10 верст, или 10 лет - по страницам моих откровени

 
    ДЕСЯТЬ ВЁРСТ, ИЛИ ДЕСЯТЬ ЛЕТ - ПО СТРАНИЦАМ МОИХ ЛИТЕРАТУРНЫХ ОТКРОВЕНИЙ.
               
                Желтая корзинка у моей блондинки,
                И большие, синие глаза.
                Черный кот подвальный, музыка из спальни
                Той большой квартиры, где родился я.
               
                Зайду во двор, где мы когда-то проживали,
                Где знали горестей, и радостей дожди.
                И Паша Лабух нам сыграет на гитаре
                Чуть-чуть фокстрота и немножечко тоски……..   
                ГАРИК КРИЧЕВСКИЙ.

   Каскадом чудесных воспоминаний завершается для меня этот, 2025 год.
 На первых взгляд – такой же, как и все предыдущие годы. Но, бережно оживляя всплесками памяти события, которые, так знаково дополняя друг друга в недавнем десятилетии, сложились для меня, наконец, в итог огромности отменно выдающегося результата, не без гордости говорю: сегодня, 21 декабря, 2025 года, мои усилия всколыхнуть окружающий мир происходящими в Донецке событиями, словесно материалезовались в десять лет писательского творчества. Именно на ПРОЗА. РУ оно и начиналось! Очерком – ДОНЕЦК, НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ, БЛОКАДА.
     Сегодня это эссе есть первое, по счету, из 150, опубликованных на этом сайте. Вполне юбилейная цифра для полноценного ощущения праздничности.
   И есть ещё три книги, о совершенно особенных проявлениях современного Донецкого бытия.   

     Для меня это – первый, честно обретенный финиш успешного преодоления препятствий на ухабисто извилистом пути к заповедной, дружественно приветливой открытости мира. Пути, почти не проходимом для не достигших в своем ментальном развитии степени дерзости и бесстрашия слабаков. И большая, покоренная упорным и ежедневным многочасовым трудом, вся воля мощной, неукротимой настойчивости – в крепких кулаках неприятия пошлой грязи фальшивого словоблудия! - вершина изъедающих душу сомнений: кому же нужны мои отчаянные посылы исторической достоверности о Донецких буднях, до основания здешнего землетворения взбудораженных кроваво-блокадным лихолетьем!?
   
   Говоря так, я вопреки всему ощущаю праздничный оптимизм удовлетворенности проделанной работой. Емкость слов юбилейной бодрости для меня – беспрепятственное вхождение в восторженный космос впечатляющих открытий!
  Очень радостно, что есть хорошие, замечательно добросердечные люди в ежедневности нескончаемых проблем. Таких людей, опыт настороженной мятежности духа, – ну просто катастрофически, отчаянно мало в Земной Вселенной, кишащей коварностью малодушия и унизительным презрением приторно бесчестных условностей.
 
    Но мне очень, и я всегда буду так говорить – мне неизмеримо бесконечно посчастливилось встретиться с такими людьми. Благодаря их поддержке, а это – их добрые и сердечно правдивые слова мудрого и авторитетного наставничества, слова и поступки искреннего уважения и доверия к моим мыслям, - у меня не истончилось, чтобы вскоре окончательно исчезнуть, желание говорить о моем Донецке.  Учащенно тревожный ритм биения его сердца я слышу в каждой минуте своего бытия.
 
   Очень дороги мне мои читатели! Мои единомышленники! Ох, как же хочется назвать число людей, проявивших в прошедшем десятилетии, и в печатных изданиях, и в электронных, интерес к Донецким очеркам! Но, с лёгкостью преодолевая возбуждение нелепой, мало что стоящей в мире сердечной открытости бравады, признаю: и даже самое мизерное число читателей для автора – уже прекрасно! Особенно, если их интерес к моему творчеству с каждым днем только возрастает – значит, это им нужно. А многим – необходимо читать и много раз перечитывать мои очерки из Донецка.
 
   Я знаю, что, как и в любом другом виде творчества, каждый год мыслительной сосредоточенности над определенной темой в обязательном порядке меняет личность творца. Но, перечитывая иногда свои очерки, я отмечаю неизменность в своем отношении к происходившим вокруг событиям. Правдивость, это - во-первых. Достоверность, голосами и выражениями лиц, встретившихся на моём жизненном пути дончан, это - во-вторых. А все вместе, для меня – закономерное совершенство в вербальном изложении лично пережитых впечатлений, в долгом ли, в коротком ли многолетии мыслетворения. 
 
  Я не хочу ни с кем себя сравнивать. Особенно – с пишущей братией, драконовским многоголовьем, однажды, вынырнувшей из всех щелей и расщелин, ураганом раззадоренной перспективой скоро запланированного взлета своих памфлетов-экспромтов о Донецке на олимп бессовестия, в самом начале его трагичности наводнившей город. Со многими из них довелось встретиться. Другие – не подпустили к своим телам. А один, самый высоко уже сидящий на вершине хорошо оплачиваемого зубоскальства, так вообще оказался обыкновенным брехуном. Как нынче о нем вспоминаю, так и хочется целебной водицей душевного умиротворения смыть гадкое к нему отвращение со своего лица.
 
  Но каждый из них, потоптавшись по Донецкой земле – хорошо знакомый фестиваль истинного тщеславия! запамятовал!: чтобы говорить о Донецке, надо ногами своими врасти в его землю, и тяжко врастать в неё до тех пор, пока не перекроется дыхание. Говорят же Донецкие шахтеры: что ты знаешь о солнце, если в шахте ты не был!?
 
   Что означает: не надо удобрять Донецкую землю своим бахвальством, вперемежку с похмельными бреднями блефовых фантасмагорий. Как видится, все предельно предсказуемо банально, в царстве брендов, где уже давно не вспоминают, даже потехи ради, милую сказочку о трех толстяках.   
 
   Я не знаю, стала ли я к сегодняшнему дню хуже или лучше, позволив себе неразрывной нитью, и навсегда! связать свою судьбу с судьбой моего горда. Но точно знаю, что, пробиваясь своими словами сквозь события, которые мне довелось всей моей сутью пережить вместе с моим городом, я смогла создать в своих Донецких эссе ощущение исторической памятности о Донецке, историю его печального выживания, в канве хронологической последовательности.
 
   И это – очень важно. И это позволяет мне сказать: Донецк всегда был и остается городом большой страны. Строился он руками энтузиастов, искренне веривших в нерушимое братство очень многих народов. Мужал он и крепчал силой трудового героизма миллионов работяг, обыкновенных тружеников, не избалованных приспособленческим конформизмом. Трудовым пОтом, да – пОтом миллионов, отстаивал Донецк свое трудовое геройство на нивах бескорыстной отдачи жизненных сил во славу, не продажно позорную, своей Великой Страны – Советского Союза.
   Потому и надо, без показного слюнтяйства, уважать этих состарившихся людей, трудно, терпимо достойно выживающих здесь сегодня, в обстоятельствах исторического бурелома. Выживающих, но стоически хранящих в своих семьях яркое и мгновенно узнаваемое разнообразие культурных и национальных особенностей, которыми, хочется верить, будет всегда славен Донецкий край.

  В завершении хочется сказать о моей переписке с замечательно выдающимися людьми.
В одном из писем я размечталась:

“ Мгновение Земного счастья из Донецка! У нас цветут липы! В дивном многоголосном пении своего ликующего жизнью цветения, тонко и очень интонационно чисто звенящего умопомрачительным запахом первого в этом году меда. И свершившейся свежестью желтых, какими еще бывают мило-озорные новорожденные цыплята, искусно сотворенных Природой соцветий, дружно и аккуратно умытых, цветочек к цветочку, шалящими теперь в нашем городе, почти что каждый день, дождями. Все это звучит очень по-новому и очень запоминающе. Без будничной суеты. И без былого равнодушия… Хотя, ведь, это же так очевидно, горе даже в малом своем проявлении, безжалостно подавляет все другие цвета. Умудряясь одним мазком разведенного черной сажей страдания превратить Земные радости в слезоточивую печаль. Пригорюнившуюся серость отчаяния в черную полосу спустившегося с Небес неумолимого рока… А Природа не сдается. Малыми крупинками своего, запрограммированного календарем гордого упрямства, спорит она, бесстрашно, с терзающими Землю страстями. Лишь бы только не прислушиваться к ним в это волшебно-чарующее время начала лета! Его не удержать в его беге…, за ним не угнаться…
 
  Но им, этим бесценным краткосрочным счастьем, можно насладиться… Сама пробовала. Запах липового цветения особенно пьянит и услаждает, когда вдыхаешь его закрытыми глазами… запрокинув голову назад… А зацвели-то липы аккурат ко Дню Рождения ПЕТРА, к 9-ому июня. И разве это не символично!? Преисполненный достоинства Балтийский ветер, золото-тканные россыпи словесности из Подмосковья. И вольно вихрастые просторы Донецких степей… С одной большой, и не пытайся обхватить руками! любовью к тенисто-зеленоглазым красавицам - лИпушкам…
Какие же сахарно-упоительные на слух есть все ласкательные суффиксы в русском языке… Привораживающие к себе добром и лаской…, как ароматный, густо заваренный липовый чай в белой фарфоровой чашечке… Заигрывающий с твоим обонянием пирамидными колечками такого же ароматного пара…”      
 
   Какое чудо! Еще немного – и солнце поспешит навстречу весне! И летом опять зацветут Донецкие липы.   

  А пока, словами Владимира Высоцкого: снег без грязи – что долгая жизнь без вранья.
   У меня так получается!  А у Вас? 
               
            Благодарю Вас за любезность в Вашем желании читать мои статьи, Людмила Марава.
               
                21 декабря, 2025 год. ДОНЕЦК.
P.S. Случайно узнала, что сегодня - День Шоколада.
     Мне очень понравилось это дивное совпадение, в дне 21 декабря, 2025 года.