Рецензия на публикацию Александра Бурьяка

Александр Бурьяк — белорусский современный публицист.

Дорогой Саша, позволь мне цитировать других авторов в контексте твоей статьи.

            

   В описанных характеристик нетрудно заметить, что статья носит иронический характер. При всей её уникальности она сохраняет публицистическую независимость и логический корпус коррелируемых понятий. В классическом варианте любая статья начинается с определения предмета, её сущности и природы. В статье «Дураки и война» Александр Бурьяк затрагивает поистине трепещущую тему, которая отличается от трудов других публицистов, экономистов, социологов и исследователей в разных областях общественных отношений.
   В статье прослеживается некая односторонность интерпретации. Моей же целью является найти схожесть с другими авторами, акцент на котором ставится прежде всего в публикации Александра Бурьяка.


Александр определяет войну как явление дураков и считает, что дипломатический жест в эпоху цивилизованного мира является исключительным. Веблен же в своем трактате пишет: «Война неотъемлемо является частью природного порядка вещей. Ссоры и убийства неизбежны в человеческих отношениях, и в то же время они способствуют развитию и распространению мужских добродетелей.»
   Другая точка зрения сводится к тому, что порождение любой войны связано вполне закономерными явлениями, создателями которых являются умники. Именно они выражают демонстративное недовольство и решают свои личные финансовые, политические интересы с помощью дураков, заранее создавая для тех благоприятные условия и субсидируя их.

   В своей, но глубоко символичной статье Александр Бурьяк не просто формулирует антитезу разуму, но и выстраивает парадоксальную иерархию социального действия, где дурак становится не жертвой, а мощностью.
Интересно, что Бурьяк использует категорию морального обличения, где дурак — не социальный класс, а психологический тип: тот, кто верит в простые ответы на сложные вопросы, кто готов умирать за лозунги, не пытаясь их понять. В этом смысле его статья перекликается с идеями Герберта Блума о «культуре нарративов», где массы потребляют упрощённые версии реальности, а власть — поставщик этих нарративов.
   Однако особенное отличие статьи Александра от других — в его неприятии прагматизма войны. В то время как тот же Веблен видит в конфликте эволюционный механизм, укрепляющий «мужские добродетели», а Карл фон Клаузевиц называет войну «продолжением политики другими средствами», Бурьяк сводит всё к абсурду коллективного безумия. Для него война — не инструмент, а ритуал глупости, в котором разумные люди становятся соучастниками, не произнося ни слова протеста. Но позвольте Александру выразить свои несогласия в отношении этого определения, поскольку слабость заключается в самом понятии войны.

Таким образом, статья «Дураки и война» — это не объективная оценка, а конфликт с совестью.