Полуостров. Глава 127

Часть 7
Глава 127
- Достали двойные листочки... Засекаю время...
Зевая, я прошёлся до скелета. Новогодние праздники пролетели, словно выпускаемый в полночь в центре Города залп разноцветных огней, опадающий в Залив переливающимися в темноте искрами...
Нигматуллин, рискуя упасть в проход, списывал у Гавриковой. Ковалева пыталась умостить на коленях учебник. Попов, нахмурив лоб, несколько раз переправил последнюю задачу. Коновалов сидел, откинувшись на спинку стула. Рядом с ним лежал листок, на которым его кривым почерком было записано несколько чисел в колонку.
Возвращаясь на место, я невзначай хлопнул по его парте ладонью.
- Тенгиз!
- А?! - Нигматуллин резко дернулся, и Гаврикова посмешно убрала свой листок с края парты.
- Сейчас "тройку" на двоих поставлю!
- Почему "тройку"? - Гаврикова недоуменно посмотрела на меня.
- Потому что нет объяснений...
- Где нет объяснений?..
- В третьей задаче нет объяснений!.. - терпеливо пояснил я.
Попов, было напрягший все мышцы, с облегчением выдохнул.
Ковалева лихорадочно водила пальцем по строкам. До разбора третьей задачи ей не хватало страниц пятнадцати...
- А вы видели? - испуганно спросила Маша.
- Представь себе, да...
- Вы же в противоположном углу стояли... - недоуменно произнесла Поливанова.
- Раз-го-во-ры!! Ты, кстати, - я кивнул Поливановой, - можешь не сдавать. Все неправильно...
- А у меня, Павел Александрович? - с надеждой в глазах посмотрел на меня Круглов.
- У тебя в последнем номере ошибка... Пересчитаешь, зачту! - великодушно сообщил я.
Круглов опустил голову в листок, пытаясь за оставшиеся до конца самостоятельной три минуты обнаружить ошибку.
Я посмотрел на Козлова. Его ручка летала по листку. Ещё два, исписанных убористым почерком, лежали рядом...
- Я же сказал: двойные листочки!..
Козлов дернулся.
- Ну, что, мне переписывать теперь?
- Ну, не переписывай... - пожал плечами я. - Гаврикова!..
Маша, которой в этот момент что-то шептал на ухо Нигматуллин, моментально выпрямилась, словно я хлестнул её розгой.
- Да, Павел Александрович?..
- Вы там, гуглите, что ли?..
- Вы же отобрали телефоны... - недовольно сообщила Кольцова, бросив серию быстрых взглядов на листок Попова.
- Ну, а что это за симпозиум?..
- В третьей задаче нет объяснений! - провозгласила Гаврикова. - Там ошибка...
Козлов ехидно присвистнул.
- Это тебе Нигматуллин сказал?
- Я сама это вижу!..
- Пётр... - я повернулся к Попову. - Ты решил третью?
Он уверенно кивнул. Гаврикова поджала губы.
- С объяснением?
- Да, Павел Александрович...
- А чего девушке списать не дал?..
Ковалева хрюкнула, и учебник ходуном заходил у неё на коленях. Нигматуллин неуверенно улыбнулся. Козлов перевернул третий лист и начал быстро писать на обороте.
- Владислав, ты не перепутал предмет, это вроде не литература... Объяснение могло быть более кратким, как я учу на допах...
- Третья задача действительно не решается, - вдруг подал голос Коновалов.
Я повернулся к нему.
- Че-го?!
- Там ошибка, в реальности такое невозможно...
- А кто тебе сказал, что это пример из реальности?..
- А смысл давать задачи, если они не решаются?.. Чтобы завести нас в тупик?..
- Она решается, идиот... - негромко произнёс Козлов.
- Она не решается! - Коновалов повысил голос. - Доказать?..
- Ну, пожалуйста...
Он вышел к доске и начал быстро записывать на ней цифры.
- Б... - прошептал Попов, хлопая своим листком по парте.
На задних партах поднялся шум, голос Пыжова отчетливо произнес: "Совсем уже охренел, только бы" парашу" вкатать!.."
- Замолчите! - рявкнул я. - Третья задача имеет решение! И объяснение тоже имеет! Просто она теоретическая! Пример, данный в ней, искусственный! Я дал задачу на применение конкретных правил!.. Ну, хорошо... - я поднял с парты Коновалова листок. - Я зачту её тем, кто решил, и тем, кто не решил, но объяснил, в чем ошибка, тоже зачту...
Гаврикова недовольно скривилась.
- Иван, - продолжал я, обращаясь к Коновалову, - а у тебя-то где объяснение?
Он недоуменно посмотрел на меня.
- Я же только что его предоставил...
- А в работе где?..
- А это обязательно?
- Да, разумеется, это обязательно... - он уже вернулся на место и ожидал разрешения сесть, но вместо этого я потряс листком перед его носом. - Мне, что, тут "два" ставить?
- Я написал правильные ответы! - возмутился Коновалов.
- А ход мысли я твой как должен понимать?..
- Вот уж действительно... - с усмешкой произнёс Козлов.
Я резко повернулся, и он сделал вид, что обводит по контуру ответы в заданиях.
- Бери, дописывай, Коновалов... - вздохнул я. - Все свободны!.. - я посмотрел не класс. - К понедельнику проверю... Нюансы учту...
Коновалов вырвал из тетради очередной лист и начал быстрым росчерком записывать решения.
- Аккуратнее, пожалуйста... - заметил я, включая ноут.
- Вы же знаете, что тут все правильно, вы видели...
- Правила предусмотрены для всех, Коновалов!.. И я не потерплю... - я замолчал, глядя, как он с преувеличенной тщательностью вырисовывает цифры.
- Что случилось, Иван?..
- А что должно было случиться?..
- Ну, я, честно говоря, уже привык к твоим перфомансам, но обычно они имеют хоть какое-то объяснение... - я ввёл в ноут пароль, и на экране загорелась заставка программы. - Но сейчас никакого! Вот вообще совсем! Биполярочка накрыла?..
- Вы мне не друг, Павел Александрович... - Коновалов дописал до точки и сложил листок пополам. - И не Наставник более... И делиться я с вами своими проблемами не обязан...
- Разумеется, не обязан, - кивнул я. - Давай бумажку, даже проверять не буду, цифры правильные, решение мне безразлично, могу прямо сейчас поставить "три" в журнал...
- Почему "три"? - вскинулся Коновалов.
- Потому что ты опозорил меня перед классом!
- Просто вы учили меня всегда говорить правду!..
- Да, учил! - подтвердил я. - И в чем проблема?
- Вы учили меня говорить правду, а сами вы этого не делаете!..
- Ладно, захочешь, расскажешь... - я забрал у него листок и швырнул в стол. - Не переживай, "пять" поставлю... Но больше, знаешь, так не делай! Подло это, Коновалов...
- Вы же выкрутились... - усмехнулся он.
- Я изначально так поставил задачу! - я посмотрел на него в полнейшем недоумении. - Но ты вёл себя так, словно я хотел вас подловить... Хотелось бы, конечно, понять, почему...
- Подло, говорите! - Коновалов резко поднял на меня глаза. - А таскаться к ней не подло? Молчать об этом не подло?..
- Понятно... - протянул я. - Это она сама тебе рассказала?..
Он кивнул.
- Интересно, конечно, зачем...
- Это правда, да?..
- Да, это правда, - я развернулся к нему от ноута. - Я пришёл к ней, чтобы сказать, что был неправ. Посидел полчаса и ушёл. Все. Понимаешь: все! Я не знаю, какая у тебя была интерпретация, но это истинная правда! Можешь прочитать мои мысли, я разрешаю!.. Ты не увидишь в них ничего нового.
- Я вам верю... - понуро сказал Коновалов. - Я просто не понимаю, зачем...
- Зачем она сказала? Я тоже...
- Зачем вы к ней пришли!..
- Я уже говорил тебе!..
- Вы могли написать ей сообщение!..
- Ты мне писал один раз! Прощальное...
- Причём тут это вообще?! - выкрикнул Коновалов.
- При том, что не все можно обсудить в переписке... И нужно быть полным идиотом, чтобы это не понимать!.. А ты вроде не полный идиот...
- Я - полный идиот, - заявил Коновалов. - Я вам верил... И продолжаю верить, хотя...
- Что "хотя"? - заорал я.
- Я не понимаю причину, по которой вы к ней пришли. И сидели там полчаса...
- Ну, хорошо, хорошо... - я закрыл крышку ноута, потом снова открыл её. - Меня тянет к ней, я это и не скрываю... Но я бы никогда в жизни...
В дверях раздалось покашливание.
- Тебе что ещё надо? - резко бросил я.
- У меня вопрос к вам, Павел Александрович... - Козлов потёр подбородок, словно его беспокоил порез от бритвы. - Но, если вы заняты...
- Нет, он не занят... - Коновалов поднялся и, не глядя ни на кого, вышел за дверь.
- Вы с ним самостоятельную обсуждали?.. - Козлов сел верхом на первую парту крайнего ряда, подальше от моего стола.
- Нет, не самостоятельную... - с раздражением сказал я.
- Личные вопросы?.. - ухмыльнулся он. - Ну, вот, я же говорил, что он - ваш родственник. Брат, небось? У вас даже интонации похожие, видно, что из одной семьи...
- Слушай, ты чего пришёл? - поинтересовался я. - Если из-за самостоятельной, то я "пять" поставил. Воды много, но я снижать не стал. За волю, так сказать, к победе...
- Я поговорить с вами хотел... - перебил Козлов.
- Я ничего сейчас не путаю? Ты - со мной? Поговорить, ага?..
- Ага, - кивнул Козлов. - Я, между прочим, б..., тоже человек!
- Не спорю, к этому роду многие относятся...
- Хватит, Павел Александрович!.. - со злостью произнёс Козлов. - Небось, рады до смерти, что свой предмет сраный учить заставили...
- Не спорю, рад! - сказал я. - А вот другие предметы что-то ты начал спускать на тормозах...
- Папаша перестал договариваться, - спокойно ответил Козлов. - Раньше как? Одному надо от налогов уйти, другому - ещё что-нибудь. Люди - они такие, только успевай стричь купоны...
- На допы приходи, - сказал я. - Потом и поговорим... Сейчас у меня времени нет.
- А на Коновалова хватило?
- А на Коновалова хватило, - подтвердил я. - Короче, у тебя есть два варианта. Первый: ты сейчас отваливаешь и рассказываешь о своей проблеме папе, дружкам, любимой девушке, ежели таковая у тебя имеется... - я заметил, что Козлов на этих словах поморщился. - И они тебя слушают и, возможно, даже не глумятся. Потому что, если уж ты ко мне пришёл, значит, не очень-то хочется с каждым встречным и поперечным делиться... Или ты рассказываешь о ней мне, но после допов. Заодно посидишь на допе и поучишься записывать задачи! Как тебе такой расклад?
- Хорошо, - кивнул Козлов.