Прекрасные бездельники... Глава 8

Жаркое солнце заливало ярким светом широкий двор перед домом. Несколько всадников, сбившись в группу, о чем-то оживленно переговаривались; лошади, подготовленные для выезда, нетерпеливо ржали, вытаптывая траву на стриженном газоне.

Фред, подбоченившись, сидел на мышастом жеребце: серая масть коня выгодно оттенялась алым потником с белой каймой и широкими красными поводьями на могучей серебристой холке.

Бак Роялс никак не мог справиться с вороной лошадью — она не давала накинуть на себя повод и норовила ударить передними копытами. Однако Роялс продолжал с ней бороться. К верховым подошел Кини, ведя в поводу некрупную лошадь золотисто-рыжей масти. Он остановился и с любопытством стал наблюдать за происходящим.

- Почему бы вам не взять другую лошадь, Бак? - заметил Октавиус с озабоченностью, осаждая своего мышастого, так как тот начал проявлять беспокойство, и это раздражало Фреда. - С этой Рупой вы наживете себе неприятности. Того и гляди, она заденет вас копытом. Где я найду для вас в этих краях доктора, который умеет лечить опасные переломы?

Верховые загоготали на двусмысленное замечание Дугласа в адрес верхового офицера.

- Что вы хотите этим доказать, Роялс? В конце-концов Рупа сбросит вас когда-нибудь. Разве вы не понимаете, что она вас недолюбливает? Не лучше ли отступиться? Возьмите Драйв — у этой полукровки неплохой аллюр.

- Я хочу доказать всем, что у меня достаточно терпения, чтобы укротить эту дикарку! - прокричал Бак, смахивая пот со лба и хватая лошадь за храп. - Пусть не думают некоторые, что Бак Роялс со своим скверным характером только и умеет, что вызывать раздражение. Во мне достаточно упорства, чтобы побороть даже неразумное упрямство. Уверяю вас, я овладею Рупой и только ей. И все это без чрезмерной грубости. Женщины должны узнать силу моего характера! - Бак сверкнул глазами в мою сторону, словно я должна была понять, что последние его слова предназначались именно для меня.

Он все-таки вскочил в седло лошади после нескольких неловких попыток. Рупа трусовато загарцевала, играя мышцами под лакированной шкурой.

- Ну Роялс сейчас попляшет! - бросил весело один из верховых, остальные вновь дружно расхохотались.

Кини подвел ко мне лошадь, помог сесть в седло, подал короткий стек.

- Я подобрал тебе неплохую лошадку, - скромно проговорил он, бросив на меня заискивающий взгляд. - Она невелика ростом, но у нее ровный ход… Думаю, прогулка будет приятной. 

Когда я выправилась в седле, Кини попросил, чтобы я поджала ногу. Он деловито подтянул подпругу и многозначительно  изрек:

- Я знаю, женщины не так хорошо держатся в седле. Преимущество низкой лошади в том, что, в случае чего, падать будет не слишком больно.

- Посмотрим, - буркнула я, ловя на ходу стремя носком сапога.

- Надеюсь, леди оценит мое старание?! - крикнул Кини мне вслед.

- Можно выезжать! - провозгласил Дуглас. - Надеюсь, жара не станет для нас помехой. Проведем это время с удовольствием.

Верховые расступились, давая мне дорогу. Фред подождал, когда сравняются головы наших лошадей, и пустил шагом своего мышастого бок о бок с моей рыжей.

Фред дал команду держаться теневой стороны ближайшей лесозащитной зоны, окаймленной широкой полосой сосняка, чтобы дневное солнце не утомило нас. Мы намеревались выехать к Большим холмам, откуда, сделав круг по полевой дороге, должны были вернуться в Лесной дом.

Под пологом высоких сосен, где было светло и просторно, на меня нахлынула волна радостного томления, не только от затейливого вида этих стоящих непоколебимо деревьев, но и от чудесного пения птиц, в чей дружный хор вплеталась странная дробь дятла, рассыпавшаяся призрачными каскадами где-то далеко в чаще. Лошади мягко ступали по хвойной подстилке, делая прогулку легкой и приятной.

Пока Роялс выбивался из сил на артачившейся Рупе где-то в хвосте, мы с Фредом могли спокойно вести беседу, вырвавшись вперед.

- Извини, дружище Фредди, за мой внешний вид, - сказала я, осторожно сдвигая шляпу на брови и пряча под ее полями свой смущенный взгляд, - но это все, что я смогла выудить из гардероба твоей кузины. Скорее всего, она не была поклонницей верховой езды.

- Ты неплохо выглядишь даже в таком нелепом одеянии... - своим не совсем уместным замечанием Фред явно хотел приободрить меня. - Сказать по правде, прогулка верхом — это  не тот случай, когда нужно заботиться о безупречной внешности, и я вовсе не обязываю тебя совершать такие прогулки каждый день.

- Однако, что еще, помимо этого, ты можешь мне предложить? Какое достойное для себя занятие я найду в Лесном доме? Насколько я знаю, забота о женщине не входит в твой привычный распорядок.

- Выкинь из головы беспокойство по поводу досуга. Вот увидишь, я не дам тебе умереть от скуки. Как насчет шумной компании певцов и танцоров из Бомбея? Разве это не лучший способ убить время для таких бездельников как мы?
 
- Тебе это выльется в кругленькую сумму, да и хлопот доставит не мало! Что скажут Саша и все мои друзья, когда узнают об этом?

- Зачем ты подсчитываешь издержки из чужого кармана? И не твоя забота беспокоиться о сложностях этой затеи. Я знаю, как ведутся подобные дела.

- Мне неловко от одной мысли, что ты, мой старинный приятель, можешь быть таким щедрым, - я не знала, как донести до Октавиуса свое нежелание быть ему чем-то обязанной. - Ни один мужчина не тратил ради меня больше, чем мог себе позволить. Нет, Фредди, так не годится!

- Чего вдруг ты всполошилась? - рассмеялся Дуглас мягко и самодовольно. - Эти бомбейцы мои лучшие друзья. Госпожа Шивадаси близкая подруга моей жены. Пять лет назад я приглашал ее на юбилей к Домбровичу. Или ты уже забыла? И кто говорит, что я трачусь или хлопочу по твоей прихоти? Разве у меня не могут быть свои причуды? В моем доме гостит такая очаровательная, молодая леди, которая, то ли  из гордости, то ли из скромности, запрещает мне даже смотреть на нее с пылкой страстью. Что еще мне остается? Развлекаться с певичками и услаждать свой слух прекрасной музыкой. Кто может запретить мне подобные радости?

- Тогда зачем ты спрашиваешь моего согласия на присутствие в твоем доме бомбейских артистов? Пригласи их и все!

- Все же, я хочу, чтобы ты расценивала мои действия, как знак дружеского внимания. И я хочу быть оригинальным в таких моментах.

- Тогда тем более не требуется моего согласия. Я люблю индийскую культуру. Только, как на это посмотрит Бак Роялс? Вдруг ему тоже захочется удивить меня чем-то необычным? Разве он не решится перещеголять тебя?

- У него нет таких обширных связей как у меня — он просто не успел обзавестись ими, - хмыкнул самодовольно Фред. - С другой стороны, как бы это странно не звучало, но пятьдесят процентов его состояния хранится на банковском счете его таланта. Если он захочет сделать тебе подарок, то, уверен, это окажется он сам.

- Он стоит того? - меня удивило то, как Дуглас говорил о Баке: то ли он хвалил его, то ли выражался в ироничном тоне.

- Конечно! И даже больше! Ты еще не знаешь, насколько он может быть благороден. Ты вообще не знаешь мужчин, поэтому тебе трудно выбирать.

- И ты пытаешься мне помочь?

- Отчасти. Только не подумай, что я сватаю тебя за Роялса. Я просто сглаживаю те неровности между вами, которые, в случае трения, могут вызвать губительный пожар неприязни. Поверь мне, я знаю его историю, поэтому не хочу, чтобы все повторилось сначала. Я пытаюсь сохранить его для нас обоих. Уверен, тебе ни о чем не придется сожалеть, когда ты узнаешь его поближе. Хоть временами он кажется напористым и самоуверенным, он не пойдет на что-либо без твоего согласия. Так что открой душу для безмятежности и изгони ненужные сомнения.

Лес кончился. Мы вышли на открытую местность. Почувствовав простор, лошади сменили размеренный шаг на резвый аллюр. Роялс наконец справился с вороной и теперь гарцевал перед нами, заходя то с одного, то с другого боку. Иногда Рупа уносила его далеко вперед. Роялс держался в седле легко и изящно, словно он и лошадь были подхвачены ветром в едином порыве, или их влекла вперед невидимая сила.

- А Бак, оказывается, не хвастун, - заметила я, обернувшись к Фреду, который без особого интереса следил за маневрами Роялся. - Удивительно, ни одного грубого посыла и Рупа его слушается!

- Он резвится как мальчишка! - усмехнулся Октавиус. - О, теперь он будет делать все, чтобы завладеть твоим сердцем.

- Ты не пытаешься даже оградить меня от его посягательств? - упрекнула я Дугласа, не дождавшись от него утешительных заверений. - Ведь если мужчина сможет овладеть сердцем женщины, он будет владеть и всем остальным.

Фред рассмеялся:

- Это звучит так, будто сердце женщины лежит в одном известном месте, куда можно прийти и просто взять его! Уж если я со своими вниманием и порядочностью столько времени бьюсь попусту, то что говорить об этом мексиканце?

- Ты всегда был самоуверен, мой старый друг. Особенно это касается твоих бесконечных правильных рассуждений. Но это все, в чем ты по-прежнем силен. Согласись, молодые соперники уже теснят тебя со всех сторон.

- Сима, не делай из меня наглеца, чтобы убедить тебя в том, что я способен еще на многое…

Не желая продолжать с Дугласом словесную баталию, я невольно залюбовалась великолепным пейзажем, который походил на живую картину в лучистом сиянии летнего дня: огромный луг покрывал изящный ковер из золотистых лютиков и небесно-голубой герани, с пробивающимися яркими фонтанами пурпурного кипрея; разбредшиеся по лугу кони, казавшиеся черными, медными, серыми и ярко-рыжими пятнами небрежных мазков краски, преображали собой ландшафт.

Теплый ветер порывами разносил волнующий острый запах меда. Мне не хотелось так скоро покидать этот удивительный островок счастья.

Роялс подъехал ближе. Рупа танцевала под ним, смачно жуя трензель и пуская изо рта пену. Он сидел в седле подбоченившись и, широко улыбаясь, так и просился на комплимент.

Я опустила глаза, подавив невольную ответную улыбку. У Бака был довольно бесшабашный и слегка потрепанный вид, однако Фред счел нужным похвалить его:

- Вы отлично держитесь в седле, мой друг! Вы настоящий кабальеро, кто бы что не говорил… Ваши действия так же находчивы и смелы, как и ваши слова. Только пусть моя похвала не послужит вам стимулом для ваших дальнейших безумных побед. Учтите, я тоже держу обещания, а на своем пути к женскому сердцу я не терплю соперников. Надеюсь, и впредь вы будете так же благоразумны. Мне не хотелось бы лишиться компании такого смельчака, как вы.

Роялс на несколько секунд склонил голову, словно смутившись от столь неожиданного признания, и вдруг резко бросил:

- Я всегда согласую свои действия с желаниями других. По мере сил я забочусь о тех, кто нуждается во мне. А нуждаются во мне многие и гораздо чаще, чем это можно себе представить. Все оттого, что во мне скрыта таинственная энергия, которая делает людей счастливыми…

- Да вы хвастун, сударь! - вырвалось у меня невольно.

- Я всего лишь утверждаю очевидное, - голос Бака звучал твердо. - Кто решится сказать, что лимон соленый, даже попробовав его всего лишь раз?

- Только самовлюбленный зазнайка так откровенно рассуждает о своих достоинствах! - меня невозможно уже было остановить от очередной колкости в его сторону. - Фредди, избавь мои уши от масляного бахвальства этого господина, иначе мне трудно будет удержаться от злословия!

Бак благоразумно замолчал, однако незаметно оттеснил Фреда, делая вид будто изо-всех сил старается осадить норовистую лошадку. Теперь Роялс все время ехал сбоку, то и дело бросая на меня ироничный взгляд. Я надеялась, что Дуглас оградит меня от этого наглеца, но Фред ничего не мог поделать — он еле сдерживал вошедшего в раж мышастого: тот уже рвал повод, почуяв еще издали запах родной конюшни.

Бак неожиданно свистнул и пустил Рупу в галоп. Я не успела опомниться, как моя лошадь рванула следом. Я потеряла повод: моя лошадь беспрепятственно следовала за Рупой, уткнувшись мордой в ее хвост. Едва прошел испуг от  неожиданного рывка, как я с удивлением обнаружила, что все еще держусь в седле.

Чувство восторга постепенно наполняло меня: я как-будто летела на крыльях, и земля была от меня где-то далеко. Мне нравился этот стремительный бег, эта свобода, которую я почувствовала, оторвавшись от прочих всадников. Роялс великолепно держался в седле, и я невольно любовалась им.

Мы уже были возле Лесного дома. В раскрытых воротах нас поджидали Джим Таклер, старший конюший, и Кини. Не сбавляя темпа, мы влетели через ворота во двор. Неожиданно Бак развернул Рупу перед мордой моей лошади; та испуганно отпрянула и наверняка могла вздыбиться, если бы не подоспел Кини. Он проворно схватил мою лошадь за провисший повод, и она успокоенно замерла.

Бак бросил повод Джиму и спрыгнул с Рупы. Старший конюший стал прохаживаться с лошадью по двору, предварительно сняв с нее седло и отерев ее спину сухой дерюгой.

Роялся, со свойственной ему любезностью, поспешил оказаться мне полезным: он хотел самолично помочь мне сойти с лошади. Что мне оставалось делать? Этот мексиканец с манерами аристократа только и ждал, когда я прыгну в его объятья.

Уж лучше бы на его месте оказался Кини, подумала я, мальчишку хотя бы для вида можно отчитать за бестактность, с Роялсом этот номер не пройдет.

А тот уже протягивал руку, было неловко заставлять его ждать. Я бросила стремена и приняла помощь Бака. Оказавшись в его объятиях, я пришла в очень сильное замешательство.

- Сэр, это излишне, - вырвалось у меня. - Какой пример вы подаете молодым? Не сомневаюсь, пастушок охотно переймет ваши манеры, когда поймет, что ему это сулит…

- Ему это не сулит ничего, кроме хорошей взбучки! - повысил голос Бак и пренебрежительно бросил в сторону Кини. - Что за дурная манера, парень, пялить глаза на людей, занятых светским разговором? Разве Дуглас мало учил тебя приличию? Ты, видно, давно не сидел в одиночке? Придется  тебе прописать туда отпуск!

Я воспользовалась болтовней Роялса и легко вывернулась из его объятий. В это время во дворе появились остальные всадники во главе с Дугласом.

- Ну, как тебе прогулка, дорогая? - улыбаясь в рыжие усы, заботливо спросил у меня Октавиус. - Не думал я, что тебе придется по нраву быстрая езда. Знай я об этом, то весь обратный путь мы проскакали бы вместе, не дав Баку ни малейшего шанса!.. - Фред игриво осклабился, глядя на компаньона, тот только кисло скривился в ответ.

- Прогулка была просто чудесной, - отозвалась я. - Ты же знаешь, как я люблю эти луга. Кини подобрал для меня отличную лошадь — хвала его расторопности! Но, в другой раз, я обязательно воспользуюсь экипажем или коляской, чтобы меня не заподозрил в навязчивой привычке вешаться кому-то на шею!

Роялс конечно понял, какую отместку я состроила на его уловку. Он сверкнул холодным взглядом из-под черных в разлет бровей, но все же учтиво поклонился, когда я проходила мимо.