0296. Явления Матери Божией Марии

Когда Михаил Васильевич Мантуров заболел злокачественной лихорадкой и эта болезнь была к смерти, отец Серафим Саровский призвал к себе Елену Васильевну и сказал ей: "Ты всегда меня слушала, радость моя, и вот теперь хочу я тебе дать одно послушание. Исполнишь ли его, матушка?" - Я всегда вас слушала, - ответила она, - и всегда готова вас слушать! - Вот, видишь ли, матушка, - продолжал старец, - Михаил Васильевич, братец - то твой, болен у нас и пришло время ему умирать и умереть надо ему, матушка, а он мне ещё нужен для обители - то нашей, для сирот - то. Так вот и послушание тебе: умри ты за Михаила - то Васильевича, матушка! - Благословите, батюшка! - ответила Елена Васильевна смиренно и как будто спокойно. Отец Серафим после этого долго - долго беседовал с ней, услаждая её сердце и касаясь вопроса смерти и Будущей Вечной Жизни. Елена Васильевна молча всё слушала, но вдруг смутилась и произнесла: "Батюшка! Я боюсь смерти!" - Что нам с тобой бояться смерти, радость моя! - ответил отец Серафим, - для нас с тобою будет лишь Вечная Радость! Вернувшись домой, она заболела, слегла в постель и сказала: "Теперь уже я более не встану!" Однажды, изменившись в лице, она радостно воскликнула: "Святая Игумения! Матушка, обитель - то нашу не оставь!" Во время своей последней исповеди умирающая поведала, какого видения и откровений она была раз удостоена. - Я не должна была ранее рассказывать это, - объяснила Елена Васильевна, - а теперь уже могу! В храме я увидела в раскрытых Царских Дверях Величественную Царицу Неизреченной Красоты, Которая, призывая меня Ручкой, сказала: "Следуй за Мной и смотри, что покажу тебе!" Мы вошли во Дворец, описать Красоту Его при полном желании не могу вам, батюшка! Весь он был из прозрачного Хрусталя и Двери, Замки, Ручки и отделка - из Чистейшего Золота. От Сияния и Блеска трудно было смотреть на Него, Он весь как бы Горел. Только подошли мы к Дверям, Они сами собой Отворились и мы вошли как бы в бесконечный коридор, по обеим сторонам которого были все запертые Двери. Приблизясь к первым Дверям, которые тоже при этом сами собой Раскрылись, я увидела огромный зал, в нём были столы, кресла и всё это Горело от неизъяснимых украшений. Он наполнялся сановниками и необыкновенной красоты юношами, которые сидели. Когда мы вошли, все молча встали и поклонились в пояс Царице. - Вот, смотри, - сказала Она, указывая на всех Рукой, - это Мои Благочестивые Купцы. Следующий зал был ещё большей Красоты, весь он казался залитым Светом! Он был наполнен одними молодыми девушками, одна другой лучше, одетыми в платья необычайной Светлости и с блестящими Венцами на головах. Венцы эти различались видом, и на некоторых было надето по два и по три. Девушки сидели, но при нашем появлении все встали молча, поклонились Царице в пояс. - Осмотри их хорошенько, хороши ли они и нравятся ли тебе, - сказала Она мне Милостиво. Я стала рассматривать указанную мне одну сторону зала, и что же, вдруг вижу, что одна из девиц, батюшка, ужасно похожа на меня! Говоря это, Елена Васильевна смутилась, остановилась, но потом продолжала. Эта девица, улыбнувшись, погрозилась на меня! Потом, по указанию Царицы, я начала рассматривать другую сторону зала и увидела на одной из девушек такой красоты венец, такой красоты, что я даже позавидовала! - проговорила Елена Васильевна вздохнув. И всё это, батюшка, были наши Сёстры, прежде меня бывшие в обители, и теперь ещё живые, и будущие! Но называть их не могу, ибо не велено мне говорить. Выйдя из этого зала, Двери которого за нами сами же затворились, подошли мы к третьему входу и очутились снова в зале несравненно менее светлом, в котором также были все наши же Сёстры, как и во втором, бывшие, настоящие и будущие, тоже в венцах, но не столь блестящих и называть их мне не приказано. Затем мы перешли в четвёртый зал, почти полумрачный, наполненный всё также Сёстрами, настоящими и будущими, которые или сидели, или лежали, иные были скорчены болезнью и без всяких венцов со страшно унылыми лицами, и на всём, и на всех лежала как бы печать болезни и невыразимой скорби. - А это нерадивые! - сказала мне Царица, указывая на них, - вот они и девицы, а от своего нерадения никогда не могут уже радоваться!

Источник: Дивеевский монастырь

Фото: Преподобная Елена Дивеевская