Как уйти? Завещание

Хожу по улицам: на работу, в магазин, иногда в театр, частенько на море - хожу и мысленно разговариваю с тобой, Геночка. Мой  спокойный, уравновешенный, надёжный, родной брат. Мысленно рассуждаю с тобой о том, как уйти, куда уйти. Насовсем. На небеса. Время-то близится. И я без боязни и отчаяния, с великой радостью покину этот мир, чтобы обрести другой. Надеюсь, там я не буду брошена, предана, оболгана и осмеяна. Потому что там есть настоящая, всеобъемлющая любовь - Он. Я и в этом потерянном рае, в котором мы живём, чувствую Его крыло, оно ограждает от нападок, согревает душу и сердце.

Но как уйти? Дело в том, что рядом с территориальным кладбищем громоздится страшным исполином мусорный полигон! На горе Шелба разрослась до нескольких гектаров городская свалка - рядом с селом и с кладбищем. Время от времени она возгорается и месяцами  дымит на всю округу.

Её тушат и тушат. А люди мрут и мрут.
И в такие, поистине апокалиптические дни, на фоне южной  жары, дымового удушья идут похоронные процессии. Огонь рядом. И смерть рядом. Уже настигшая человека смерть будто смеётся над живыми: "Все вы тут будете! Ха-ха-ха!"
Не хочется мне там быть. Хотя, мёртвому всё равно, во что его снарядят и куда понесут, и что скажут для приличия... Но - не хочется, понимаешь, Геночка.
А перед глазами прямо-таки навязчиво рисуется другая, картина  - маленького рая. А в рай нельзя не хотеть! Душа бежит от горящего ада!
Перед глазами стоит родной с детства  меловой холм слободы Казацкой. По весне он обрастает чабрецом и другим ароматным разнотравьем. На этом холме и по сей день стоит многовековой храм, первая в жизни наша  восьмилетка. И поселковое кладбище. Там покоятся наши родители и близкие родичи.
По большому знакомству с местным архиереем и городскими "шишкарями" мой двоюродный брат Володя испрашивал не  раз разрешение подзахоранивать на уже давно не действующем кладбище тех, чьи родичи просили его об этом. При его содействии и были устроены белоснежные могилки (в меловом грунте), в которых успокоились наши родители. Кстати, рядом с родителями заботливого просителя. А вот за самого Володю, видимо, попросить никто и не успел - схоронили там, где нашлось место на действующем кладбище...

Геночка, я давно смирилась с мыслью о том, что схорониться в современных условиях можно очень компактно - до размеров урны с пеплом. И этот ритуал захоронения  не оспаривается православной церковью.

По сему, Геночка,  остались у меня в жизни две земные мечты:  чтобы тебе или моим сыновьям местные власти разрешили подзахоронить капсулку с пеплом моих останков у могил родителей. Без этого позволения, закреплённого подписями и печатью, оказывается, капсулу просто не отдадут на руки.
Хотя, казалось бы, зачем кому-то, кроме самых близких, знать, где упокоится или развеется прах всей нашей жизни?

 Ну и последняя мечта матери:  чтобы младший сын обрёл с Божией помощью своё земное счастье. Но это уже, сами понимаете, речь не об уходе. А о счастливой жизни.

Новороссийск
июнь 2025 г.