Страстная неделя

                «Тревожат душу мне воспоминанья детства».
     Конец 1940-х годов, время трудное, время скудное. Триумфальной победой закончилась страшная война. Тяжело было во время войны, наступил мир, перестали приходить с фронта похоронки, а в остальном жизнь легче не стала. Случилось подряд два засушливых года-1946-1947-Голод. Бедная карточная система. Очереди за хлебом, очень трудно было купить муку, сахар... О мясе и, тем более, о колбасе тут речь не идёт. Их просто не было.
     В 1945 году стали возвращаться домой фронтовики, тут же, без передышки, пошли работать. У многих были дети, их надо кормить, учить. Настрадавшиеся за годы войны матери чуть легче вздохнули. Настроение у всех победное. Оно прошло довольно быстро потому, что нужда одолевала со всех сторон и, главное горе, недостаток продуктов. Дети росли слабыми, бледными, рахитичными. Помню как в те годы в школе заставляли каждый день принимать по ложке рыбьего жира - какого-то полуфабрикатного, с неприятным запахом. Но это было обязательно, так государство заботилось о детях. С нетерпением тогда ждали большой третьей перемены, когда всем давали по кусочку чёрного хлеба. Так ждали этой перемены! Современным сытым школьникам этого не понять. У них теперь «шведский стол»: хочешь булочку с сыром, хочешь коржик с молоком, выбирай голубчик, только учись. Коржики едят, а диктанты пишут с ошибками и, вообще, говорят плохо. Проверка тут как-то была, половина школьников старших классов испытания не прошла.
     Ну, это так, к слову пришлось. Речь пойдёт о подготовке и праздновании Пасхи. Все, особенно дети, ждали этого весеннего праздника: уж очень вкусными были пасхальные куличи. Муку белую хорошую добывали с трудом. У магазинов ночевали в очередях. Продавали её в бумажных пакетах по два кило в руки. Следили (были такие люди, мобилизованные исполкомом) чтоб дважды кто-то не подошёл бы к прилавку. Правда можно было и в два магазина успеть: такое было уже после отмены карточной системы. Муку продавали дважды в год: к 7 ноября и к Пасхе. Пасха - праздник религиозный и в атеистическом государстве можно было бы поприжать народ, не дать возможности испечь традиционные куличи, но этого тогдашние власти не делали. Куда уж прижимать-то после войны?! И, более того, многодетным семьям исполком дополнительно продавал муку без очереди, в особом магазине. Так что куличи могли все испечь, хоть и в небольшом количестве, но все. Автор рос в многодетной семье, был пятым, а всего в семье детей было шесть.
     В нашем доме была настоящая русская печь, а мама наша всё умела. Куличи у неё были дивные, не только необыкновенно вкусные, но и красивые. От
самого большого, который святили в Стрелецкой церкви, до маленького, выпекаемого в простой кружке. Такие маленькие мама делала для моей сестры и для меня. Куличи были коричневые снаружи, высокие, сверху помазанные взбитым яичным белком и посыпанные разноцветно окрашенным пшеном. Аромат от куличей распространялся далеко. Пекли в пятницу и в субботу и тогда же, в субботу вечером родители шли в церковь, ко всенощной службе и святить куличи. Святили яички, творог, сало. Утром в воскресенье разговлялись те, кто соблюдал пост и те, кто его не соблюдал.
     Отец большим ножом чрезвычайно аккуратно отрезал ломти от семейного, освящённого кулича и передавал их маме, как истинно верующей, а мама вручала эти ломти нам, начиная с самого младшего. Есть без разрешения отца не начинали. Сначала мама обходили всех сидящих за столом, крестила каждого и целовала в макушку. Потом отец говорил: «Ну, с Богом, разговеемся». Ели, держа под ломтем левую руку, какой собирали крошки, не давая им упасть. Затем всем давали по кусочку сала, по ложечке творога. Дальше уже от другого, неосвящённого, не побывавшего в церкви, кулича отец отрезал ещё по ломтю каждому и на этом пасхальная трапеза заканчивалась. Конечно, нам хотелось ещё бы по ломтику, но надо было оставить и для гостей, какие могут прийти и самим потом полакомиться. Мама вручала маленьким деткам по два крашеных яичка. Это чтоб детки могли посоревноваться на улице со сверстниками, выяснить у кого яичко крепче и. может быть, выиграть таким путём себе ещё одно яичко или проиграть.
     Тут надо сказать, что наша старательная мама пекла куличи не только из белой «вальцовки», так называли муку высшего сорта. Пекла она и из ржаной муки грубого деревенского помола и они тоже были очень вкусными. В большой семье куличей надолго не хватало. Оставалось впечатление довольства, радости. Мы смотрели на маму, как на волшебницу, - как из обыкновенной муки можно сотворить такие вкусности?! Лицо мамы, румяное и красивое, светилось благостью. Даже младшие понимали, как маме хорошо. Верующая, она была рада, что Иисус Христос воскрес и что она опять, в очередной раз сумела вкусно накормить свою семью.
     Оглядываясь далеко назад, я абсолютно уверен в том, что мама была довольна своими детьми. Мы её не огорчали. Учились хорошо, были послушны, трудолюбивы, не хныкали, всё понимали и, если мама давала, к примеру, два кусочка рафинада, а не три, то никто не возражал. Так было надо!
     Помню, видно от скудного питания, зимой особенно, иногда сильно болела голова, тогда говорили:- от малокровия. Мама обычным полотенцем туго обвязывала мою голову, клала её на колени и шершавыми натруженными пальцами гладила, чесала, теребила кожу на голове, т.е. делала массаж. Становилось легко, дремотно, очень приятно. Головная боль уходила без таблеток и порошков. Незабываемо.
     Ещё один сюжет тут надо рассказать. Верующие люди в ночь с субботы на воскресенье приходили в церковь и уходили потом домой почти всю ночь. Этим обстоятельством пользовалось уличное хулиганьё—в темноте вырывали из рук у старушек узелки с пасхальным продовольствием и убегали. Безнаказанно. Учился я тогда на 3-4 курсе техникума, активно занимался спортом, бегал кроссы, бегал на лыжах, боролся. Собрал, может быть по просьбе священников, директор техникума спортивный актив и попросил в пасхальную ночь подежурить на дорогах, ведущих к церквям, попугать хулиганов. Разрешил хорошо помять им бока, но без серьёзных повреждений. Среди нас были крепкие ребята, борцы, баскетболисты, боксёры. В ту ночь городской шпане досталось, но жалоб в милицию не было, а от прихожан и священников благодарности были.
 
На этом рассказ завершим, помня о добре, внимании, любви и уважении.
Успехов тебе, читатель. *

06.11.2015г.