О уж это - ся

Что делать с этим несчастным «ся»? Языковеды, будь они неладны, называют его даже не частицей, а каким;то непостижимым нормальному человеческому уху словом «постфикс». Никаких вопросов нет, если вы скажете только «Вася», «Ася», «Олеся». Но вот если придёт на ум «убирайся» (в смысле выметайся отсюда или «убирай» (в смысле «возьми тряпку и засучи рукава»), то тут дело совсем другое. Куда мы катимся? Оказывается, уже скатились. Без всяких «ся» — к полной неразберихе или незнанию простейших, как табуретка (для кого и «тубаретка» сойдёт), правил русского языка.

А ведь «-ся» — настоящий хамелеон! Стоит ему пристроиться к глаголу, и смысл слова тут же переворачивается с ног на голову. Вот, скажем, «целовать» и «целоваться»: в первом случае вы активно одариваете кого;то лаской, а во втором — участвуете в обоюдном процессе. Или «мыть» и «мыться»: одно — про заботу о ближнем, другое — про личную гигиену.

И ладно бы «-ся» всегда действовало по чёткому плану! Но нет — оно то показывает, что действие направлено на самого себя («одеваться»), то намекает на взаимность («обниматься»), а то и вовсе превращает глагол в нечто самопроизвольное («сломалось»). Порой кажется, будто «-ся» играет с нами в прятки: то спрячется так, что без словаря не разберёшь, то выскочит там, где его совсем не ждёшь.

Вот, к примеру, попробуйте объяснить иностранцу, почему «учить» — это про передачу знаний, а «учиться» — про их получение. Или почему «радовать» можно кого;то, а «радоваться» — только самому себе. А уж если затронуть глаголы, которые без «-ся» вообще не живут («смеяться», «бояться», «нравиться»), тут и вовсе голова пойдёт кругом.

Но не будем слишком строги к этому хитрецу. Ведь именно благодаря «-ся» наш язык обретает ту самую гибкость, за которую его и любят. Оно позволяет:
– сократить фразу («умывать себя» ; «умываться»);
– показать взаимность действий («они обнимают друг друга» ; «они обнимаются»);
– описать процессы, происходящие «сами по себе» («дверь закрылась» вместо «кто;то закрыл дверь»).

Так как же не запутаться в этих языковых сетях? Есть простой лайфхак: попробуйте мысленно подставить слово «себя» или «друг друга». Если подходит — смело добавляйте «-ся». Если нет — оставьте глагол в покое. А если глагол без «-ся» просто не существует (как «смеяться»), тут уж придётся запомнить — такова воля русского языка!

А теперь — барабанная дробь! — поговорим о самых забавных «творческих интерпретациях» нашего любимого постфикса. Знаете, какие перлы порой вылетают из уст даже вполне образованных людей? «Я убиралася!», «Я училася!», «Я играюся!» Звучит как диалог из параллельной языковой вселенной, правда?

Давайте разберём эти шедевры народного словотворчества с улыбкой:

 «Убиралася» — будто героиня не просто прибралась, а устроила целый ритуал самоочищения с бубном и заклинаниями. На деле же достаточно скромного «убиралась».
 «Училася» — звучит так, словно знания сами прилипали к героине без её участия. Но нет, училась она вполне осознанно — и правильно говорить «училась».
«Играюся» — словно говорящий не просто играет, а торжественно посвящает себя игре, как в древнем обряде. А на самом деле — просто «играю», без лишних церемоний.

В чём же секрет? Всё просто:
 если после глагола идёт гласный звук — берём «-сь» («умылась», «одеваюсь»);
если согласный — тогда уж «-ся» («моется», «одеваются»).

Так что не стоит наделять «-ся» сверхспособностями! Пусть оно скромно занимает своё место в языке — и не пытается захватить те позиции, которые ему не принадлежат. В конце концов, даже у самого озорного постфикса должны быть границы! А мы, вооружившись этим знанием, можем спокойно играть с языком — но уже по правилам, а не наугад.