Ангел-хранитель

(вечером, в городе)

Застывшие длинной цепочкой трамваи надолго уснули - словно огромные птеродактили устало сложили костистые крылья токоприёмников. До дома пришлось добираться пешком. В толчее, перебегая дорогу, ненароком задел пешехода.

- Грубиян! – донеслось мне вдогонку.

Я обернулся. Невысокая женщина в зелёном треугольном пальто глядела в упор. Слишком узкие скулы придавали прохожей неприятное крысье обличье. Хотелось чуть-чуть их раздвинуть – поправить природный изъян. На остром носу, точно стрелка корабельного компаса, подрагивала длинная розовая бородавка.
 
«Да уж… Красавица…»

Однако невежливым быть не хотелось.
 
- Извините! Случайно толкнул.

В уставившихся на меня крошечных глазках промелькнуло нечто похожее на острый гастрономический интерес.

- Забудем! - ответила женщина и, не спросив разрешения, побрела рядом.

У дома я остановился:

- Вам куда?

- Хочу напроситься к Вам в гости. Познакомиться с мамой.

- Но я не планировал это.

- Желаю дружить с Вашей мамой! – притопнув ботинком, развязно сказала она. – И с Вами!

В звучащих с нажимом словах ощущалась угроза. Ехидные глазки упёрлись в лицо, а губы шептали: «Не отвертишься! Поздно!»

- Извините, но я не готов, - я совсем растерялся.

- Неважно. Не ты принимаешь решения! – грубо «тыкнула» мне незнакомка. Манеры назойливой дамы менялись стремительно! И в худшую сторону!
 
Я пристально к ней пригляделся и ахнул: не дама, а хищная плоть стояла вплотную ко мне.

«Ведьма!» – сердце стремительно рухнуло вниз. В висках застучало.

Увидев испуг, женщина неприятно осклабилась. Проведя языком по губам, обнажила неровные зубы.

- Поторопимся, милый! Не хочешь же ты, чтобы близким твоим стало худо? Не желаю прослыть негуманной! – нехорошо усмехнувшись, добавила: - Мы с твоей мамочкой будем следить за сынком! Будь уверен! Твоя дорогая супруга, - она ткнула пальцем в треугольник пальто, - станет бдительным стражем!

«Скоморошества время прошло, - понял я. - Наступила пора энергичных манёвров!» И воззвал:

«Берегиня! На помощь!»

К нам приблизилась нескладная хрупкая девочка – милый ребёнок в цветном сарафане. Молочные ножки в коротких носочках и скромных сандалиях остановились вплотную к отвратной колдунье. Аккуратный маленький носик принюхался. В уголках карамельного рта появились брезгливые складки. Во взгляде промелькнули усталость и скука. Приподнявшись на цыпочки, она возложила ладони на плечи зелёной фигуры:

- Пойдём! – это был не приказ и не просьба, а лишь констатация факта.
 
Скукожившись, ведьма покорно отправилась вслед.


(утром, в съёмной квартире)

- Не попадайся в лапы бесам - не становись деликатесом! - наставляла меня берегиня. - Твой крючок в этот раз подцепил плотоядную рыбку!

Поднявшись из старого кресла, она прошла в гардеробную. В ней хранилась коллекция женских пальто – всевозможных фасонов и разных размеров. В уголке приютился мой новый трофей - треугольник зелёного цвета.

Берегиня устало вздохнула:

- Стерегись мимолётных знакомств!

Повела благосклонно рукой:

- За закуску большое спасибо! 

Искривила румяные губы:
 
- Хоть и пакость твой свежий улов, но меня опоганить не смог!
Ухмыльнулась:

- Не то оскверняет людей, что в уста их десница господняя вложит!
 
- «…но то, что выходит из уст…»* - процитировал я.


* «Не то, что входит в уста, оскверняет человека; но то, что выходит из уст, оскверняет человека», Евангелие от Матфея, 15:11.