Сибирская многоножка

Что такое Сибирь? Привычное слово. Я живу в Сибири, не задумываясь о ней. Сибирь многолика и сегодня речь пойдет только о Байкальской Сибири. Да, есть и такая, как есть Сибирь алтайская и уральская. Что это такое нам поведает  маленький папоротник, растущий в трещине на окраине курума в  заповедном местечке Бердские Скалы. Это сибирская многоножка.

Трудно сказать, почему она многоножка. Может, потому что ее листовые пластинки разделены на доли, похожими  на стопу человека. Листовые пластинки,  как и положено вечнозеленым растениям, толстые, жесткие и блестящие. Такое растение не боится засухи и может жить в высокогорных степях, именно там их родина. Байкальская Сибирь горная страна. Озеро Байкал в ее центре,  а кто же не стремится попасть в этот благословенный край? Первым из ученых там побывал Иоганн Гмелин. Он первым и удивился, что многоножки Сибири похожи на европейские, изученные еще Карлом Линнеем. Но такова Сибирь. Она беззащитна от Европы до дальнего Востока. И люди и растения могут путешествовать  по ней свободно.  Нет таких растений, что живут только в Сибири, но конечно,  есть некоторые отличия, приобретенные за тысячемильный путь по южным степям. Сибирская многоножка  все-таки отличается от  европейской,  и недавно ботаник Спиливинский выделил ее в особый вид, схожий с американскими многоножками.
Разумеется, понять, что такое Сибирь невозможно из иллюминатора самолета, из окна вагона или из автомобиля. Никакое одно растение, даже многоножка,  вам этого не подскажет. Нужно немного побыть в сибирском сообществе, что я и сделал как-то майским днем в памятнике природы «Бердские скалы». Шел нудный мелкий дождик, дождик это хорошо, его любят все папоротники. Уже на опушке леса нас встретило море первоцветов. Яркие краски весны нас не впечатлили. Дорога с баннерами поднималась в сосновом бору все выше и выше и застыла на верхней точке, где туристы могут насладиться самой  красивой панорамой  Новосибирской области. Закрытый пейзаж. Скалы, дымка и река, но это не Сибирь. Нужно спуститься по тропе вниз, к самому берегу Берди, а потом подниматься по куруму, каменной реке из черных диабазов. Такой камнепад и на Алтае редко увидишь.  По бокам курума скалы, а в скалах глубокие трещины, полные доледниковых мхов, и в них  крошечные папоротники:  костенец, вудсия и … многоножки. Это не просто фотография папоротника, это фотография Сибири.   Такие же трещины наблюдал в прошлом веке ботаник  Владимир Сипливинский на гольце в Забайкалье. Через несколько лет там открыли Хондинский заповедник, а молодой ботаник стал одним из лучших специалистов по папоротникам. Свой гербарий он отослал в Ленинград и стал автором нового вида, многоножки сибирской. Возвращались мы с Бердских скал, как будто побывав в Байкальской Сибири.

Есть что-то таинственное в Байкальской Сибири. После Гмелина там побывали все выдающиеся исследователи, начиная с Палласа, побывали там  с научными целями, хотя их никто не просил, и ссыльные поселенцы, ведь Сибирь это место ссылки. Главный ботаник Сибири Порфирий Крылов всю жизнь стремился в Забайкалье, а потом и его ученица Сергиевская, хотя возле Томска и сегодня остались райские уголки, без которых вы не поймете, что такое Сибирь.  Попав на Байкал, увидев многоножку,  вы, может быть,  поймете,  и что такое горная степь,  ее прошлое настоящее и будущее. А может, это можно понять и в Альпах? Удачи