Идя к цели 3 огонь разгорелся 2

  В 15-45 Надя идёт в столовую, хотя уборка должна начаться в 16-00, чтобы приготовиться к уборке, ведь это первый раз пришла их очередь убирать столовую и она ещё не знает сколько это возьмёт времени. Нужно успеть, ровно в 17-00 начинается полдник.

  Надя уже заканчивала домывать свою половину столовой, когда пришла Тереза.

- Я спрашивала у девочек, так они говорят, что кухню мыть не надо. Они никогда её не моют.

  И вот тут-то Наде и вспомнились слова Терезы о том что, Вы же говорили, что можно убрать в другой день.

- Тереза, мне сказали убрать. Всё.  Точка.

   Надя ещё усердней натирает пол в столовой, меняет воду и начинает мыть пол в кухне, ведь это ей не трудно. Ей абсолютно всё равно, что говорит Тереза. Завершила работу. И тут, Ольга, Надя даже не заметила откуда она пришла.

- Надя, спасибо.

   Надя растерялась от неожиданности. Всё слова на всех языках вылетели из головы.

- С удовольствием...



   Ужин. Надя молча поела и сидела в размышлениях. Она скользящим взглядом смотрела на всех беженцев из Украины и что-то обжигающе холодное охватило её тело. Она попыталась сбросить это ощущение, но оно никуда не уходило. Оно словно каким-то панцирь удерживается на определённом расстоянии от тела. Надя шевельнулась.

  Ей хотелось выйти из этого ощущения. Но, нет. Ощущение обжигающего холода осталось и она вернулась в комнату, чтобы продолжить печатать свой роман.

  Внезапно выключила компьютер, посмотрела на часы 22-45 и пошла забирать свои вещи, которые сохли после стирки на веревках в саду, ведь с тех пор когда эти беженцы стали создавать ей проблемы со стирки и сушкой в машине, она всё стирает руками в тазу и вешает в саду.

   Темно. Надя вошла в сад и посмотрела на веревки.

- Это что такое?

   На веревках висели только жилет, штаны и носки и висели эти вещи вовсе не на тех веревках, где она их повесила, лишь носки, где она их повесила, там они и висели.

   Надя сняла с веревок жилет, штаны и носки и пошла в комнату. И обжигающий холод, словно уже дышал ей в лицо и у этого холода была злобная гримаса.

   Вот она уже в постели. В открытое окно струится поток свежего воздуха. Жизнь прекрасна. Она забыла об исчезнувших с веревки вещах и уснула.



   
   Утро. Солнце, ещё только прорывается сквозь облака. Воздух свежий. Надя идёт кормить баранов и кота. И тут в свете дня, она видит на земле лежит палка, сбитые с веревки прищепки и... её вещи в разных кустарниках застряли среди листвы.


   Она ничего не почувствовала. Ни радости, что нашлись её вещи, ни досады, что кто-то мог или могли или все вместе сделали это, выместив свою злобу на её вещах. Она внезапно улыбнулась, представив как они все вместе, а может и по очереди колотили палкой её вещи и представляли, что колотят её, старую тётку Надю.

- Так вот откуда было ощущение, что обжигающий холод показал ей злобную улыбку.


   Улыбка исчезла с её лица от мысли, что именно от своих родителей и своих мам, они, дети, впитывает ненависть к чему-то или к кому-то. Эти постоянно муссирующиеся разговоры взрослых в присутствии детей - делают своё дело.


   Надя пошла в комнату. Взяла свой планшет и вернулась в сад. Она снимала на видео всё это безобразие всеме с баранами и странное чувство, что это именно та резинка и треснула со всей силы по панцирю, и тот раскололся, где под ним держался обжигающий её холод. Теперь она не чувствовала ничего.


   Я сегодня жестока, немилосердна
   Я сегодня сама не своя
   Я сегодня одела мантии
   Сегодня, я всем судья.

 


  Надя вернулась в комнату, оставила планшет и пошла в столовую. Приготовила себе кофе и подсушила хлеб, как появилась Тереза и извинившись за своё поведение принялась рассматривать еду на столе.

- Так, с чего начать...

   А в обед, вновь...

- Что-то эта рыба мне пахнет... Вы не можете различить запах рыбы...

   Надя бросила взгляд на Терезу,  а затем перевела по столовой. Виолетта закрывается салфеткой от Надиного взгляда, как школьница. Света пересела к Наде спиной и всё время трясёт ступней ноги. Остальные беженцы из Украины косо и с удивлением поглядывают на неё, словно спрашивают - Где твоя реакция на нашу выходки с твоими вещами?

   Надя перевела взгляд на стол, за которым сидят беженцы из Перу и Венесуэлы. Каролине и четверо её детей. Надя не раз беседовала с ними. Каролине держит детей в строгости. Она всегда с ними гуляет по селу. Её дети никогда не болтаются поодиночке и никогда не орут, ничего нигде не ломают и не пакостят. Сестра Каролине, Лизабэт и Марьяна, молодая девушка из Венесуэлы, вместе со всеми детками гуляет на площадке. Дети катаются на велосипедах под присмотром мамы, тёти и Марьяны.


   Надя посмотрела на Виолетту. Сегодня она в брюках, а обычно в спальных трусах ходит в столовую, как и другие ходят в столовую в пижаме. Это полное неуважение ко всему сообществу. Надя отметила, что она никогда не видела чтобы перуанцы или Венесуэлы приходили в столовую в пижаме или в трусах.


   
  Вся наша жизнь складывается из мелочей и ничего так не бросается в глаза как мелочи в поведении человека, ведь именно они, мелочи, влияют на отношения между людьми.

  И ни одно доброе дело не затмит тысячу мелких пакостей.


  1 мая. День солидарности трудящихся. А знают ли беженцы это слово и что оно означает? Сомнительно. Если бы знали, то и вели бы себя по-другому.

   Надя вновь окинула взглядом зал, останавливаясь на лицах. Она уже ничего не изучает, она уже всё изучила, и у неё сложилось её собственное, личное мнение обо всём  и обо всех.

   И это её личное мнение исходило не из чьих-то чужих слов о ком-то, это её мнение исходило из того, что она сама лично услышала, лично увидела и что испытала от этих людей, украинских беженцев на собственной жизни.


   Но, никакие людишки не испортят Наде жизнь своей злобой и ненавистью, несмотря на то, что причинил ей непоправимый ущерб её жизни, ведь Надя никогда в жизни не сталкивалась с такой агрессивной злобой к себе, ненавистью на грани коллективного психоза.


   Она подумала о себе. И мысль о том, что она в 70 лет изучает уже пятый язык, привели её к пониманию, что они совершенно разные и живут они в разных мирах и поэтому не понимают друг друга. Они и не могут понять друг друга, ведь это, как две разные планеты, которые вращаются каждая на своей орбите.

   Ей пришлось увидеть и изучить ещё и эту сторону человеческой жизни.




  На окне у Нади в двух ведёрках из-под табака, это было время, когда она ещё курила, растут огурчики. И уже пошла первая завязь и видны эти, ещё крошечные огурчики. Надя смотрит на огурчики вспоминает как она бросила курить.

  После Нового года, сидели они с Кристиной в курилке и курили себе и вдруг Надя говорит.

- Какая мерзость этот табак...

  Затушила сигарету в пепельнице и пошла в свою комнату. Потом все её спрашивали, неужели она не курит?

- Нет. Не курю.

- Тогда отдайте мне Ваш остаток и станок для набивания табака.

  Надя отдала всё Роме.

 
   Надя любуется своими огурчиками, растущими в ведерке.

- Вот так, я потушила сигарету в пепельнице и всё, а в этих ведерках растут мои любимые огурчики.



   Надя готовит роман к печати. Она прочитывает текст проверяя ошибки.

   И вот, из всех закоулков памяти собираются воедино все факты происходящего в её жизни. Факты собираются и сматываются в единый рулон. Они ещё не отсортированы. Они ещё сырые, но её живой ум восстанавливает картину жизни.


   Она ничего не меняет местами. Она ничего не подтасовывает. Она видит всё таким, какое оно было и теперь, именно теперь, после прочтения фактов собственной жизни, она видит всё ещё более ясным,понятным в свете сегодняшних, происходящих событий.



   Главное. Всё началось с банка Леуми, который предъявил ей несуществующий долг на бумаге с печатью от имени государства Израиль.