Необычные встречи

      Коктебель -это место удивительных встреч.  Набережная — курортный вариант московского Арбата. Здесь в советское время  да и сейчас в небольшом уютном садике  рядом с домом Волошина на импровизированной сцене  люди читали свои  произведения. В коктебельский  Дом творчества Союза писателей Литфонда приезжали отдыхать и известные артисты,  и дикторы телевидения и многие  другие представители   интеллигенции. Вечером они собирались  в своем литературном кафе на набережной и проводили незабываемые  встречи и литературные вечера.
  Небольшая площадь возле дома Волошина была художественным салоном  под небом - здесь на продажу художники выставляли  свои картины, ювелирные мастера свои изделия и мы , когда приезжали на небольшой отпуск в две недели , выставляли свои бисерные изделия . Это давало нам возможность отдохнуть и оплатить свой отпуск на море. В один из особо удачных годов мы не только оплатили свой отпуск, но даже заработали на  чудесную -швейную машину Хускварна, которая еще и вышивала  различными узорами и стоила  тогда  невероятные 700 долларов, что по тем деньгам было очень внушительной суммой. Это было очень удачное и крайне необходимое  приобретение. Муж, будучи сыном портнихи, прекрасно шил  и повторить любое увиденное платье для него не составляло большого труда, что было прекрасным подспорьем нашему небольшому бюджету.
    Каждый вечер, взяв с собой  небольшую витрину , обтянутою синим бархатом, мы приходили на набережную где  проводили в общении четыре часа. Продавали  разные бисерные воротнички, которые пользовались наибольшим спросом, длинные узорчатые черно-белые герданы, гривны, расшитые речным жемчугом и гранатами , которые мы плели вместе с дочерью  зимой, и бисерные картины, сотканные на станке. Знали нас как московских художников -бисерников.  Продажа давала нам возможность проводить свои отпуска на море не один год. Покупатели у нас всегда были. И среди них  немало интересных людей,попадались даже иностранцы . Там мы познакомились с модельером Рафом Сардаровым, который в то время вел передачу на телевидении, что-то на подобии нашего сегодняшнего Модного приговора. Узнав, что в Москве я преподавала в  выставочном зале курс бисероплетения и вышивки бисером и посмотрев на наши работы,  он пригласил меня поработать  , вышивать и ремонтировать костюмы для показов мод,  на что  я с удовольствием  и согласилась. В нашем выставочном зале потом состоялись показы мод. Однажды мне довелось присутствовать на кастинге маникеншиц. Помещение было довольно прохладным , я сидела в теплом пальто и сапогах, девочки же должны были раздеваться до нижнего белья. Одна, дрожа,  тихо сказала: очень холодно,очень мерзнут ноги.
- Подстели газету - ответил он. Это отношение к людям меня поразило
У меня до сих пор сохранились фотографии с показов мод высоких стройных манекенщиц в раскошных, расшитых бисером платьях.
       Однажды на набережной к нам подошла большая семья - женщина, мужчина и пятеро детей. Наши работы  их очень заинтересовали. Женщина долго примеряла разные изделия , выбрала воротничок , мы разговорились,  понравились друг другу и нам захотелось продолжить знакомство. Они пригласили нас  в гости. Это оказалась семья известного священника из села Никольское отца Ильи и матушки Надежды.  Я подарила матушке один из своих воротничков. Так вместе мы провели весь свой отпуск — купались, загорали,  не раз ходили обедать в уютное кафе, которое нам показала матушка. Дружба наша продолжилась и в Москве, и затянулась на долгие годы. Уезжая, матушка Надежда  пригласила нас в свой дом в селе Никольском. Это было уникальное предложение попасть в дом православного священника. Участок их был достаточно большой и располагался на холме рядом с разрушенной церковью Николая Чудотворца, которую   батюшка восстанавливал из руин. Наполовину разрушенная ,с зияющими окнами и отсутствием дверей,  с обвалившейся колокольней , казалось, что храм восстановить невозможно , и он доживает свои последние дни. Но воистину Божьим промыслам и силам человеческим нет предела  - батюшка взялся за это нелегкое дело.  Сначала была выстроена небольшая деревянная церквушка, где батюшка проводил ежедневные службы и обряды, постепенно восстанавливая  старую церковь. Когда мы приезжали Матушка нас всегда радушно принимала . Отец Илья  с мужем вели беседы о восстановлении церкви. Батюшка консультировался ,как  лучше восстановить коммуникации для обогрева церкви и ее электрифицировать. Наступали холодные времена. Советы мужа - профессионального инженера - ему очень помогали. В голодных девяностых мы с мужем подрабатывали  консультациями по строительству коттеджей , дренажным работам, строительству бассейнов  и ландшафтному дизайну. Довелось ему строительством и руководить , а также   представлять интересы заказчика на Рублевке и в Истре .   Это дало ему богатый опыт строительства ,чего очень не хватало отцу Илье для восстановления церкви. Батюшке приходилось  трудно — надо было кормить большую семью, поддерживать детский дом ,  восстанавливать церковь святого Николая Чудотворца. Денег у прихожан было мало и всё время приходилось искать спонсоров и богатых бизнесменов. Они находились, но все равно денег было в обрез .               

      Церковь медленно восстанавливалась из руин. Уже были построены  купол, подремонтированы стены, вставлены двери и окна, и сооружен алтарь. Иконы в основном бумажные.  Вся церковь внутри была в строительных лесах, стены не оштукатурены.
  Раньше приход у батюшки был на Рублевке, но видно кому-то он не угодил или понадобилась земля, и однажды с матушкой и детьми придя со службы они увидели,  что их дом дотла сгорел,. Это было глубокое потрясение. Всё приходилось начинать сначала. Ютились где придется.  Потом  на пепелище была найдена нетронутая огнем икона богоматери и чудом сохранившаяся картина дома с садом, вышитая матушкой, как предвестник будущего жилища. Оставшись без всего с пятью малыми детьми, они пережили тяжелые времена, пока  им не был выделен участок в селе Никольском  под строительство дома.
Когда мы познакомились, семья уже обустроилась в новом доме. Руками матушки и старшей дочери всё было ухожено, уютно и радовало глаз.    Вся семья принимала участие — матушка и дети пели в церковном хоре, подавали отцу Илье церковные предметы и свечи во время службы.  В семье царила удивительная любовь и понимание. Мы часто приезжали с мужем к матушке. Я всегда просила ее поиграть на фортепьяно, что она с великим удовольствием делала. Классическая музыка разливалась по всему дому, убаюкивала и расслабляла. У нас возникла какая-то неуловимая тонкая связь с матушкой  и радость от общения друг с другом. Уезжали всегда с теплом в душе  и небольшими подарками. Широкий шарф из мохеровых клубочков  разного цвета, связанный её руками, согревает меня до сих пор.
     Отец Илья был известен в духовных кругах и вел церковные передачи по телевидению .   Много лет мы приезжали из Москвы в рождественскую ночь на службу в Никольскую церковь. Приезжали  часа за два до службы. Матушка нас приглашала в дом как дорогих гостей и потом мы все вместе шли в церковь. Часто служба проходила в рождественские морозы, в церкви шел пар изо рта, но в ней всегда было много людей, которые приезжали из Москвы поддержать отца Илью. Подаренная нами  железная печка с трудом согревала храм, спасала от мороза , но согреть такую большую церковь не могла. Служба длилась до трех ночи, потом прихожане причащались ,   быстро расставляли столы прямо под строительными лесами, грели самовары с чаем, накрывали пироги, соленья, кто что принес , и отмечали все вместе Рождество Христово. В украшенной матушкой и детьми церкви все было душевно и тепло, несмотря на прохладную атмосферу внутри.  Эти ночи были волшебными и вызывали какой-то особенный трепет. Сначала мы ехали  час в дороге под летящими хлопьями белого снега. Потом был прием в доме у матушки и подготовка к Рождеству , и сама праздничная служба. Так много лет мы приезжали на Рождество в Никольское. Церковь с каждым годом становилась всё краше и краше ,  леса убрались, появился настоящий алтарь и иконы, внутреннее убранство потихоньку стало приобретать привычный церковный вид. Невозможно поверить, что из таких развалин можно возродить чудо, наверное, сам Николай Чудотворец помогал.
     В один из приездов матушка подарила мне на Рождество большую картину из бересты с храмом и идущими к нему прихожанами,. а отец Илья икону Троица. Потом были сложные годы, смена работы и работы по ночам. На  Рождество ударили  тридцатиградусные морозы, машина не завелась, и мы остались дома.  Потом  стали приезжать все реже и реже., жизнь закружила в водовороте ,  в какой-то момент общение прекратилось и связь оборвалась. Но духовный подвиг русского батюшки и его семьи по восстановлению русской церкви оставил на всю жизнь глубокий след в моей душе  как пример служения  Высшему. Пример того, что нет в этой жизни ничего невозможного, если человек захочет, и Высшие силы ему обязательно в этом помогут.

Фото из интернета