули простой работяга откажется, знатный бизнесмен её близко к воротам не подпустит, собаками затравит.
-Не по нраву моя кровинушка пришлась? – защитил дочку Водяной. – Так она любою может стать. Какой ты её хочешь видеть? Только представь.
Русалка окунулась, смыла с себя грязь и начала преображаться, неуловимо ловя бессловесные желания Яги. Менялась Сильвия с помощью света, невероятным образом ловила лучи солнца и поглощала нужные световые волны. Понадобились ей румянца на щёчках, и они тут же зардели, отражаясь тёплыми розовыми тонами. Чёрные русалочьи глаза, жадно глотающие все солнечные подарки, поменялись на холодный голубой цвет и постепенно окрасились заказанной зеленью.
Русалка грациозно вышла на берег, с хвостового её плавника сверху вниз блеснула молния, раздвоив чешуйчатое гребное устройство, и оно преобразилось в блестящую модную юбчонку, в прорезе которой угадывались стройные женские ножки.
Русалочьи губки надулись, наполнившись зелёненькой тиной. С носа пирсингом свисала блестящая змейка. Уши прокололись лягушачьими серёжками, квакающими зелёным малахитом. Получилась вполне приличная современная девушка Сильвия без видимых недостатков. Разве что запах…
Гнилостный пряной запах, принятый лесными жителями как должное, цивилизованными людьми отвергается напрочь. Небольшой недостаток Сильвии Бабу Ягу не смутил. Колдунья – её профессионализму позавидует любой парфюмер. Нос Яги мог шевелиться в поиске нужного аромата, и бабка берегла свой нюхач пуще остальных конечностей, которые не единожды подвергались пластике по старости лет. Нос от опасных хирургических вмешательств был защищён, вовремя смазывался и прикрывался берёзовым листиком с морозов. Знала Яга о всех тайнах купажа, и тёплое гниение Сильвии непременно будет подкрашено приятными запахами, потянутся к ней люди.
Василиса Премудрая (Баба Яга в позапрошлом) записалась на приём к Черноте Петру Петровичу и привела с собой русалку Сильвию. Сильвию оставили в приёмной пока ворожея докладывала высокому заказчику о продвижении порученного ей дела – разрыв отношений сына с его избранницей почтальоншей из низшего класса.
-Я дала Юрию отторгающего зелья и представила его как приворотное. Они пьют мой настой, он им нравится. Результат от употребления настоя приходится ждать долго, да и не предсказуемо это лечение. Всё зависит от здоровья пациента.
Я привела с собой девушку. Она многим сможет помочь в нашем деле. Надо бы её как-то приблизить к вашему высочайшему семейству. В секретарши к вам, что ли, определить?
-У меня есть секретарша, - отказал Чернота. – Не можешь сама справится, так и скажи. Вали, я тебя не держу. Другую вместо тебя найдём. Надо же, на бабки развести задумала. И кого – меня! Одну нищенку от сына отвадит, и подложит свою. Не выйдет, дорогуша! Только не со мной.
-Да не нужен Сильвии жених, - оправдалась Василиса. – Она отворотит Юрия от любви. Она сможет. И вам она сможет помочь. Сильвия людей насквозь видит. Кто работу свою не исполняет, ленится; кто подворовывает у вас. Всех разоблачит и вам доложит. Почему я и предложила для неё должность секретарши, самую приемлемую для её способностей.
Хорошая девушка Сильвия. Исполнительная и послушная. Одно имя у неё какое – звучное и оригинальное. Ни у кого такого имени нет. Замечательное имя, как и она сама.
-Ладно, зови, - согласился Чернота. – Посмотрим на твою Сильвию. За просмотр денег не берут.
Русалка вплыла в кабинет, засверкала вся, радостью всё заполнила. Чернота встрял колом, расширил глаза и головой затряс на всё согласный.
Продолжение http://proza.ru/2025/12/25/1292.
Полная версия: http://proza.ru/2026/01/05/187
Свидетельство о публикации №225122101275