Внук

      

      

         Кладбище  было расположено рядом с  базаром.Последним местом, куда  зашли мать с сыном, уже отдав дань другим,  была могила  деда у забора. При жизни он был центром семьи, носителем бескорыстия, честности, доброты, человеком высокообразованным, думающим, всегда остававшимся самим собой.  Занимая скромную должность учителя, находил удовольствие в выполняемой работе. Благодаря ему учительскую профессию выбрали дочь и внук, которым он не уставал напоминать:
      - Жить нужно, пусть, бедно, но честно, в ладах с собственной совестью, работать с душой, самому быть таким, каким хочешь видеть других.
 
       Подошли к могиле, надеясь побыть  в тишине, вспомнить его. Но  тишину нарушал  громкоговоритель,оповещавший из-за забора  о шоптурах, оптовых закупках, обмене валюты, встрече потерявшихся. Уединению мешали  и люди собиравшие  около пролома переносной навес, намереваясь установить его за забором, где шумело то, что называлось толчком, базаром, рынком "Дордой". Мимо могил шагали люди с клетчатыми сумками сокращая через пролом свой путь.  Постояв недолго у могилы, решили, что в следующее воскресенье пойдут на базар, чтобы купить куртку сыну, и затем зайдут к деду снова, чтобы подправить надпись.
      
         И в следующий выходной отправились.
         Торговля начиналась задолго до центрального входа у кольцевой остановки троллейбуса, в рощице. Здесь продавали  вещи, сохранившиеся со времен Союза и где-то хранившиеся. На  подосланных клеенках стопками стояли крышки для консервирования,  гайки, смесители, лежало на табуретках и было развешано на веревках меж деревьев белье.
         Дорожка вдоль товаров перекидывалась через дорогу  и продолжалась аллейкой с наружной стороны кладбищенского забора. На ней пристроились нищие: старики и старухи с протянутыми руками, инвалиды на колясках и на земле, выставляя напоказ свои недуги, цыганки  с детьми, которые тут  и грудь сосали, и играли. Православные крестились за подаяние,  мусульмане, перебирали четки и напевно повторяли слова молитвы.
         Ближе к базару на небольших костерках и в тандырах, прилепившихся вплотную к дороге, готовилось подкрепление с пылу, с жару: плов,  беляши,  лепешки. Всё соблазняло  запахами,  и притормаживало  возможностью купить.
         За воротами начинался базар. Там  рядами расположились стойки с продавцами, между которыми ходили покупатели с юга на север, с запада на восток.
         Чего только не продавалось!  Товар был привезен преимущественно из  азиатских стран,разного качества и стоимости. Особенно много - из Китая.
          
          Мать шла за сыном, поворачивая голову из стороны в сторону в поисках покупки. Наконец, у нее все товары начали сливаться в одно целое, и она перевела взгляд на людей. Продавцы были между собой знакомы. Основную массу составляли молодые, сумевшие "зацепиться" за торговлю в условиях безработицы.  Говорили о поездках в Китай и Турцию, «баксах», спросе, результатах торговли. Между рядами двигались разносчики, предлагая продавцам   подкрепление.
           - Горячий кофе с булочкой,-  негромко предлагала строго одетая, с гладкой прической женщина.
           - Самсы, самсы,- выкрикивал подросток.
           - Манты-ы! Манты-ы!- перекрывала других  пожилая узбечка, протискивая в толпе детскую коляску с кастрюлей, укутанной поверху для сохранения тепла.
            Тесно прижавшись друг к другу,  продвигались двое слабовидящих. Один играл на аккордеоне, другой пел:
          -Едем мы, друзья,
           В дальние края.
           Станем новоселами
           И ты, и я.

         Неожиданно все отпрянули в сторону: навстречу бежал китаец с ошалевшими глазами, за ним гнался низкорослый милиционер с дубинкой. Вокруг кричали: «Держите, держите».  Неподалеку на земле лежал парень, которому женщины прикладывали к голове мокрую тряпку.
          Одну из них мать узнала:
          - Что случилось, Жанна? – обратилась к ней
          - Ой, здравствуй,- обняла её молодая женщина, красивая дунганка.
          - Вот мой сынок,- показала мать.
          - Совсем взрослый.
          - А твои как?
          - Ничего. Учатся в школе. В частной, - добавила не без гордости.
          - Так ты разбогатела?
          - Сказать разбогатела – не могу. Но не бедствую. Сначала ездила с сумками в Китай, потом – в Россию. Сейчас открываю своё дело.
          - Молодец!
          - Родителям спасибо. Для начала дали денег, потом сама сориентировалась.
          - Что ищите-то?
          - Сыну куртку хотим купить.

           Жанна повела их куда-то, одновременно рассказывая про Турцию, где недавно отдыхала. Быстро нашла куртку по размеру и такую, какую хотелось.            Назад шли  через пролом в кладбищенской стене. По пути Жанна, вдруг, заговорила о деле. Оказалось, что она собирается открыть цех по пошиву одежды и ей требуется честный, порядочный человек во главе. Цех предполагался подпольным, но , уверяла она, её деятельность надёжно прикрыта сверху и всё будет ОК.Называла большой удачей для  обоих  их случайную встречу, звала на руководящее место и обещала платить в пять раз больше, чем  получает учитель.  Мать задумалась, вспомнила свою зарплату и  начала уточнять количество работников, место и часы работы.
             Дошли до могилы деда, остановились.  Приятельница, глядя на фотографию, заметила, что внук очень похож на деда, осведомилась на каком курсе он учится и  продолжила тему о работе. Сын подкрасил масляной краской надпись на памятнике и, поняв, что в разговоре женщин лишний, потихоньку пошёл к кладбищенским воротам. 
              Жанна продолжала соблазнять  перспективами, мать её слушала, подметая листья.  Кончив подметать, посмотрела на фотографию на памятнике и вспомнила наставления отца:" Жить нужно "пусть бедно, но честно", а свою работу - любить". 
               Вновь взглянула на фотографию. Дед смотрел, вопросительно прищурив  карие глаза с хитринкой. А когда Жанна наставительно заметила,что жизнь даётся один раз, и от неё нужно взять всё, что возможно,  отец как-бы усмехнулся.
                В  этот момент мать словно очнулась: " Нет, не смогу," - сказала.Не стала говорить,что останавливает её  вся нечестность задуманного, чтобы не обидеть человека,  старавшегося о её благополучии и  заверявшего, что "на верху", есть крыша. Причиной назвала свою любовь к работе и школят, без которых "жить не сможет".
                Подойдя к  остановке, где их поджидал сын,  Жанна "зашла" с другой строны, заметив, что к новой куртке подошли бы и новые брюки и машина бы не помешала, с покупкой которой поможет. Продиктовала номер своего телефона, уверенная, что приятельница изменит свой ответ. Мать, когда она уехала, виновато посмотрела на сына,  чувствовала себя эгоисткой из-за своего решения.
                А он, уже в автобусе улыбнулся и сказал негромко : 
                -Не стоит прогибаться под изменчивый мир даже за большое «бабло». Пусть лучше он прогнется под нас,- внук хорошо усвоил уроки деда.