Битва за правду

Совсем недавно я случайно на просторах Интернета обнаружил гнусную статейку, датированную февралем 2024 г. (видимо, посвященную 100-летнему юбилею со дня рождения Александра Матросова), в которой с определенным сарказмом на нескольких страницах опровергался великий подвиг советского солдата. Автор даже ссылался на мнение многоуважаемых людей, бывших фронтовиков, которые уже не смогут опровергнуть эту гнусность. Он утверждал в своей статейке, что не было ни Матросова, ни сотен «матросовцев», ни великого подвига советского солдата в Великой Отечественной войне, что все это сталинская ложь, советская пропаганда. Но, что самое удивительное, что около сотни почитателей этого блогера, особенно с Украины и Башкирии, с пеной у рта старались подтвердить эту ложь, причем все они были под вымышленными именами, а не под своими подлинными фамилиями (видно, все-таки страшно).
Спросите у любого школьника, студента: «Кто такой Матросов?», «Кто такая Зоя Космодемьянская?», «Кто такие молодогвардейцы?», – и вы все убедитесь, в какую навозную яму брошено наше «всеобщее» образование под пристальным взором доморощенных либералов и «наших» заокеанских и западноевропейских «партнеров».
Лучшие люди, краса и гордость страны, генофонд нации, 18-летние мальчишки шли, превозмогая боль и страдания, умирать не за тех подонков, кто в это время веселился в кабаках и ресторанах, гулял с девицами по городским паркам и аллеям, откосив от службы в рядах РККА, не за тех их продажных потомков, которые, научившись писать пасквили, за деньги продадут не только Родину, но и свою родную мать, перевернут, перековеркают всю нашу многовековую историю, а за своих жен, матерей, сестер, за свою свободу, за Родину.
И еще не одно поколение наших людей будет периодически сталкиваться с такими статейками бывших, настоящих и будущих «соростят», и сколько еще глупых молодых голов, не знающих своей истории, «клюнут» на эту ересь и не смогут разобраться в истине подвига, совершенного советским солдатом в годы Великой Отечественной войны. Как говорят, время лечит, но уж больно долго оно лечит наших чиновников и руководителей от образования и исторической науки.
Вот поэтому я и все мои многочисленные друзья бились, бьемся и до конца своих дней будем продолжать биться за правду, правду о великом подвиге советского солдата на той самой страшной, кровавой и бесчеловечной войне. И для нас нет никаких преград. Мы свято верим, что историческая справедливость все равно восторжествует.
К сожалению, таких гнусных статеек много в Интернете, но я, как автор, не хочу даже дискутировать с этими продажными подонками, чтобы лишний раз не рекламировать их пасквили и сайты, лишь приведу пример из воспоминаний простого 18-летнего немецкого солдата Вернера Ленка, паренька из обычной рабочей семьи «День, когда мы проиграли войну»:
«Я был продуктом той системы. Сытый, уверенный, гордый своей страной. Нацистская пропаганда рисовала глянцевую картинку: арийский дух, волевые немцы, великая миссия. Гитлер казался человеком дела, а его идеи – справедливыми…
Но июль 1941 г. под Смоленском стал адом. Быстрое наступление наших войск застопорилось, резервы не успевали, пехота вязла в боях. Русские заслоны не давали себя обойти. Мы ждали подкрепления, но оно нужно было везде…
7 июля 1941 г. наша 29-я дивизия прорвала очередную линию обороны. Разведка уверяла: впереди, на пять километров, нет противника. Колонна двинулась из сгоревшей деревушки, где солдаты пополняли запасы воды. Но едва мы выехали, нас накрыл пулеметный огонь. Из лесной просеки, словно из ниоткуда, били пулеметы и винтовки. Огонь был настолько плотным, что наша моторизованная колонна замерла. Мы не могли терять время. Нужно было ворваться в пригороды Смоленска, не дать русским закрепиться. Но выбора не было: пришлось остановиться.
Бронетранспортеры с крупнокалиберными пулеметами превратили просеку в огненный ад. Казалось, все кончено. Колонна двинулась дальше, но в спину снова ударили выстрелы. Противник, которого, по данным разведки, там быть не могло, ожил. Бронетехника ушла вперед, и солдатам пришлось штурмовать огневую точку в пешем строю. Наше численное и огневое превосходство было подавляющим. И когда сопротивление русских было подавлено, лейтенант Анкерман велел мне и еще двум солдатам проверить, не осталось ли живых.
Огневая точка русских оказалась замаскированной ямой, чем-то средним между блиндажом и дзотом. Подойдя ближе, я увидел два трупа советских солдат. На всякий случай бросил гранату в темную глубину. И тут произошло немыслимое: граната вылетела обратно. Я замер, словно парализованный. Если бы не мой товарищ, сбивший меня с ног, я был бы мертв. Мы снова закидали яму гранатами. Два, три взрыва - казалось, все кончено. Но из ямы раздался нечеловеческий рев.
Из глубины ямы, кашляя и крича, вылез советский солдат. Его лицо было черным от копоти, из ушей текла кровь, один глаз выбило осколком, второй заплыл. Он едва держался на ногах, оружия у него не было. Но он не сдавался. Он орал, как зверь, бросался туда, где, как ему казалось, стояли мы. Он не видел, но бил по воздуху, полный первобытной ярости. Я был в шоке. Мне стало невероятно страшно.
Лейтенант Анкерман, устав от этого «дикого спектакля», подошел и пристрелил советского бойца. Тишина накрыла поле. Я впервые посмотрел на нашего врага по-другому. Мы встретились с безумной силой, которую нам только предстояло осознать. Три человека, обстреливавшие моторизованную колонну, знали, что идут на верную смерть. И все равно дрались. Таких солдат явно было очень много…»
Этот советский солдат, чье имя осталось неизвестным, стал для Вернера Ленка символом. Его стойкость, его ярость, его готовность драться до последнего вздоха потрясли молодого немца. Этот безымянный герой, принявший бой против целой колонны врага, показал, что дух сильнее стали. Он не просто сражался, он бросил вызов самой фашистской идее, самой вере немцев в непобедимость Германии. А сколько таких безымянных, истинных героев Земли Русской, преданных своими потомками, до сих пор лежат в засыпанных землей придорожных канавах, старых окопах, воронках.

Изучая жизнь и подвиг Александра Матросова и его однополчан, я еще более 10 лет назад знал, что у реальных событий того периода и официальной версии есть разночтения. Вначале я их изложил в своем историческом очерке, а заодно и свои доказательства, пытаясь опровергнуть «незыблемые», с точки зрения музейных работников г. Великие Луки, истины. Потом очень подробно об этом написали А.Б. Канавщиков в своем двухтомнике «Когда подвиг и есть судьба» (2024) и Н.А. Дубовик «Александр Матросов. Снова бой» (2024). (К сожалению, книги вышли небольшими тиражами, но есть на просторах Интернета). Поэтому не буду повторять этих уважаемых авторов, а остановлюсь лишь на тех моментах, на которых они в силу своей интеллигентности постарались не заострять внимания. Итак, по наиболее жарким версиям.

Первая версия связана с местом его рождения. Это наиболее острая тема дискуссии, которая развернулась в последнее время.
На протяжении десятилетий было выдумано большое количество различных версий, вплоть до самых абсурдных. Но наиболее яркие – это три: днепропетровская, башкирская и ульяновская.
Никто из серьезных исследователей не отрицает, что рос и воспитывался А.М. Матросов в разных детских домах. Вначале в районном центре г. Мелекесс (Димитровград) Самарской губернии (Ульяновской области) в детском доме для детей дошкольного возраста № 26 им. В.И. Ленина, потом, когда подрос, в детском доме № 25 им. Н.К. Крупской, а затем в октябре 1935 г. за нарушение дисциплины он вместе с друзьями был переведен в Ивановский детский дом для трудновоспитуемых (с 1936 г. до 1941 г. – детский дом № 12 с особым режимом, что означало привлечение детей к труду). Отрицать этого никто не может, потому что в различных государственных архивах имеются подлинные документы и письменные воспоминания друзей, воспитателей и учителей из этих детдомов.
А где же он родился, кто его отец и мама, с кем он жил до пос-тупления в детский дом целых шесть лет своей маленькой жизни, – оставалось тайной и огромным полем для измышлений разных, порой нечистоплотных, журналистов и писателей.
Официальная версия гласит, что наш герой родом из крупного административного центра Украины г. Днепр, который до 1926 г. назывался Екатеринослав, а до 2016 г.– Днепропетровск. И появилась она из милицейского протокола, составленного милиционером Насыровым при повторном задержании Саши Матросова в Саратове, а затем уже стала гулять по всем судебным и уголовным протоколам и делам.
И первым, кто подтвердил эту версию в художественной литературе, стал детский писатель Пантелеймон Терентьевич Скрыпников (литературный псевдоним – Павел Журба).
После ошеломляющего успеха художественного героико-патриотического военного фильма режиссера Л.Д. Лукова «Рядовой Александр Матросов», снятого в 1947 г. по сценарию Г.Д. Мдивани на киностудии «Союздетфильм» (киностудия им. Горького), издательство Ленинградского отделения детской литературы стало настоятельно требовать от Пантелеймона Терентьевича написание патриотической повести об Александре Матросове для старших школьников, потому что мало кто в то время знал, что Павел Журба являлся автором идеи этого фильма и по совместительству помощником сценариста и режиссера.
Пантелеймон Терентьевич Скрыпников (1895–1976) – русский писатель, прозаик и журналист. Родился в крестьянской семье в с. Троицкое Екатеринославской губернии. Работал батраком, чернорабочим. Три года служил рядовым в Измайловском полку и воевал на фронтах Первой мировой войны. Участник Февральской и Октябрьской революций. В 1926 г. окончил Ленинградский государственный университет. Заведовал редакцией журнала «Перелом», работал в журнале «Вокруг света». В 1937 г. стал членом ВКП(б). Когда началась Великая Отечественная война, ушел добровольцем на фронт. Работал в редакции газеты «За Советскую родину». В 1943 г. был демобилизован по инвалидности. После войны стал членом Союза писателей, руководил секцией детской литературы Ленинградского отделения. Автор повести «Крутой поворот», романов «Черный пар», «У прощального кургана», пьесы «Первая радость», детских рассказов «Прошка», «Друзья» и др. Награжден орденом Трудового Красного Знамени.
В 1948 г. он начал работу над повестью об Александре Матросове, которая и принесла ему наибольшую известность. Создавая эту повесть, П.Т. Журба собрал много документальных материалов, свидетельств и фактов биографии героя, побывал «на родине» Матросова – в г. Днепропетровске, в Уфимской трудовой колонии, в полку, где тот служил. Встречался с людьми, близко знавшими Сашу: воспитателем, учительницей, друзьями, замполитом батальона капитаном В.Н. Климовским и др.
В 1949 г. вышла в свет его повесть «Александр Матросов», которая была издана в Ленинграде и предназначена для детей среднего и старшего возраста. В своей книге П.Т. Журба постарался показать жизненный путь героя, его светлый образ, который должен был служить примером бесстрашия и беззаветной любви к Родине для советских юношей и девушек. Но она произвела неизгладимое впечатление на всех людей Советского Союза, маленьких и взрослых. Ведь в то, послевоенное время, была очень востребована и необходима.
«Мною написано немало произведений, но ни одну из книг я не писал с такой большой любовью, с таким предельным горением и напряжением всех сил, как книгу о пламенном патриоте нашей Родины Александре Матросове, отдавшем свою молодую прекрасную жизнь за мир и счастье людей и снискавшем всенародную любовь и бессмертие…» – вспоминал Павел Журба.
Повесть П.Т. Журбы издавалась миллионными тиражами и переиздавалась вплоть до 1976 г., переведена на 13 языков народов Советского Союза и на 8 иностранных языков. И все бы хорошо, но эта повесть, как и сценарий фильма, была художественным произведением и во многом придумана автором.
В своей поездке в Днепропетровск он не нашел ни единого свидетельства о месте рождения Саши Матросова ни в городе, ни в области. А сроки поджимали, поэтому Пантелеймон Терентьевич, сам являясь уроженцем этих мест (кстати, и режиссер фильма о герое Л.Д. Луков родился в г. Мариуполь Екатеринославской губернии), не стал себя утруждать поисками истины, а придумал,  что маленький Саша из рассказов бабушки знал, что папа его был «уважаемый человек, работал горновым на металлургическом заводе, но партия послала его в самое трудное глухое степное село помогать крестьянам объединяться в колхозы, а куркули за это его убили. А через два года с горя умерла и мать. И прадедушка Саши был отчаянным днепровским лоцманом, который не боялся самых бурных речных порогов и царских жандармов. Тогда и захотелось мальчику стать матросом, смелым и сильным, как прадед…»
Хороший художественный вымысел Павла Журбы, который был и в книге, и в сценарии фильма, привлекал читателей и зрителей, и его, как по команде, стали подтверждать все журналисты и писатели Советского Союза, хотя уже в конце 1950-х гг. было известно, что доверия он не заслуживает, потому что как ни пытались краеведы, историки Днепропетровска найти хоть какие-нибудь сведения, документы ЗАГС, записи в церковных книгах о проживающих в городе и даже области Матросовых, о рождении ребенка с таким именем и фамилией в 1924 г., но ничего не нашли.
Надо отдать должное и Пантелеймону Терентьевичу. Ведь он никогда и ни от кого не скрывал, что никакими исследованиями не занимался, а писал художественную повесть для детей и считал, что этот вымысел уместен, в том числе и о месте его рождения.
П.Т. Журба неоднократно сообщал читателям, что его произведение носило не исторический, а художественный характер. Так, на встрече с членами пионерского отряда им. А. Матросова школы № 25 г. Ижевска в 1962 г. он ответил, что в действительности место рождения А.М. Матросова не установлено и никто не знает, где же его настоящая родина, и что предположения о г. Днепропетровске не подтвердились. Поэтому нам, современным исследователям жизни и подвига Александра Матросова, невозможно даже понять, почему последующие авторы, не проводя новых изысканий, оставляли местом рождения придуманный Павлом Журбой – Екатеринослав (Днепропетровск), ведь почти в каждом большом областном, краевом центре, не говоря уже о Москве, были и есть историки, научные кадры, преподаватели, кафедры, факультеты, и даже целые НИИ истории. Неужели за эти прошедшие десятилетия не нашлось ни одного дотошного исследователя, будь то гражданского или военного, который бы докопался до истины.
Из всей Великой страны, которая прошла через ад страшной, кровопролитной войны, в 1950-х гг. нашелся только один сельский учитель истории Новомалыклинского района Ульяновской области, которого заинтересовал этот вопрос, потому что не только в его школе, но и в других учились ребята со столь знаменитой в то время фамилией, и все, не сговариваясь, утверждали, что Саша Матросов их родственник. Это был Петр Кондратьевич Ковальчук. Вначале он относился к этим ребячьим откровениям со снисходительной улыбкой, но, когда об этом заговорили взрослые, стал собирать свидетельские показания очевидцев, непосредственно знакомых и родственников А.М. Матросова.
Свою работу он продолжал и на протяжении 1960-х гг., даже когда стал директором школы, заведующим РОНО и редактором книжного издательства г. Ульяновска.
П.К. Ковальчуку удалось опросить более 20 чел., знавших Матросова по ивановскому и армейскому периодам жизни. В 1962 г. ульяновский исследователь изучил все материалы днепропетровского архива, ЗАГСов, краеведческого музея, но документальных свидетельств рождения А.М. Матросова в г. Днепропетровске он так и не нашел. В личной переписке с директором, воспитателями и ближайшими друзьями Александра – воспитанниками Ивановского детского дома ульяновский краевед предположил, что Матросов был родом из Поволжья. Появились его первые статьи в районных и областных газетах Ульяновской области. В ходе работы с архивными материалами Ульяновского детприемника П.К. Ковальчук обнаружил фотографию 13-летнего Александра и установил время убытия воспитанника из Ивановского детдома – осень 1940 г. Обладая большим фактическим материалом, Петр Кондратьевич начал работу над рукописью книги о детских годах жизни А.М. Матросова.
В 1969 г. он еще раз обратился к руководству г. Днепропетровск, на что из Отдела культуры Днепропетровского Городского Совета получил официальный ответ под № 44 от 6 ноября 1969 г.: «Товарищу Ковальчуку. Уважаемый Петр Кондратьевич, на Ваше письмо о А. Матросове отдел культуры горисполкома сообщает, что официальных документов о времени и месте рождения А. Матросова в городе нет. Зав. отделом культуры горисполкома А. Грушко». (ГАНИУО. Ф. 8.Оп.49.Д.21.Л.4.)
Иван Иосифович Шкадаревич уже знал об ульяновских корнях героя, но, готовя книгу к печати в 1967 г., он письменно обратился в Ульяновский обком КПСС, где просил проверить корни рождения Саши в с. Александровка Мелекесского и в с. Александровка Новомалыклинского районов. Получив официальный отрицательный ответ, он с легким сердцем оставил Днепропетровск в своей книге «Бессмертный подвиг Матросова». (Хотя в его архиве должна храниться «Книга передвижения детей Ивановского детского дома» в середине 1930-х гг., которую ему отдала директор Раиса Алексеевна Иванова.) Единственное, что он позволил себе дописать о детстве Саши – это то, что его маму звали Анной. После выхода в свет его книги всем остальным исследователям строжайше запретили даже вспоминать другие версии рождения Матросова, тем более что «дорогой и любимый» Первый секретарь ЦК КПСС и руководитель государства Л.И. Брежнев не только был родом из с. Каменское Екатеринославской губернии, но и долгое время до войны (с 1937 г.) и после (до 1950 г.) работал в Днепропетровском обкоме компартии Украины и у него остались об этом времени самые хорошие воспоминания (а тут еще и герой родом из этих мест).
Так художественный вымысел Павла Журбы был использован И.И. Шкадаревичем в угоду политическим амбициям, а фактических родственников и свидетелей из Зин-Оврага и Высокого Колока Ульяновской области в грубой форме заставили замолчать. Книга Ивана Иосифовича переиздавалась трижды: в 1967 г., 1968 г. и 1973 г., но ни в одном издании ни одной ссылки, ни одного подтверждающего документа приведено не было.
Были и другие авторы, которые, не задумываясь, в своих книгах подтверждали эту версию. Но, к большому сожалению, «великие мужи», историки, кандидаты и доктора, доценты и профессора, академики от исторической науки, не задумываясь, как само собой разумеющийся факт, перенесли этот художественный вымысел в послевоенную энциклопедию нашей страны выпуска 1954 г., а затем в Большую Советскую энциклопедию 1970 г, Советскую военную энциклопедию 1978 г. и Большую Советскую энциклопедию 1985 г. Художественный вымысел Павла Журбы на долгие десятилетия стал официальным подтверждением места рождения героя.
(Этой версии до сих пор придерживаются руководство и сотрудники МБУК «Краеведческий музей г. Великие Луки», который с 1992 г. и до настоящего времени располагается в здании бывшего Музея боевой комсомольской славы им. Александра Матросова, открытого 14 августа 1971 г. В его огромных залах была, есть и остается одна небольшая встроенная витрина, посвященная Герою Советского Союза А. Матросову. В течение всех этих прошедших десятилетий ни о какой научной работе в этом направлении даже речи не шло, ну а в последние тридцать лет после смены названия музея вопрос стоял только о его выживании. Можно лишь поблагодарить сотрудников комплекса за то, что сумели сохранить в «лихие» 1990-2000 гг. и музей, и экспонаты, и памятник герою, и его могилу.)
И тем не менее изыскания ульяновских краеведов продолжались. Еще в 1968 г. в газете «Звезда» Ново-Малыклинского района Ульяновской области появилась статья редактора этой газеты А.Г. Толчкова, предположившего, что Александр Матросов мог быть уроженцем хуторского поселка Зин-Овраг их района. Основанием для этого послужили данные опроса ряда жителей. Однако эти сведения вновь противоречили известным фактам биографии Матросова.
К началу 1970-х гг. Петр Кондратьевич завершил работу над рукописью книги о детских годах жизни А.М. Матросова, но опубликовать ее не удалось, потому что ни одно издательство не взялось за эту работу ввиду расхождения с «официальным» местом рождения героя в г. Днепропетровск. Его расследования послужили поводом к конфликту с приверженцами «днепропетровской» версии из Москвы, которая «слезам не верит», прагматична, но и своих не бросает. Шкадаревич не остановился только на угрозах в адрес автора, за то что тот добровольно не захотел передать ему отработанные документы и воспоминания очевидцев по детскому периоду жизни Саши Матросова. В Ульяновский обком партии одно за другим стали поступать гневные, угрожающие письма от коллег-товарищей Шкадаревича по Московскому отделению общества «Знание» о принятии карательных мер к «самозванцу». И никто из партийных бюрократов не взял на себя смелость разобраться и взять под защиту своего исследователя-краеведа. Им легче оказалось запугать и наказать «смутьянов» и «не дай Бог», чтобы это дошло «до Самого» в Москве.
Тут же, как по щелчку пальцев, подключились и областные компетентные органы: КГБ и МВД. И вскоре Ульяновский обком КПСС в ускоренном порядке рассмотрел персональное дело рядового коммуниста с многолетним стажем П.К. Ковальчука, вынес Петру Кондратьевичу строгий выговор по партийной линии и снял с должности редактора книжного издательства области, определив учителем в Ульяновскую городскую школу № 21 и доведя заслуженного человека до инфаркта.
Но травля продолжалась, потому что неугомонный исследователь пытался всеми доступными средствами добиться справедливости, защитить свое честное имя, доказывая правду о месте рождения легендарного героя и считая, что историческая истина дороже собственного здоровья. 6 декабря 1976 г. от второго инфаркта П.К. Ковальчук умер, так и не издав свою книгу. 
Справедливость и правда вновь на десятилетия отступили перед ложью, прикрывающейся громкими именами и званиями ветеранов партии и войны…
Параллельно возникали и другие версии, которые сразу же опровергались.
Но началась перестройка, Советский Союз как государство прекратил свое существование. Все героические события Великой Отечественной войны стали опровергаться, подвергаться искажениям и передергиваниям. Лучшие люди, которые пожертвовали своими молодыми жизнями ради спасения остальных от фашистского рабства, были объявлены больными придурками, которые, вместо того чтобы спасать свои шкуры, бросались на дзоты.
Националистам разных мастей и республик понадобились свои герои, и в Башкирии вспомнили о версии журналиста Рауфа Хаевича Насырова о том, что «настоящий» Матросов – это не русский герой, а башкир Шакирьян Юнусович Мухамедьянов, который родился в башкирской деревне Кунакбаево Учалинского района. И хотя сам автор– работник районной газеты из небольшого города Учалы на востоке Башкирии, граничащего с Челябинской областью, в своих статьях поначалу приводил эти сведения как выдумку очередного кунакбаевкого пьяницы, главным партийным «баям» в Уфе эта версия понравилась, и, в отличие от своих коллег из Ульяновска, они нашли и средства, и необходимые рычаги давления на свою республиканскую прессу, для того чтобы эту версию развить до союзного значения.
Так, постепенно почти все жители башкирской деревни Кунакбаево Учалинского района под руководством местных учителя истории Алима Зарипова и журналиста районной газеты «Серп и Молот» Рауфа Насырова стали вдруг «узнавать» в русском парне мелкого деревенского воришку Шакирьяна Мухамедьянова, бесследно исчезнувшего из родного села ребенком то ли в двадцатые, то ли в тридцатые годы. Нашлись даже живые «родной» брат и свидетели, видевшие Александра прямо перед самой войной, когда он приезжал из колонии (?) к друзьям в родную деревню (правда, «местечковые краеведы» скромно промолчали, что этим свидетелям в то время было по 5-6 лет и некоторые даже говорить по-русски не умели, а «родной» брат оказался умнее всех и не стал участвовать в этой ничем не подтвержденной авантюре, отказавшись от столь манящего родства, и от него постепенно отстали).
Оба эти «исследователи» – уроженцы Учалинского района. Вот они и сыграли свою главную, зловещую роль в фальсификации биографии русского героя.
Р.Х. Насыров за счет средств редакции и администрации своего района съездил в Ивановский детский дом Ульяновской области, познакомился с документами музея и на месте реально убедился, что ни свидетельства о рождении или даже справки о рождении ребенка Саши Матросова у них нет. Тогда он для подтверждения своей версии послал официальное письмо директору «Музея истории комсомола им. А. Матросова» в Днепропетровск и вскоре получил ответ, что сведений о герое в архивах и загсах города и области никаких нет и они будут рады любой информации о месте рождения Матросова. Об истинных целях поездки и письма Насыров никому не говорил и теперь был абсолютно уверен, что ни одна область или город в Великой России на честь быть земляком героя не претендует.
Вскоре Рауфа Насырова перевели в столицу – Уфу, назначили заведующим отделом пропаганды газеты «Совет Башкортостаны», выходящей на башкирском языке, и предоставили неограниченные возможности в средствах для достижения поставленных целей. И начиная с 1991 г. на страницах этой газеты стали появляться статьи уже заместителя главного редактора Р.Х. Насырова, утверждающие, как уже неопровержимый факт, что настоящее имя Героя Советского Союза Александра Матвеевича Матросова – Шакирьян Юнусович Мухамедьянов, башкира по национальности, уроженца д. Кунакбаево Учалинского района Республики Башкортостан. На радио и телевидении республики прошли сенсационные передачи, открывающие «правду», доказанную журналистом Рауфом Насыровым.
Дальнейшие события стали нарастать снежным комом. Эту новость подхватили все газеты Уфы, которые запестрели красочными, яркими заголовками и статьями. Началось развенчивание подвига русского солдата-героя Александра Матросова и возвеличивание башкирского вора Шакирьяна Мухамедьянова. Вот такое наступило время.
В 1992 г. Р.Х. Насыровым была написана и выпущена в Уфе большим тиражом за счет средств республиканского бюджета книга «;ай;ан ;ин, Матросов?», в русском переводе «Откуда ты родом, Матросов?».
И в подтверждение «правоты» отождествления Героя Советского Союза Александра Матросова и Шакирьяна Мухамедьянова стал выпущенный в Уфе в 1992 г. Краткий энциклопедический словарь Башкортостана, а затем и Башкирская энциклопедия (1996 г.), которые утвердили это придуманное журналистское вранье как истину в первой инстанции. (У меня нет не оскорбительных слов в адрес тех «великих» ученых Башкортостана в составе 43 научных редакторов и 6 кандидатов наук, которые это написали и подписали, ведь им практически не было никакого дела до того, что многие документальные свидетельства, легшие в основу «башкирской» версии Насырова, расходятся с установленными фактами биографии Александра Матросова.)
А дальше надо было убедить в этом маразме всю Великую Россию, чтобы хоть как-то ее унизить и оскорбить русский народ.
И убедили!
Продажная элита столицы обеспечила «трудам» Насырова оглушительный резонанс. Либералов 1990-х гг. правящей верхушки страны не интересовала правда о Великой войне, если она не была направлена на реальное расшатывание советской идеологии. Поэтому новомодная версия из Башкирии подходила для подобных целей практически идеально. Сын пьяницы, вор, скрывающий свою истинную фамилию, зэк, случайно упавший перед немецким пулеметом, а то и вовсе залез на крышу немецкого дзота, а потом уже мертвого фашисты его сбросили. Такой «Матросов» был не только нужен, но и необходим новому руководству страны. Да это же еще и хорошо «поощрялось» нашими заокеанскими «партнерами», ведь необходимо было в кратчайшие сроки лишить наш народ и особенно молодежь исторической памяти и исторической правды. А здесь все методы хороши.
И это несмотря на то, что еще были живы участники Великой Отечественной войны, которые были свидетелями подобных подвигов и, с дрожью в голосе от этой клеветы, вспоминали о немецких пулеметах: «…Если человек лег на амбразуру, то его уже не отбросит никакая очередь. Измочалит, да, но тело весом 70-80 кг не сдвинет. Кстати, мешки с песком, которые до сих пор используют в боевых действиях, весят примерно столько же. Поэтому так могут утверждать только люди, ничего не смыслящие в военном деле...»
К великому сожалению, в Великой России всегда были, есть и будут те, кто услаждает слух и кричит «здравницы» власть имущим, в каких бы званиях и чинах они не находились. Ведь еще Петр I в своем «Указе о подчиненных и начальстве» писал: «Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». (Даже в наше время далеко ходить и искать таковых не надо, следует лишь посмотреть новостные каналы по телевизору.)
А потом этот бред поддержали в своих статьях огромное количество продажных журналистов-пиарщиков и те, кто им в унисон вторил. Они за «вонючие» доллары готовы были продать даже родную мать, а не только великих героев той страшной войны, поглотившей миллионы человеческих жизней, «отплясывая чечетку» на костях этих героев, создавая новые грязные мифы и печатая их на страницах своих гламурных газетенок и журнальчиков. Ни доморощенные политики, ни псевдоученые – никто не захотел даже слушать, что пресловутая толерантность воспринимается не иначе как угроза духовной и национальной безопасности России, что не может на Руси все продаваться, что «жадность – это» не «круто».
Зато для Рауфа Хаевича настала «звездная» пора. Хитрый и осторожный башкир никак не ожидал, что его «высосанная из пальца» версия благодаря власть имущим упадет на благодатную почву быстро развивающегося и процветающего в 1990-е гг. в республике национализма. Он купался в лучах славы. Его приняли в члены Союза журналистов и Союза писателей, присвоили звание заслуженного работника культуры РФ и РБ, избрали Почетным гражданином г. Учалы и Учалинского района.
Злоключения не миновали и памятник Матросову в Уфе. Когда-то он стоял в парке имени героя, на центральной улице, на берегу реки. Но в 1991 г. под нажимом местных националистов на его месте появился некий «камень суверенитета» Республики Башкортостан, парк переименовали. Монумент приютили у себя сотрудники Уфимской школы милиции (Уфимского юридического института МВД России). Оттуда его изредка вывозили к Дню Победы – 9 Мая и временно ставили где-нибудь в городе, а потом снова привозили обратно. Лишь недавно парку вернули имя солдата, а памятник обрел постоянную прописку только в несколько ином месте, на боковой улочке.
Музей Александра Матросова в Уфимской школе милиции приказали закрыть, а все экспонаты (большинство подлинных) передать в центральное хранилище создаваемого фонда Музея боевой славы г. Уфы. Так они и пролежали десятилетия в сыром подвале, никому не нужные. Фотографии и подлинные документы безвозвратно погибли. А Уфимскую трудовую воспитательную колонию им. Александра Матросова еще в 1971 г. передислоцировали в г. Стерлитамак, подальше от столицы Башкирии.
Все эти годы и в Башкирии, и в России раздавались и здравомыслящие голоса, но, к сожалению, их никто не слышал.
Более двадцати лет вдова П.К. Ковальчука Галина Павловна бережно хранила невостребованные материалы мужа о Матросове и передала его архив только В.В. Емельянову, который заинтересовался биографией героя. Виктор Васильевич – участник Великой Отечественной войны, был офицером-политработником и в последние годы своей службы преподавал в Орловском высшем военном училище правительственной связи КГБ.
Узнав об этом, Р.Х. Насыров в 2000 г. приехал в Ульяновск. Снова побывал в Ивановском детском доме, съездил и в Димитровград (Мелекесс), встретился с В.В. Емельяновым, который искал историка или писателя для передачи архива П.К. Ковальчука с целью его изучения и написания книги. А тут такая удача.
Поверил Виктор Васильевич хитрому «неожиданному чужестранцу», как отрекомендовал себя Насыров, пригласил домой, и все материалы оказались в его доступе. Но они шли в разрез с его версией. При просмотре документов его «заинтересовали» только четыре документа, и он, оставив В.В. Емельянову расписку об обязательном возврате, их просто присвоил. Для последующих поколений безвозвратно утеряны: воспоминания В.А. Раскопова, В.В. Петрушина, П.И. Макаренко и Т.И. Коренского, которые противоречили его версии и которые нужно было скрыть.
В это же время в республике нашлось немало средств для пропаганды «творчества» Рауфа Хаевича. И уже в 2001 г. на ГТРК «Башкортостан» вышел документальный фильм «Ищите меня под фамилией Матросов». Режиссер Анвар Нурмухаметов, автор сценария фильма – Рауф Насыров, который к этому времени и сам поверил в свою могущественность и безнаказанность, но, главное, в «правоту» своих «исследований».
В 2005 г. в деревне Кунакбаево на средства, выделенные из республиканского бюджета, был открыт школьный музей им. Героя Советского Союза Александра Матросова – Шакирьяна Мухамедьянова, который работает до сегодняшнего дня, и установлен памятник герою.
В 2006 г. на экраны вышел еще один фильм режиссера Сергея Крауса «А. Матросов. Правда о подвиге», провели даже дорогостоящую фотоэкспертизу, а на следующий год Р.Х. Насыров выпустил вторую свою книгу: «Александр Матросов. Поиск истины».
Одно только успокаивает, что сам подвиг Матросова под сомнение автор не поставил. Но возникло немало вопросов к Р.Х. Насырову:
1) Как и почему малолетнего ребенка из неблагополучной семьи, который постоянно недоедал и мерз в неотапливаемой землянке, добрые соседи отвезли в Мелекесский детский дом за 840 км от села Кунакбаево через Уральские горы, две области и мимо Уфы без наличия железных дорог поблизости, хотя в Башкирии в то время работало 36 детских домов и ближайший был в 6 км в соседнем большом селе Учалы – административном центре Учалинского района Башкирской АССР? Даже обывателю понятно, что кроме родной больной мамочки этот, еще не достигший шестилетнего возраста ребенок никому, даже хорошим, сердобольным родственникам и соседям, в то непростое время был не нужен, для того чтобы вести его в детский дом за сотни километров по всей России. И оставила она его на крыльце не от хорошей жизни. Ведь в СССР в конце 1920-х – начале 1930-х гг. детские дома комплектовались воспитанниками, проживавшими в радиусе не более 100 км, а сам Насыров не отрицает факт нахождения малолетнего Александра Матросова в детских домах г. Мелекесс и с. Ивановка. (И мне, как автору и историку, абсолютно непонятно, почему столь уважаемый в Башкирии журналист, писатель не заинтересовался и не стал искать подлинного Шакирьяна Юнусовича Мухамедьянова (1923 г.р.) в архивах ближайших к селу детских домов или он так же, как предыдущие авторы, погнался за сенсацией и просто добавил свой художественный вымысел. Тогда напрашивается вопрос: «А где же ваша совесть?» Ведь вам поверили миллионы жителей не только Башкирии, но и Татарстана, потому что в Кунакбаево в основном проживают этнические татары и еще в 1999 г. в татарском энциклопедическом словаре утверждалось, что Герой Советского Союза Матросов Александр Матвеевич – это никто иной, как Мухамеджанов Шакиржан Юнусович, 1924 г.р. и по национальности татарин.)
2) Почему «свидетели» вспоминают о его темных глазах, когда у реального Матросова они голубые?
3) Да и разговаривал герой без всякого акцента и только на русском языке, пел русские песни, и среди его друзей, даже в колонии в Уфе, были ребята разных национальностей, кроме башкир и татар.
Остались и другие вопросы о несовпадениях. Это и год рождения, и цвет волос, и время пребывания в детдомах Мелекесса и в Ивановке, и время и число отлучек из Ивановского детдома, и наличие татуировок, и др.
И, как ни странно, во всей огромной стране с ее мощнейшим научным потенциалом, архивами, музеями и тысячами академиков, профессоров, докторов и кандидатов исторических наук не нашлось ни одного, кто бы разобрался в этом вопросе и поставил на место всех зарвавшихся журналистов, писак и националистов всех мастей. Опомнились, и то далеко не все, только в 2010-х гг. В прессе и на полях Интернета все настойчивее и тверже стали звучать слова опровержения башкирской версии рождения героя. С 2011 г. исследователь-краевед А.П. Костицын и его сын журналист Евгений Костицын из Уфы бросили вызов всей сложившейся за двадцать лет системе и до сих пор, невзирая на угрозы националистов Башкирии и Татарстана, в том числе и физической расправы над ними, продолжают бороться за честное имя советского рядового Александра Матросова. Они постоянно пишут и публикуют свои статьи в региональных газетах и на сайтах в Интернете, защищая светлое имя героя. «Настойчивые попытки лишить русского парня Александра Матросова его имени, подвига, малой родины… могут принести их авторам только сомнительную славу», – утверждают авторы в своих статьях.
В 2014 г. Рауфа Хаевича не стало, а как хотелось многим пристально посмотреть ему в глаза.
Здоровье и годы брали свое, а В.В. Емельянов так и не мог найти достойной кандидатуры для передачи архива П.К. Ковальчука. Но вот в январе 2015 г., находясь на лечении в госпитале ветеранов ВОВ, он прочитал статью об Александре Матросове ульяновской писательницы и поэтессы Нины Александровны Дубовик. Эта статья ему понравилась и заинтересовала. Вскоре они встретились, и Виктор Васильевич рассказал, как в начале 2000-х гг. он познакомился с бывшем редактором газеты «Звезда» А.Г. Толчковым, который поведал ему о своей поездке с работником Ульяновского обкома партии Ф.Г. Гавриловым по предписанию Ульяновского обкома в 1967 г. в с. Высокий Колок и Зин-Овраг, где они встретились с родной теткой Александра Матросова – Марией Ивановной Дьяконовой (Матросовой), с родным дядей Николаем Ивановичем Матросовым, а также с двоюродным братом – Дмитрием Алексеевичем Матросовым. И те рассказали об обстоятельствах отправки малолетнего племянника в мелекесский детский дом, а двоюродный брат – о встрече с Александром по пути на фронт.
Встретив понимание и участие со стороны Нины Александровны, он с легким сердцем передал архив, который долгие годы по крупицам собирал Петр Кондратьевич, в ее руки.
На первый взгляд, эта пожилая женщина с мягким, уступчивым характером и теплым, приятным голосом казалась маленькой, хрупкой и беззащитной. Но это только на первый взгляд. Нина Александровна оказалась непререкаемым, стойким бойцом и смело встала на защиту светлого, святого имени Александра Матросова.
Она со свойственной ей ответственностью и упорством, невзирая на состояние своего здоровья, семейные трудности и горести, взялась проанализировать и обобщить все переданные ей документы, доказательства и свидетельские показания о месте рождения героя, о его матери, отце и ближайших родственниках.
Не обладая знаниями методик проведения исторических исследований, она в течение года скрупулезно изучила, обобщила и проанализировала все имеющиеся документы, сделала официальные запросы, на которые получила ответы из всех архивов Ульяновской, Самарской, Пензенской и Оренбургской областей, самостоятельно лично просмотрела архивы ЗАГС, всех детских домов, находившихся в 1940-х гг. в Ульяновской области, и все метрические книги Михайло-Архангельской церкви сел Высокий Колок и Новая Бесовка с 1871 г. по 1923 г. Нина Александровна, не считаясь с затратами, на свою маленькую пенсию провела несколько полевых поездок непосредственно в с. Высокий Колок, где встретилась с местными жителями и письменно задокументировала беседы с ними. Среди опрашиваемых были как предполагаемые родственники Матросова по боковым линиям, так и свидетели событий 1967 г. – приезда в с. Высокий Колок партийного обкомовского работника Ф.;Г. Гаврилова, в связи с развернувшимися тогда в селе мероприятиями по увековечиванию памяти героя, которые затем были свернуты строгими указаниями сверху и предупреждениями о наказании всех несогласных за «неуместные разговоры».
Исследования Н.А. Дубовик впечатляют и вложенным туда трудом. От них нельзя просто отмахнуться, потому что там задействованы десятки человек. Она собрала свидетельские показания с подписями людей и их фотографиями, и даже создала целое генеалогическое древо рода Матросовых с четким указанием, где там находится Саша, а где его родители и другие родственники рода.
И в результате проделанной колоссальной кропотливой работы были получены результаты, превзошедшие все ожидания. Оказалось, что Александр Матросов родился в ныне исчезнувшем селении Зин-Овраг, на территории современного Новомалыклинского района Ульяновской области, в деревне, где проживал его отец Матвей Иванович Матросов, и откуда его мама, находясь в безвыходном положении и приняв единственное верное решение – передать заботу о своем малолетнем ребенке государству, отвезла юного Матросова в ближайший детдом Мелекесса, который  был расположен всего в 37 км, а не через всю страну, из Днепропетровска или деревни Кунакбаево. (Подобный опыт среди родственников Матросовых уже был. Так, 23 сентября 1919 г. в семье чернорабочих пос. Зин-Овраг Ильи Николаевича и Евдокии Ивановны Матросовых родился сын Николай, который осенью 1922 г. в трехлетнем возрасте был передан ими в Мелекесский детский дом № 26.)
В 2016 г. Нина Александровна не просто написала объемную и добросовестную книгу «Все равно я буду человеком», где она продемонстрировала хорошее владение матросовской темой, но и выступила соавтором статьи в журнале «Вопросы истории» (№ 5, 2019 г., сс. 38-62) - «Александр Матросов: загадки биографии».
В книге использованы письма о Саше Матросове, фотографии и материалы Центрального архива МО РФ г. Подольск; Государственного архива новейшей истории Ульяновской области; Государственных архивов Оренбургской, Самарской, Смоленской областей; отделов ЗАГС Ульяновска, Новомалыклинского и Мелекесского районов; личного архива краеведа П.К. Ковальчука и его последователя В.В. Емельянова.
Нина Александровна Дубовик провела серьезную, глубокую реконструкцию родословной Матросовых. детально рассмотрела все версии рождения Матросова, а также научно доказала, что Александр Матросов и Шакирьян Мухамедьянов два разных человека.
За это время она настолько сблизилась с Сашей, что уже относилась к нему как к очень близкому и дорогому человеку, как к родному сыну, подвиг и жизнь которого прошли через ее душу и сердце, через переживания, через ее прозу и поэзию. В ее стихах, посвященных Матросову, звучат слезы и боль матери, безвременно потерявшей самого дорогого на свете человека, который в своей маленькой жизни так и не почувствовал материнского тепла и заботы.
Тираж книги «Все равно я буду человеком» был небольшим, всего 150 экз. И это на всю огромную Россию! Ну, нет таких средств у рядового пенсионера в нашей стране, хорошо еще частный издатель А.В. Качалин пошел навстречу. Не нашлось средств и у «бедных, вечно не доедающих», чиновников и бизнесменов Ульяновска и области на издание замечательной книги-исследования об их легендарном земляке. Они книг не читают, а все их помыслы и действия связаны лишь с материальной выгодой для себя и своей семьи. (И я абсолютно уверен, что большинство из них, а также их дети, которые учатся и живут за границей, понятия не имеют, кто такой Матросов и за что он отдал свою молодую жизнь.)
Лишь на просторах Интернета, где появилась эта книга, пробившись сквозь ложь и «грязь» башкирских «исследователей», все ищущие и желающие знать свою историю смогли прочитать эту бесценную книгу о русском герое Александре Матросове.
Оставалось только, чтобы высокое московское руководство Российского военно-исторического общества, Центрального музея Вооруженных сил, Центрального музея Великой Отечественной войны и других заинтересованных ведомств не только приняло все это к сведению и опять скромно промолчало, а возглавило работу по установлению истины в столь короткой и яркой жизни Саши Матросова. Но, к сожалению, этого не произошло.
Пока ульяновская версия места рождения нашего героя на протяжении десятилетий с трудом пробивала себе дорогу, агрессивная башкирская вела планомерное наступление на Москву, упорно продвигая и в центральной печати, и на каналах центрального телевидения свою неприкрытую лестью и ложью «правду» о герое. Хлебосольные и льстивые башкирские «баи» не жалели средств на подготовку и проведение ежегодных различных исторических конференций, симпозиумов и других мероприятий, на которые зачастили столичные гости, чиновники самых высоких рангов. Ведь посещение Уфы не обходилось без подарков, которые могли усластить и желания, и помыслы любого столичного гостя. Там неоднократно побывал и бывший министр культуры России господин В.Р. Мединский, который своим присутствием, волей-неволей, косвенно подтверждал возможность заменить русского, православного героя, на воина-мусульманина.
Так, постепенно, ничем не подкрепленная версия о вороватом сыне кунакбаевского пьянчуги стала навязываться всей стране и «заумные научные мужи» с научными титулами и степенями стали беззастенчиво писать об этом даже в современных энциклопедических изданиях.
В 2017 г. вышел последний 35-й том Большой российской энциклопедии, которая издавалась с 2004 г. по 2017 г. Ее выпуск осуществлялся при поддержке и на деньги Министерства культуры Российской Федерации. И на страницах этой энциклопедии «черным по белому» написано: «МАТРО;СОВ Александр Матвеевич (5.2.1924, Екатеринослав, ныне Днепропетровск, Украина – 27.2.1943, близ дер. Чернушки, ныне Псковская обл.), сов. воин, Герой Сов. Союза (1943, посм.), рядовой (1942). Существует гипотеза, что его наст. имя Мухамедьянов Шакирьян Юнусович и что он родился в дер. Кунакбаево Тамьян-Катайского кантона Башк. АССР (ныне Учалинский р-н Башкирии)».
И ни слова о подвиге…
Ну что тут можно добавить простому историку-краеведу. Еще раз убедился в правоте того, что официальная историческая наука по своей продажности перед власть имущими всегда была, есть и будет в тройке лидеров после политики и проституции. И это, уже не говоря о Татарской энциклопедии 2016 г., где «истинные исследователи» уже в утвердительной форме сообщали своим гражданам-читателям эту придуманную «на коленке» ложь.
Даже простому обывателю известно, что на территории «самостийной» Украины еще тридцать лет назад отказались от русского героя, закрыв все музеи, снеся все памятники и переименовав все улицы именами бандеровских мразей.
А слово «гипотеза» из Большой российской энциклопедии можно просто не заметить, пропустить или не обратить внимания очередным «борцам за правду» из Башкирии, Татарстана или из других русских городов. Как это сделала по «убедительной просьбе» и на деньги «башкирских друзей», а также при поддержке Министерства культуры и Министерства образования Оренбургской области московская кинокомпания «Док Стори Продакшн». Она в 2021 г. отсняла и выпустила в широкий прокат документальный фильм «Александр Матросов. Шагнувший в бессмертие», в котором героем является Шакирьян Мухамедьянов. Автор сценария А. Колин, режиссер А. Егорычев, научный консультант и один из создателей фильма Игорь Храмов. Все русские, православные.
Этот фильм уже показали в Оренбурге, Краснохолме, Платовке, Сургуте, в школах и на телевидении Башкортостана, Амурском и Забайкальском краеведческих музеях, Астраханском государственном музее-заповеднике. Инициатором и спонсором показа выступил все тот же Игорь Храмов, который был поддержан Фондом президентских грантов.
(Игорь Валентинович Храмов: член Союза журналистов, кандидат исторических наук, член Союза переводчиков России, Президент Оренбургского благотворительного фонда «Евразия», генеральный директор Оренбургского книжного издательства им. Г.П. Донковцева, Оренбургского туристическо-информационного центра, член международного общества Стефана Гейма. Автор и ведущий цикла телепередач, посвященных известным людям Оренбуржья. Инициатор открытия музея «Галерея выдающихся оренбуржцев». Предприниматель.)
Но в их фильме опять новая, неприкрытая ложь, потому что авторы утверждают, что «Министерство обороны Российской Федерации опубликовало ряд новых документов о подвиге Александра Матросова и вынесло окончательный вердикт: настоящее имя героя – Шакирьян Мухамедьянов».
Даже у директора кунакбаевского музея есть сомнение в этом, а вот предприниматель из Оренбурга не сомневается. И более того, по мнению Храмова: «Все отметили сильный эмоциональный посыл картины, современность подачи, динамичность, массу интересных фактов, отточенность формулировок». Ничего лишнего. Ни стыда, ни совести. Лишь поражает его циничность и насмешка над нами – русскими.
Но это не безобидная ложь, а гнусный и лживый фильм, который теперь распространяется на просторах Интернета. И мнения о нем далеко не однозначны. Так, журналист, писатель и краевед из Великих Лук Андрей Борисович Канавщиков, занимающийся более 20 лет исследованием жизни и подвига А. Матросова и написавший две объемные книги, последняя: «Когда подвиг и есть судьба. Александр Матросов. Правда, версии, вымыслы и реконструкции» (2024), изданная в Москве, утверждает, что этот «фильм нечестный, и даже вредный». А Александр Костицын в своей статье сообщает: «И хотя документальные подтверждения «кунакбаевской» версии отсутствуют, ее почему-то продолжают радостно тиражировать. Более того, ее апологеты время от времени придумывают и озвучивают новые и, порой, далеко не безобидные «доказательства…»
Да и новые исследователи из Башкирии не успокаиваются. Они не только всецело отстаивают версию Р.Х. Насырова, прикрываясь лозунгами патриотического воспитания нашей молодежи, но и наполняют Интернет новой ложью и новыми провокациями. Так, А.М. Багаутдинов, который во всеуслышание объявил, что является «новым, бескомпромиссным» исследователем жизни Александра Матросова, заявил: «Сегодня есть необходимость использовать его имя как военный бренд Башкортостана, как собирательный образ защитника Отечества…» И этот бред – считать имя русского героя Александра Матросова брендом, как будто это вовсе не человек со всеми недостатками, ошибками и слабостями, свойственными любому жителю нашей прекрасной планеты, а клеймо, товарный знак, торговая марка, «под улюлюканье и свист» быстро поддержали националисты Башкортостана и др. И ведь это не только по отношению к Александру Матросову, а и ко всем героям-«матросовцам», которых около 500 чел. Они, с нашего молчаливого согласия, пытаются присвоить себе авторское право на этот «бренд», а потом устроить торги, как на рынке, отплясывая свой национальный танец на светлом, святом, для каждого настоящего русского человека, имени.
И, самое обидное, что до сих пор весь народ Великой России, и особенно его молодое поколение, продолжают обманывать. Таких продажных ученых, писателей, журналистов, чиновников и бизнесменов в нашей стране будет еще много и не исключено, что эта ложь появится, если уже не появилась в школьных учебниках по истории государства Российского, ведь главным цензором в настоящее время является господин В.Р. Мединский, а журналисты Башкирии с уверенностью утверждают, что он поддержал их версию.
Вот поэтому Н.А. Дубовик, ее сподвижники в настоящее время продолжают свою битву за правду, ведут непрерывную переписку с музейными работниками, журналистами и писателями-«матросовцами» со всей необъятной России. В 2024 г. в свет вышла новая книга Нины Александровны «Александр Матросов. Снова бой», отпечатанная в частной типографии ИП Копыльцов П.И. в количестве 500 экз. и, наконец-то, при поддержке Губернатора и Правительства Ульяновской области. А сколько за эти годы было пролито слез, потрачено драгоценного здоровья, сколько дней проведено в реанимации на больничных койках. Но она сумела, выдержала, смогла пробить стену непонимания, равнодушия и нежелания даже выслушать от ульяновских чиновников, от власти и исторической науки. А это дорогого стоит и о многом говорит. По сути дела, защищая светлое имя Александра Матросова и «матросовцев», она повторила уже в наше время его подвиг, но свой – гражданский. И я убежден, что это оценит будущее поколение.
И только один из постоянно мелькающих на телеэкранах военных историков Алексей Валерьевич Исаев считает эту версию наиболее убедительной и подкрепленной документами.
К великому сожалению, тема башкирского происхождения Александра Матросова имеет небезобидное продолжение. Ведь почти полвека башкирские «баи» насаждали на Руси сказку о загадочном герое-мусульманине из «забытой аллахом деревушки». Но в последнее годы, когда сотни тысяч русских воинов-добровольцев отправились защищать нашу Родину от новой фашистской чумы, взращенной «нашими» заокеанскими и западноевропейскими «партнерами», наша жизнь обрела новые невиданные по своим размерам черты новой орды, стремительно ворвавшейся к нам из кишлаков Средней Азии и Кавказа и опирающейся на агрессивную злобную ветвь ислама – ваххабизм. Под видом поиска работы они на деньги английских и турецких спецслужб привезли в Россию свои многочисленные семьи и теперь собираются жить на нашей земле вместо нас, абсолютно позабыв, как в начале 1990-х гг. убивали, насиловали и изгоняли наших русских людей из своих республик. И здесь толерантность – терпимость к иному мировоззрению, образу жизни, поведению и обычаям, присущая во все века русским людям, просто неуместна. Ведь начиналось все со строительства в больших количествах на деньги турецких властей по всей территории наших православных областей и краев своих мечетей и молельных домов, а затем и с требований о ношении своей одежды и замене бесплатных продуктов питания для своих отпрысков в наших школах, потом о изменениях в банковской сфере, государственной системе здравоохранения, в спорте и на производствах. И эта толерантность и халялизация все больше поглощает Россию, искусственно разделяя живущих в нашей стране людей на правоверных и неверных, причем к неверным относимся все мы – жители России.
Теперь они могут в свой религиозный праздник спокойно перекрыть главные, центральные улицы столицы и пройтись многотысячной толпой, веселясь от вседозволенности и безропотности властей Москвы, остановить свою машину посреди дороги лишь для того, что ему одному пришло время совершить молитву прямо посреди дороги или в метро, или на остановке, да и в другом людном месте. А наши правоохранители спокойно на это смотрят, да еще и требуют защиты общества от этих «важных иностранных специалистов». Не говоря уже о том, что они стали проводить свои обряды с отрезанием головы живому животному-барану во дворах наших жилых домов, на детских площадках, на глазах у наших детей, тем самым запугивая их, что и с ними такое тоже может случиться. Ведь они приехали на нашу землю всерьез и надолго не работать, а жить вместо нас, привезли своих родителей, жен и многочисленных детей, которым в своих странах на протяжении десятилетий вдалбливали, что во всех их бедах виноваты русские, взращивая ненависть к нашему народу. И теперь эта многомиллионная орда, из которой работает всего 15-20 %, а остальные лишь пользуются благами нашего толерантного государства, старается навязать в наших городах, поселках и селах свои крайне агрессивные порядки и законы шариата. И это не только занятие своими большими семьями с агрессивными детками внутридомовых площадок для игры наших ребят, а еще и, ставшее уже повседневностью, насилие, грабежи и убийства беззащитных русских детей, стариков и женщин этническими бандами недорослей, называющих себя «шариатскими патрулями», лишь за внешний вид и другое вероисповедание. И им никто не мешает, и у них это вполне успешно получается. А ведь эта планомерная экстремистская деятельность направлена на развал нашей страны. И чем дальше подобное будет продолжаться, тем тяжелее все это будет остановить.
А мы все проявляем к ним терпимость и скорее арестуем и накажем своего, возмутившегося этим беспределом гражданина, чем привлечем к ответственности охамевшего чужестранца.
И теперь всем должно стать понятным, что для молодых людей из кишлаков и аулов воин-мусульманин, имя которого «украли» «неверные» русские, становится символом их очередной победы над всем чуждым их вероисповеданию. И, как ни странно, им потворствуют и потакают, поддерживают и продвигают их идеи наши продажные олигархи, бизнесмены, чиновники, депутаты, судьи и правоохранительные органы всех мастей и рангов, даже самых высоких. И метастазы этой страшной опухоли уже давно пронизали весь организм нашего государственного аппарата.
Опомнитесь, люди. Этот беспредел этнических банд и диаспор пора остановить, пока не стало слишком поздно. Ведь скоро эта «страшная опухоль», которую необходимо было удалить давно, благодаря толерантности и алчности власть имущих поглотит на ваших глазах всю Европу, а затем и нас. Ваших, не принявших их веру сыновей вырежут, а ваши дочери и внучки будут ходить в парандже и никабах, иметь столько свобод и прав, сколько им позволит их новый бай, и рожать новую нечисть.
Все это уже было в нашей истории много веков назад. И мы вновь и вновь повторяем те же ошибки предков, которые не сумели договориться между собой и совместно отразить нашествие этой чумы.
А чтобы доказать или опровергнуть ту или иную версию места рождения Александра Матросова, требуется самая малость – провести генетическую экспертизу, взяв образец из могилы героя в Великих Луках, и сравнить его с ДНК родственников Мухамедьяновых из деревни Кунакбаево или Матросовых из села Высокий Колок. Ведь нашлись же немалые средства у нашего государства провести такую экспертизу со всей семьей царя Николая II «Кровавого» для достижения исторической истины. Но, как ни странно, когда возник вопрос о возможности проведения генетической экспертизы, «родственники» из села Кунакбаево скромно от нее отказались.
Или чтобы Русская Православная Церковь и ее Святейший Патриарх встали на защиту своего мученика-героя, который без тени сомнений отдал свою молодую жизнь за нас с вами, за нашу веру, и признала Александра Матвеевича Матросова Великим святым – защитником земли Русской.
И это необходимо сделать именно сейчас, когда история повторяется, гибнут наши бойцы и командиры, защищая свою Родину в боях с новой коричневой чумой на полях сражений в ходе СВО. Справедливость должна восторжествовать, пока не появились новые журналистские «версии» в других республиках России и наш герой не стал каким-нибудь новым «Ибрагимом Ахмедовым». А то, что деньги найдутся на эти провокации, можно не сомневаться.
Ведь Петр Кондратьевич Ковальчук был абсолютно прав, когда писал: «У Героя должна быть одна малая родина, одна родословная и один род». И касается это не только Александра Матросова, а и сотен тех героев, которые совершили подобный подвиг. Ведь мы до сих пор не перестаем восхищаться высоте их духа, их воле и красоте их души.

Второй миф связан с его судимостями.
Еще в советское время, а тем более на волне вседозволенности 1990-х гг., любители исторических сенсаций доказывали читателю, что Матросов был вором, пьяницей, уголовником, штрафником и т.д. И первым в этом списке, как ни странно, оказался Павел Журба, который на страницах своей знаменитой книги превратил подростка Сашу Матросова сначала в беспризорника, «бродягу», «лодыря и грубияна», «дармоеда», потом в «бывшего уркагана». Затем слово в слово это же повторил и А.Г. Бикчентаев в своих книгах «Право на бессмертие» (1950) и «Орел умирает на лету» (1966). И невольно возникало ложное представление, что Александр Матросов из «бродяги» и «уркагана» вырос героем.
А потом эту мысль подхватили и газеты Западной Европы, начав печатать свои заказные статьи про уголовника – Героя Советского Союза Александра Матросова, подкрепляя свои домыслы фотографией из уголовного дела, отправленной еще в далеком 1943 г. начальником ДТК НКВД БАССР лейтенантом Госбезопасности Н.К. Ополевым в адрес начальника экспедиции знаков почтовой оплаты – уполномоченного Народного комиссариата связи СССР П.Д. Бойко. (Нашлись же «добрые» люди.)
И это, естественно, вызывало недоумение среди юных читателей страны. А многие учителя и комсомольские работники подвергали критике книгу П. Журбы, доказывая, что автор глубоко не изучил достоверные документы, помогающие проследить, как рос и воспитывался Саша в коллективе, как формировались в нем те высокие моральные качества пламенного советского патриота, идейно убежденного человека, которые со всей полнотой проявились в период тяжелых испытаний военного времени.
Эти утверждения очень сильно оскорбляли не только память о герое, но и тех людей, которые лично знали Александра по Ивановскому детскому дому, Уфимской детской трудовой колонии № 2, по службе в Краснохолмском военном пехотном училище и во 2-м отдельном стрелковом батальоне 91 осбр. Ведь чтобы оболгать человека, нужна лишь одна бумажка, а чтобы оправдать – требуется целое дело в несколько томов.
Ни один из авторов серьезных исследований жизни и подвига Александра Матросова в своих книгах не подтвердил этого. Наоборот, все, опираясь на многочисленные рассказы его товарищей, писали, что он ни разу не был замечен в воровстве, был честным человеком и сам боролся с этим явлением. И уголовником он не был, хотя и имел судимость. Это во всех своих воспоминаниях подтверждали его воспитатели и товарищи-друзья П.И. Макаренко, П.П. Резин, Ф.И. Хасанов, М.Г. Саулин и мн. др.
Много усилий и времени понадобилось, чтобы восстановить честное имя Героя Советского Союза Александра Матросова. Долгие месяцы лишения свободы из жизни не выбросишь, тем более что она у него оказалась такой короткой.
В 1960-е гг. вопросами судимостей Матросова занимался писатель И.И. Шкадаревич, который после выхода своей книги стал раздаривать музеям многочисленные копии ответов из Генеральной прокуратуры СССР о якобы снятии двух судимостей Саши, заверенных почему-то московским отделением общества «Знание», где тот работал, не публикуя и не показывая подлинники. И ему опять поверили. Но оказалось, что в Книге передвижения детей, которую ему показала директор Ивановского детского дома Р.И. Иванова, было указано, что на трудоустройство Сашу Матросова отправили в сентябре 1940 г., поэтому первой судимости в июле этого года у него быть не могло, что явно противоречило его повествованию. Поэтому И.И. Шкадаревич сделал все, чтобы после очередного посещения детского дома эта книга просто исчезла. В последующем, выступая в феврале 1973 г. на слете пионерских отрядов и дружин имени героя, проходившем в Ивановском детском доме, он проговорился о маме Александра Анне Николаевне, которую он «нашел» в документах о регистрации брака родителей Саши в ЗАГСе Новой Малыклы. Это и стало впоследствии доказательством окончательной подчистки подлинных документов в угоду издания его книги.
Но до сих пор во всех оставшихся музеях бережно хранятся эти привезенные Иваном Иосифовичем копии ответа из Генеральной прокуратуры СССР:
«В связи с Вашими письмами, в которых Вы просили Прокуратуру СССР проверить материалы дел, возбужденных в 1940 г. по обвинению Матросова Александра Матвеевича, Прокуратурой дела проверены.
А.М. Матросов не являлся правонарушителем, и обвинение ему было предъявлено необоснованно. В связи с этим прокуратура опротестовала оба приговора».
Н.А. Дубовик и ее единомышленники в ходе изучения материалов областной прокуратуры, областного суда и областного управления юстиции г. Самара (Куйбышев) не нашли хоть каких-либо материалов, свидетельствующих о наличии уголовного производства и судебного процесса в отношении А.М. Матросова. Учитывая его возраст и особенности судопроизводства, сведения о надзоре за следствием и судебным разбирательством в отношении несовершеннолетнего отложились бы в отчетных материалах указанных выше служб, но этого выявлено не было. Согласно ответу Самарского областного суда уголовного дела по осуждению А.М. Матросова не обнаружено. Не вызывает сомнений и тот факт, что на положительный ответ не повлияло бы даже уничтожение уголовного дела за давностью лет, так как информация о нем была бы обозначена в акте на уничтожение, который хранится вечно. Следовательно, сам факт совершения А.М. Матросовым уголовно наказуемого деяния летом 1940 г. является вымыслом, так как не подтверждается никакими документами.
Прокуратура РФ провела расследование всех обстоятельств так называемых «дел» Матросова и установила, что в 1940 г. подросток А. Матросов совершенно необоснованно привлекался к ответственности и никаких преступлений он не совершал. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ полностью реабилитировала Матросова от необоснованных обвинений, возведенных на него в прошлом, и отменила приговор, вынесенный Александру Матросову по делу о нарушении паспортного режима, в связи с которым он оказался в уфимской колонии.
Косвенным доказательством, что Саша Матросов не был уголовником и пропащим для общества человеком, служит и то, что его приняли в ряды комсомола спустя всего два месяца после освобождения из колонии, а просто так, в связи с наступлением 14-летнего возраста, в сталинский комсомол не принимали.
А Шакирьян Мухамедьянов, по воспоминаниям его односельчан, воровал чуть ли не с пеленок и тем жил.

Третий миф связан с датой смерти Александра Матросова.
На протяжении более 40 лет советским людям со страниц всех художественных книг, газет и журналов говорили о том, что А.М. Матросов совершил свой подвиг 23 февраля 1943 г., в канун празднования 25-й годовщины создания РККА. И эту дату подтверждали в своих воспоминаниях практически все свидетели его подвига и документы, в том числе и подлинные, – 19-го гвардейского стрелкового корпуса, написанные уже после выхода в свет знаменитого приказа № 269 Народного Комиссара Обороны И.В. Сталина.
(Почему так произошло, я уже писал. Удивляет лишь одно: почему в архивах МО еще в тот период не заменили наградной лист и другие документы или просто уничтожили «за ненадобностью», как это делается до сих пор, когда наиболее важные страницы боевых документов того периода просто не выставляются на сайтах МО РФ для всеобщего изучения, хотя они есть и этому свидетельствуют приводимые в доказательство выписки, выданные родственникам погибших под Чернушкой героев.)
В начале 2000-х гг. МО РФ постепенно стало снимать гриф секретности и опубликовывать в широкой печати, в том числе и в Интернете, подлинные документы того периода войны, когда еще не было ни героя, ни его посмертного увековечения в приказе и печати с присвоением имени Александра Матросова 254-му гвардейскому стрелковому полку 56-й гвардейской стрелковой дивизии. Из множества опубликованных подлинных документов стало ясно, что 23 февраля 1943 г. наш герой еще был жив, бодр и весел, а свой подвиг совершил через четыре дня, 27 февраля 1943 г.
И эта дата не подвергалась сомнению ни у кого, пока в 2021 г. издательский центр Башкирского государственного университета не опубликовал монографию, «новое, сенсационное расследование», своего доцента кафедры философии и политологии, кандидата философских наук А.М. Багаутдинова с сыном-студентом «Подвиг Александра Матросова: анализ советских и немецких документов», в котором они, ссылаясь на рассекреченные немецкие документы и наградной лист Матросова, утверждали, что свой подвиг наш герой совершил 25 февраля 1943 г.
Не скрою, что перевод немецких боевых документов с помощью искусственного интеллекта или, в лучшем случае, непрофессионального переводчика мне, как военному человеку, окончившему Военную академию им. М.В. Фрунзе и знакомому с основами военного перевода, резал слух. Но, тем не менее, такая работа была проведена впервые за более чем 75 лет и помогла закрыть те «белые пятна» в моей предыдущей работе, которые вначале вызывали сомнения и непонимание, а потому просто упускались на страницах моего очерка «Дорога в бессмертие. Александр Матросов» (2021). И я благодарен авторам за их работу. Но, к сожалению, философ А.М. Багаутдинов, не проанализировав и хорошо не разобравшись в полученных сведениях, сделал неверный вывод, при этом ссылаясь в первую очередь на наградной лист Александра Матвеевича Матросова, в котором четко указано, что с 25 февраля 1943 г. красноармеец Матросов принял участие в боях с немецко-фашистскими захватчиками в составе Калининского фронта. И это абсолютная правда, которая подтверждена всеми журналами и приказами того периода. 2-й стрелковый батальон 91-й бригады действительно впервые атаковал передний край обороны противника в д. Черное в полдень 25 февраля 1943 г. без поддержки огня своей артиллерии и авиации. Но немцы были готовы и открыли ураганный огонь из всех видов оружия, поэтому этот день стал днем первого кровавого, боевого «крещения» новобранцев 91 осбр. Появились первые раненые, которые кричали, стонали и орали от нестерпимой боли и страха неминуемой, как им казалось, смерти. Роты залегли, а потом отошли на исходные позиции. Рота автоматчиков 2-го батальона в этой атаке участия не принимала, да и комсомолец Матросов исполнял тогда обязанности внештатного ординарца заместителя командира 2-го батальона по политической части капитана В.Н. Климовского. И тем более, что об этом нет ни слова в рассекреченных немецких документах.
Изучая по этой монографии немецкие боевые документы, я вначале даже не обратил внимания на неправильные выводы, сделанные авторами, посчитав их поспешной ошибкой. Но я ошибался, так как это была настоящая провокация, предпринятая на страницах небольшой монографии уфимских исследователей с целью привлечения затухающего внимания читателей к башкирской версии рождения нашего героя и создания при этом ненужной и неуместной шумихи в печати и средствах массовой информации. И это отчасти у доцента Уфимского университета науки и технологий А.М. Багаутдинова получилось, ведь его поддержал, как ни странно, журналист, писатель-источниковед и краевед из Великих Лук А.Б. Канавщиков.
Вначале Андрей Борисович прислал мне свою статью из газеты «Великолукская правда», где он работает заместителем главного редактора, в которой версия с датой смерти Саши Матросова совпадала с версией А.М. Багаутдинова. Не скрою, это меня не только расстроило, но и возмутило, потому что до этого я считал А.Б. Канавщикова вполне адекватным исследователем жизни и подвига героя. Я ему ответил. Но каково было мое удивление, когда, прочитав в Интернете его книгу «Когда подвиг и есть судьба» (2024), на ее страницах обнаружил нашу переписку. Андрей Борисович писал:
«Когда Н.А. Шкарлат узнал, что я ставлю под сомнение дату «27 февраля 1943 г.», он почти возмутился: «Честно говоря, я не мог даже подумать, что Вы меня можете удивить. Я насчет даты гибели Александра. Я же Вам писал, что хорошо разбираюсь в тактической обстановке, меня этому учили, да и я сам учил, и не один год. И Вам писал, что перед тем, как написать о ходе боевых действий 91 осбр, я по дням составил на реальной карте обр. 1941 г. порядок действий батальонов бригады в эти дни с 24.02 по 3.03.1943 г. Я мысленно вместе с 2 осб прошел этот путь. И не только потому, что умею читать топографическую и рабочую карту и вижу многое на ней, что остальным кажется непонятным или мелочью, но и потому, что сам рядовым служил в пехоте, а потом командовал развернутыми стрелковыми подразделениями в различной обстановке, в том числе и зимой, и на незнакомой местности. И абсолютно убежден, что другого мнения быть не может – Александр Матросов погиб 27 февраля 1943 г.»
Это письмо оскорбило столь знаменитую личность из Великих Лук, но он не знал, что это был уже третий вариант моего ответа ему, потому что, служа в многострадальной пехоте срочную службу и офицером, я обладаю непередаваемым набором слов «на латыни», которые в тот момент написал и хотел ему отправить. Но, немного отдышавшись, только на третий день смог написать то, что он выложил в своей книге.
Что же, «и на старуху бывает проруха».
Дата нахождения красноармейца Матросова на Калининском фронте (25 февраля) четко прописана в наградном листе, а дата гибели 27 февраля 1943 г. основана на документах ЦАМО, РГАСПИ и других архивов. И это не подлежит даже сомнению.
Так что провокация кандидата философских наук, доцента Айрата Маратовича Багаутдинова вряд ли будет иметь продолжение, так как я, как автор книги «Красноармеец Александр Матросов. Битва за правду», постарался на основании подлинных архивных документов Великой Отечественной войны, выложенных на сайтах Министерства обороны РФ, изложить практически по дням все события, которые происходили в боях под маленькой, затерянной среди болот Псковщины деревенькой Чернушка.
Река жизни быстротечна, ее воды рано или поздно все расставят на свои места, ведь правда непобедима. И я абсолютно уверен, что истина и историческая справедливость будут восстановлены.

И последнее. Общеизвестно, что Александр Матросов не был первым, кто своей грудью закрыл огневую точку противника. Еще до событий под деревней Чернушка подобный подвиг совершили 98 бойцов и командиров Красной Армии. Среди них старшина 7-й роты 849 сп М.П. Абызов, командир взвода 1 ср 796 сп лейтенант М.К. Бовкун и красноармеец 2-й роты 796 сп рядовой Г.С. Вавилов, которые совершили подобный подвиг еще в июле 1942 г. на улицах Воронежа.
В 2018 г. Департамент информации и массовых коммуникаций МО РФ писал: «В Центральном архиве Минобороны России проведена кропотливая работа по выявлению сведений о военнослужащих, совершивших подвиг, аналогичный подвигу Александра Матросова. Сотрудники архива по крупицам собрали информацию о 500 героях из многочисленных разрозненных документов периода Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Данная информация сведена в сборник и в ближайшее время будет опубликована». (К сожалению, данный сборник пока не опубликован в открытой печати.)
И первым в этом скорбном списке стал младший политрук танковой роты 125 тп 28 тд Александр Константинович Панкратов, который 24 августа 1941 г. бросился на вражеский пулемет под Новгородом в бою за Кириллов монастырь. А последними были бойцы Петропавловской военно-морской базы Тихоокеанского флота боцман плавбазы «Север» старшина I статьи Николай Александрович Вилков и рулевой сторожевого катера «СК-253»  6-го дивизиона сторожевых кораблей краснофлотец Петр Иванович Ильичев, закрывшие своими телами амбразуры японского дзота 18 августа 1945 г. при освобождении северокурильского острова Шумшу.
Подвиг Александра Матросова – высшая точка его короткой жизни, и независимо от того, когда он был совершен, мы называем всех этих героев «матросовцами», отчетливо понимая, какова была цена их самоотверженности. Имя Александра Матросова стало олицетворением бессмертного подвига, символом мужества и героизма советского солдата в годы Великой Отечественной войны, а его подвиг – ярким примером патриотизма и любви к своей Родине для всех поколений нашей страны.
О Саше Матросове писали и вспоминали многие его однополчане, но, не сговариваясь, они были едины в одном, что видели и знали великого человека. Сами герои, они склоняли головы перед его подвигом, видя в нем первого среди равных.
И абсолютно прав был военный корреспондент, прозаик и поэт Михаил Александрович Дудин, когда написал: «…Его подвиг свят и благороден. Саша Матросов не погиб. Он до сих пор, подвигом своим прикрывая мир и саму жизнь, стоит на перекрестке Истории и говорит фашизму: Нет! Его кровь и дыхание, его взгляд и воля – как часовые на страже времени и жизни».

Битва за правду продолжается…