Рижская сирень, или Детская травма

Сегодня модно все негативные проявления объяснять «детскими травмами»: мол, в детстве человека обижали, и поэтому он вырос жестоким, в прошлом его все обманывали — отсюда и вечное недоверие к людям. У меня тоже есть такой «порок», который я могу отнести к тем самым травмам, полученным когда-то.

Моя сестра старше меня на шесть лет. После школы она выучилась на кондитера и начала работать в столовой Уфимского нефтяного института. Помню, как всю первую зарплату потратила на подарки нам: бабушке привезла красивый цветистый платок, маме — кофточку, а мне… Женщины, мои ровесницы,поймут, какой бесценный подарок привезла мне сестра. Это были духи «Рижская сирень». Толстостенный стеклянный флакончик размером с два фаланга моего мизинчика, в скромном картонном коробке. Моему счастью не было предела. Я даже лишний раз крышечку не хотела отворачивать — испаряться же будут! Носилась с этой коробочкой весь вечер, а спать ложилась — под подушку сунула, чтобы щекой чувствовать подарок, время от времени пощупать его.

В деревне через три дома от нас жила с семьёй сына младшая сестра бабушки. Редкий день она нас не навещала. Я любила, когда она приходила, потому что бабушка к чаю обязательно из своих тайников доставала что-нибудь вкусненькое. Вот и в то утро пришла.  Бабушка заварила чай с травами — аромат на весь дом раздался, погремела-пошумела в чулане, значит, вытащила конфеты, которые для такого случая припрятала. А тут я… выхожу из комнаты вся такая счастливая, решила перед своей двоюродной бабушкой подарком похвастаться — несу ей главное свое сокровище — коробку с духами. Сама, собственноручно протягиваю ей и с внутренним трепетом наблюдаю за ее действиями.

Бабушкина сестра совсем не деликатно, я бы сказала, грубо, чуть не изорвав упаковку, достаёт мой флакон, отворачивает колпачок... Нет, она не нюхает духи, а, сложив ковшиком левую ладонь, "вытряхивает" в нее мои духи и шлепает ею по своей груди. Я за всем этим наблюдаю и ничего не могу поделать — даже пошевелиться. Мне и сейчас трудно объяснить, что я при этом испытала.

Я не помню, чтобы я плакала от такой "утраты". Не помню, чтобы выражала обиду или упрекнула бабку в том, что она натворила... Просто с того самого дня я возненавидела любые духи. Мне сестра позже и "Тет-а-тет" привозила, и "Быть может...", и "Красный мак", но я ими никогда не пользовалась — раз и навсегда решила для себя: у меня к духам аллергия!

Прошли годы, а это воспоминание осталось со мной как некий символ предательства и утраты доверия. Я поняла, что не столько духи были важны, сколько то, как бережно и трепетно я к ним относилась, и как грубо это было разрушено. С тех пор я стала осторожнее с тем, кому доверяю свои чувства и сокровища, будь то вещи или люди.

Иногда я думаю, что эта маленькая история — лишь капля в море детских травм, но для меня она стала своеобразным рубежом, после которого я уже не могла смотреть на мир прежними глазами. И, возможно, именно поэтому я так остро реагирую на несправедливость и грубость, ведь в глубине души всегда живёт та маленькая девочка с коробочкой духов, которую никто не защитил в тот момент.