Давняя обида

          Продавая на рынке овощи с огорода, бабушка однажды поссорилась из-за места за прилавком с торговцем-армянином. Крупный мужчина в сетчатой майке поверх поросшего тёмными волосами мускулистого торса бесцеремонно отодвинул её весы в сторону, и пожилая женщина, не сумев отвоевать потерянное место, ушла на другой край торгового ряда. Бабушка часто вспоминала этот случай, живописно рассказывая, как здоровущий, весь в шерсти; «ерменин» выпихнул её с прилавка, за которым она всегда торговала.

          Летом я приехал к ней в отпуск, и мы вышли за ворота, чтобы посидеть на лавочке. Бабушка рассказывает местные новости, сетует, что в посёлке много разных людей поселилось, в том числе нерусских. С моим суждением, что ничего плохого в этом нет, не соглашается, а когда я привожу в пример её сына, который женат на осетинке, заявляет:

          – Зарету люблю, еситины люди неплохие, сроду не слышала, чтобы они кого-нибудь с рынка, как меня в тот раз, выгнали. – Помолчав, продолжила: – Утром только на минутку в окно выглянула, сразу два «ерминина» увидела – на озеро шли купаться.

          Во время разговора к автобусной остановке подъехал рейсовый автобус. Из него вышли пассажиры. Среди них трое темнокожих спортсменов-кубинцев – участники проходящих в городе соревнований по плаванию, о чём мне было известно из газет, и свидетельствовали надписи на их футболках. Увидев гостей далёкой страны, бабушка нагнулась ко мне и вполголоса проговорила:

          – Смотри, ещё три «ерменина» приехало, это чё же им дома то не живётся!