Ключ от всех дверей часть 4

Глава 4

Черноух

День был ясным и невероятно солнечным. Снег, укутавший каждую ветку и каждую лапку ели, искрился и переливался миллионами крошечных бриллиантов под лучами. Голубое, бездонное и совершенно безоблачное небо нависало над лесом, делая белизну вокруг ещё ослепительнее.

Идти им пришлось недолго — друг Дорина, как выяснилось, жил совсем рядом, буквально в пятнадцати минутах ходьбы по утоптанной тропинке. Его жилище представляло собой удивительную конструкцию: небольшую, но крепкую пристройку, ловко сколоченную между двумя могучими соснами и накрытую плотным навесом из переплетённых ветвей и хвои.

— Черноух! — громко крикнул Дорин, останавливаясь перед входом, больше похожим на туннель.

Сперва изнутри послышалось глубокое, сонное сопение, затем недовольное кряхтение, и наконец, из проёма задом начал медленно выползать огромный, лохматый белый ком. Он копошился, отряхиваясь, и, наконец, полностью выбрался наружу.

Когда он развернулся, Лия замерла, широко раскрыв глаза от изумления.

Перед ними, потягиваясь и позёвывая, в полный рост стоял белый медведь самый настоящий, мощный и величественный. Его густая шерсть сверкала на солнце ослепительной белизной, а маленькие, умные чёрные глаза с любопытством разглядывали гостей. Самое необычное — оба его уха были угольно-чёрными, будто их специально выкрасили, что и дало ему имя.

На шее у него было нечто вроде ошейника, но только сплетённого из тёмного, почти чёрного металла, покрытого тонкой вязью незнакомых символов.

Черноух, увидев Дорина, явно обрадовался. Он тяжело, но грациозно подошёл ближе и, как огромная собака, стал ластиться, тычась влажным носом в плечо гнома. Тот, в свою очередь, очень приветливо и ласково потрепал медведя по мощной морде, почесал за одним чёрным ухом.

Но взгляд зверя скользнул дальше и остановился на Лие. Глубокие чёрные глаза сузились.

— А это кто ещё?.. — раздался низкий, грудной голос, который, казалось, исходил не из пасти, а из самой земли под их ногами. — Ты что, Дорин… жену себе нашёл?

На что гном рассмеялся и дружески похлопал медведя по огромной лапе.

— Ну у тебя и фантазия, старина! Нет. Но ей действительно нужна наша помощь. Её зовут Лия, и ей необходимо попасть в Друмрог, к моему знакомому Рорину.

— Это ещё зачем? — удивился Черноух, и его огромная голова склонилась набок.

Он медленно приблизился к девочке, заставив её инстинктивно отступить на шаг. Медведь неторопливо обошёл её кругом, обнюхивая с головы до ног с деловитым видом. Его тёплое дыхание образовывало клубы пара на морозном воздухе. Видимо, ему что-то щекотнуло в носу, потому что он вдруг резко чихнул — так громко и неожиданно, что Лия вздрогнула и сжалась всем телом, а с ближайшей ветки осыпалась шапка снега.
Дорин отвёл Черноуха в сторону, за пристройку, и начал что-то тихо, но очень серьёзно объяснять, жестикулируя. Медведь склонил голову, слушая с необычайным вниманием, но его тёмные, умные глаза не отрывались от Лии, будто взвешивая и оценивая. Под этим пристальным, безмолвным взглядом девочке стало как-то неловко; она потупилась, разглядывая узор на своих новых ботинках.

Наконец, Черноух одобрительно и медленно кивнул своей массивной головой. Разговор, видимо, был окончен. Медведь медленно направился обратно к Лии. Он опустился перед ней, чтобы быть с ней на одном уровне, и его взгляд, прежде оценивающий, смягчился, стал почти ласковым.

— Не горюй, — пророкотал он, и его голос теперь звучал глухо, но тепло. — Я тебе помогу. Ты — друг моего друга. А друзьям у нас отказывать не принято.

К ним подошёл Дорин и снял с плеча свою небольшую, туго набитую сумку, вручая её Лии.

— Держи. Там печенье и немного пирогов — тебе в путь подкрепляться. А Черноух… — он кивнул в сторону медведя, — он себе всегда пропитания найдёт, за него я не беспокоюсь.

Затем гном помог девочке забраться на широкую, покрытую густой шерстью спину медведя. Лия устроилась поудобнее, крепко ухватившись за мех.

— Ну что ж… в путь, — сказал Дорин, отступая на шаг. Его взгляд, обычно такой колючий, сейчас был тёплым и немного печальным. — Желаю вам удачи. И будь осторожна, Лия.

Он остался стоять на снегу, невысокая и одинокая фигурка на фоне бескрайнего леса, и долго смотрел, как удаляются вдаль, растворяясь в сверкающей белизне, двое — девочка на спине величественного белого медведя.;