На своей стороне. Часть 11

За директорским столом сидел мужчина лет сорока пяти, благородной, даже можно сказать аристократической, внешности. У него были тёмно-русые волосы с небольшой проседью на висках. Тонкий нос и тонкие губы придавали лицу несколько хищное выражение, но уравновешивались широкими скулами и решительным подбородком, тяжёлый, пристальный взгляд чуть выпуклых светло-зелёных глаз, казалось, с первой секунды пытался подавить волю любого, кто попадал в его поле зрения.
Он поднялся с места, молча протянул руку сначала Главному, потом Виолетте и пригласил их сесть в кресла напротив стола. Несколько секунд он молча изучал лицо Виолетты. Потом сказал:
- Я так думаю, что любые мои слова сейчас не удовлетворят вас. Поэтому предлагаю вам увидеть всё своими глазами.
Он нажал какую-то кнопку на своих наручных часах, и часть стены за его спиной дрогнула, оказавшись потайной дверью, и повернулась вокруг своей оси, открывая проход в небольшое помещение, похожее на кабину лифта. Генеральный вошёл в кабину первым и выжидательно посмотрел на Главного и Виолетту. Они поднялись со своих мест и последовали за ним. Дверь снова повернулась и закрыла проход. Кричевский нажал единственную кнопку на панели лифта. Лифт быстро и плавно, а главное абсолютно бесшумно стал опускаться вниз. Виолета посчитала про себя - спуск занял около десяти секунд. Лифт остановился напротив двойной раздвижной двери. Дверь открылась в длинный коридор, освещенный настенными лампами, мигающими белым светом. Кричевский и его гости молча проследовали вдоль коридора. Они миновали множество закрытых дверей по обеим сторонам коридора и в конце его упёрлись в большую круглую стальную сейфовую дверь.
- Ого! - у Виолетты вырвался возглас удивления, настолько огромной и массивной выглядела дверь.
- То ли ещё будет, - с усмешкой ответил Кричевский.
Он подошёл к двери, приложил палец к сенсору, затем набрал цифровую комбинацию, потом отсканировал сетчатку глаза и, наконец, с негромким, приглушенным толстыми слоями стали металлическим гулом дверь медленно и плавно открылась.
Всё, что Виолетта увидела внутри казалось кадрами из какого-то фантастического фильма. Просторное, ярко освещённое помещение было округлой формы, со множеством дверей и просто кишело людьми. Они сидели за прозрачными рабочими столами, на каждом из которых располагался голографический дисплей, что-то выискивая и поправляя в разноцветных светящихся графиках, сновали взад и вперёд с какими-то бумагами, что-то обсуждали, уходили, возвращались и снова погружались в разлядывание графиков. У противоположной основному входу стены стоял огромный голографический экран, на котором, на первый взгляд, была изображена какая-то авангардная картина. Множество мелких, светящихся разными цветами точек медленно перемещались от левого края экрана к правому, совершая в то же время хаотичные движения во все стороны, но только в одной плоскости, перпендикулярной фронтальному расположению экрана. У правого края экрана сверху вниз двигалось сплошное полотно мелкого текста. По нижнему краю располагался ряд светящихся символов. Периодически, картина непрерывного потока точек сменялась 3D- изображением географической карты мира, с множеством обозначенных разными цветами участков, границы которых подрагивали и меняли свои очертания и оттенки каждую секунду.
Виолетта с широко раскрытыми глазами, как заворожённая, разглядывала это зрелище, пока Главный не тронул её за плечо.
- Пойдём, - сказал он, указывая на удалявшегося в сторону большого экрана Генерального.
Они подошли к экрану поближе.
- Вот, смотрите, - сказал Кричевский, - каждая из этих точек на экране - это человек, цветом от белого до ярко-красного отмечена его значимость, то есть его потенциал, сила его влияния на людей и события. Чем бледнее - тем меньше значимость. Как видите, белых и бледно-розовых здесь большинство. Здесь, конечно, не все девять миллиардов человек, а только те, кто каким-либо образом попал в систему: где-то зарегистрирован, внесён в списки, где-то значится, работает, попадает на любые камеры наблюдения, или даже на камеры своего или чужого смартфона. Здесь можно определить его местоположение: иногда точную геолокацию, иногда только наиболее вероятную, вычисленную компьютером. Изменения вносятся практически каждую секунду. Временная прямая - это направление от левого к правому краю экрана. Остальное движение - это перемещения человека в пространстве, опять же возможные, наиболее вероятные. Движение вперёд по временной прямой - одинаково для всех, назад - невозможно ни для кого, остальное - вариабельно. Можем выбрать любого отдельного человека и рассмотреть поподробнее. Например, тебя, Виолетта.
Он ткнул пальцем в гущу потока. Быстро нажал какую-то комбинацию символов и на экране возник сначала график, потом карта, потом замелькали сменяющие друг друга изображения и наконец на экране появилась сама Виолетта, стоящая прямо здесь, перед этим экраном. Она подняла голову, нашла взглядом камеру на потолке и продемонстрировала в неё средний палец правой руки с безупречным маникюром. Генеральный хмыкнул, а главный засмеялся и сказал, обращаясь к нему:
- Получили?
Генеральный улыбнулся и снова переключил изображение на общий поток.
- Так вот, - продолжил он, как ни в чём не бывало, - возвращаясь к нашему недавнему инциденту. Ваш главный инженер мог спровоцировать катастрофу мирового масштаба своим несвоевременным открытием. И обойти это событие можно было только устранив его, или сделав его недееспособным, по сути, овощем. Что вы выбрали бы для себя?
Он вывел на экран линию Вятского, продемонстрировав наглядно все возможные варианты развития событий и их последствия.
Виолетта задумалась.
- А что же с открытием? То, что он не совершил его, никак не скажется на истории?
- Это открытие, с вероятностью девяносто восемь процентов, совершит через двенадцать-пятнадцать лет другой человек. Но к тому времени мы будем уже готовы к нему. - Кричевский снова указал на экран.