Тонкая нить

   Был поздний вечер, рдел яркими углями костёр, постреливая искрами в тёмное небо, с таёжной реки доносился глухой шум переката, который прошли в этот день участники похода. Рыба
на перекате ловилась просто отлично: Каждую минуту – то некрупная щука, то красавец-хариус. Парни и девчата ели уху из щуки, и жаренных хариусов, нахваливая поваров, затем ещё был ароматный плов, приготовленный на углях костра. Невероятно вкусный! После сытного ужина наступило умиротворение с кружками крепкого чая в натруженных за день руках. Затем послышался традиционный звон гитарных струн и начались разговоры.

молодые туристы заспорили об альпинизме - героический ли это спорт и стоит ли им заниматься? постепенно в дискуссию втянулась вся группа. спросили и мнение самого старшего из участников похода, которому, правда, было лишь под тридцать, крепко сбитого парня, сидевшего чуть в стороне у ствола упавшей ели и пьющего чай, расслаблено глядя на угли догорающего костра. Молоденькая девушка, затеявшая весь этот спор, нетерпеливо воскликнула:
 - Вы, вы не отмалчивайтесь, а прямо скажите: - вы признаёте альпинизм героическим спортом?  Ведь вы по всему давно занимаетесь туризмом и опыт у вас в этом большой?

Парень отвлёкся от своих мыслей, огляделся, вздохнул и как-то грустно сказал:
 -- Вот вы тут спорите о героизме, о волевых качествах, о мужестве, а жизнь, она сложнее и проще одновременно. Жил я когда-то На Дальнем Востоке. Действительно, в юности Увлёкся альпинизмом: вот где романтика! Дикая первозданная красота гор, ледники, края белого безмолвия, царство нехоженых вершин, ледяных озёр и бесчисленных водопадов. Побывал на Алтае Кавказе, и даже на Памире. ушёл, когда друг в тумане провалился в трещину. Долго искали, нашли лишь через год, а у него осталась молоденькая жена с годовалым ребёнком.

Он печально улыбнулся:
 - В альпинизме многое зависит от человека, но и от качества снаряжения немало. Обидно, когда оно подводит, ещё обиднее, когда жизнь твоя зависит от случайности или чьей-то глупости. Вспомните наше кино "Вертикаль" с Высоцким и "Скалолаз" со Сталоне: там горы без конца и края, безлюдье и белое, вековое безмолвие. Там многое упрощено, но главное показано - риск несопоставимый с жизнью. 

сам через это прошёл. Идёшь, Рюкзак огромный, тяжеленный на плечи давит, ёрзает. Ущелье красивое? Тебе не до этого: глаза на тропу, мысли - как бы не упасть на скользких камнях и сделать следующий шаг... Какие там красоты? Не до того, ничего вокруг не видишь... Хрипишь, но идёшь, рюкзак давит, мысли путаются. День идёшь, потом ночуешь не пойми где, на следующий день вновь тропа и вновь надоевший рюкзак... Погода меняется каждые пятнадцать минут: ветер, дождь стеной, туман, где видно лишь на десяток шагов, колючий снег в лицо, яркий, слепящий солнечный свет, а потом вновь ветер, норовящий сбить с ног, и всё по новой. Конечно, романтика, посиделки у костра, песни под гитару, ночёвки в палатках... НО это хорошо по молодости, а она быстро проходит. После этого не понимаю всяких экстремалов, а альпинистов в особенности,

Он подбросил в костёр толстый сук.
 - Потом я занялся дайвингом, благо Японское море под боком, конечно, не тропические воды, но ярких подводных красот тоже хватает. Бросил, когда знакомому акула откусила ступню. Молодой парень остался инвалидом. Шум был большой, об этом много писали газеты.

Молодой мужчина вздохнул, похоже вспомнилось что-то невесёлое, затем продолжил:
 - Я после сплавлялся по сибирским рекам на байдарке, увлёкся рафтингом - плот, он как-то надёжнее, мне нравилось. Красоты тут необыкновенные: древняя природа, синие горы, покрытые густой тайгой, огромные ели с верхушками, полными рыжих шишек. В таких краях остро чувствуешь, как мал, как жалок, человек среди величия природы. Однако, кроме этого - Ночлег в палатках. зябкие Болота и комары стеной, И Тучи, Тучи огромных слепней... Бросил я экстремальный сплав, когда на сложном пороге наш плот перевернулся и несколько человек переломались, а один умер, порвав живот о сук застрявшего меж камней топляка.

он помолчал и продолжил:
 - По работе Переехал в Башкирию, там у меня появилось новое увлечение - спелеология. Интересно же - таинственные пещеры, подземные тоннели, настенные рисунки первобытных людей, сталактиты, сталагмиты... Не повезло, переночевав в Аскинской ледяной пещере, простудился и долго болел. Врачи категорически запретили пещеры - влажность, холод, недостаток кислорода и прочее. Долго маялся от скуки, но знакомые уговорили заняться скалолазанием, дескать навыков альпинистских у меня достаточно, а им нужен опытный человек в команду. а теперь расскажу историю, после которой бросил и скалолазание.

Отпив чая, он ещё раз оглядел внимательно слушающую его рассказ молодёжь, с сожалением отставил кружку и продолжил:
 - Собрались мы в поход поздней весной, пошли на останцы - утёсы такие, вроде столбов, метров 250-300 высотой, самое то для отработки навыков. На вершинах ближайших гор ещё лежит снег, искрится, словно просыпанный сахар. У подножия скал, где поставили палатки, густой щёткой светло зелёные кусты, и всюду ранние цветы. Погода по-весеннему неустойчива, ветер быстро меняется, набегают низкие тучи, пугающе меркнут вершины гор. Дикая красота и величие. Словно царство каменных троллей. Тишина, лишь свист ветра, кажется, что на земле нет людей, и не было никогда. Группа небольшая, семь человек - две девушки и пятеро парней. Опытных - трое, остальные - новички с небольшой практикой, правда, с амбициями и гонором. поднимались не спеша, тщательно отрабатывая каждый приём с новичками.  Маршрут несложный, но было там пара труднопроходимых мест. задержались на уступе, что-то вроде каменного балкончика. Там перекусили, отдохнули и продолжили восхождение.

Парень помолчал и со вздохом сказал:
 - Так вот, я должен был идти последним. Уже совсем собрался, но тут что-то произошло. Мимо с криком пролетела вниз предпоследняя участница. Молнией мелькнула мысль:
 - девчонка сорвалась! Ох-ты ж! А внизу метров 150 бездны...

Упал я на каменный балкон, упёрся подошвами в выбоину, всем весом навалился на верёвку. сильнейший рывок! Верёвка пытается вырваться из рук и оторвать меня от уже такого родного камня. Врёшь, не получится, удержу! Ой блин! Какая же ты тяжёлая! А по виду и не скажешь!

хрустит позвоночник, трещат от натуги суставы. 
 - Ничего, плевать, всё равно удержу, надо, надо удержать! Да где же остальные, чего телятся?!

Издали слышу крики: - Держи! мы спускаемся, скоро будем!
 - Держа-ать!!! На тренировках больше доставалось, выдержу! - сквозь зубы шипел я, вцепившись в верёвку. суставы от чрезмерного напряжения трещали, натянутые сухожилия явственно скрипели, грозя лопнуть. Перепуганная девчонка внизу безостановочно визжала на одной ноте, раскачиваясь на верёвке.

 - Да замолчи же ты! - Проскользнула по сознанию непрошенная мысль. Скосил глаза: верёвка натянутой струной уходила от моих рук к краю каменного балкона и резко исчезала за ним.
 - Лишь бы она выдержала, не перетёрлась, не оборвалась! - билась в голове мысль. - Тогда всё будет зря!
Всем телом, руками, плечами, позвоночником чувствую вес девчонки, скриплю, но держу, О-ох, надолго ли? 

сбоку появилась чья-то рука и вцепилась в верёвку, затем другая, чья-то спина.
 - Держись! Мы сейчас... - Кто-то сипит от напряжения рядом.
 - Где она ошиблась? Все же прошли, а она умудрилась сорваться, бестолочь! Теперь висит на мне и вопит, дурёха! Правда, уже не только на мне, ребята помогают.

 - Страховка готова, отпускай! раздалось рядом.
 - О-ох! Наконец-то! Думал, не удержу!

Кое-как встаю, перецепляюсь и валюсь прямо на скалу. От усталости закрыл глаза и не заметил, как вытащили несчастную девчонку. Очнулся, когда мне разминали плечи и руки. Ребята потом рассказывали, что добрых пять минут втроём разжимали мои пальцы, так их свело от напряжения.

Рядом сидела зарёванная девчонка, кивнул ей: - Как ты?
 - Спасибо. - Её голос ещё подрагивает от недавних рыданий.
  - Да ладно, проехали. - пытаюсь улыбнуться в ответ. - Всё нормально, всякое бывает.

тогда-то я и понял цену жизни, которую так легко оборвать по случайности, от дурного гонора, от бестолковой самонадеянности. А как гласит восточная мудрость - неизвестно, что раньше оборвётся - волос или аркан, и потому не стоит увеличивать шансы сократить свою жизнь, рискуя совсем уже по-глупому.

Потом была вершина, хмельная радость победы, удовлетворение от достигнутого, усталость и ещё что-то непонятное. Я оглядывал вершины гор в пятнах снега, серебряных нитях ручьёв и далёких водопадов... Мысли текли медленные и ленивые.
 - Я здесь, я осуществил мечту! Я - на вершине утёса и всё хорошо! А жизнь... жизнь продолжается.

Рассказчик отхлебнул уже порядком остывший чай и тепло улыбнулся:
 - Вот с тех пор Я и хожу лишь в нерисковые походы, так как не ходить уже не могу, как-то привык. да и женился я, и мы ждём ребёнка, а потому я теперь отвечаю не только за себя. Дома меня любящая женщина ждёт, волнуется. Такая она, испокон веку, женская доля - сиди, жди, пока мужики решат между собой свои бестолковые проблемы, жди, кто из них заплатит за ошибки слишком дорогую цену. А я не хочу огорчать любимую женщину, и только каждый сам выбирает свой путь. Такие вот дела, ребята...