Трофейная шапка

      Людмила Ивановна «созрела» наконец до разбора кладовки. Все руки не доходили. Свой дом- это вечный труд. Кто живет- тот знает. Но в этом году- насмотревшись роликов о расхламлении,- она решила почистить и свои закрома. Вдруг и правда- энергия застаивается. И что-то новое в жизнь не приходит, пока старьем все забито.

     Вспомнила она, кстати, и своего свекра покойного, который в конце жизни регулярно обходил соседние помойки, находя там всякое «добро» -как он считал. Дома все эти находки хранить жена ему запретила раз и навсегда, потому все свои находки он вез на дачу в свой сарай. Когда сарай был уже забит под завязку, он построил наспех еще один. Хранил он свои «сокровища» как коршун. Без его ведома в сарай заходить домашним запрещалось. Жена и дети рукой махнули на его чудачества, а когда его не стало- наняли большой грузовик , да и вывезли не глядя все добро туда, откуда оно собственно и пришло. Такой вот круговорот вещей в природе.

     « Не стоит в Плюшкина превращаться»,- думала часто Людмила Ивановна, когда ее руки так и чесались приобрести в дом что-то не совсем нужное, но привлекательное - старое бы разобрать».

     И вот теперь она стояла перед кучей картонных коробок, каких-то мешков в своей кладовке, не зная с чего начать.

     «Мешок разберу для начала,- подумала она сердито. Хотя многие советовали вещи, собранные в коробки, которыми не открывали год- выкидывать ни в коем случае не заглядывая внутрь- Людмила Ивановна решила все же заглянуть.
«Интересно же- что тут! Может, что доброе!»

     Развязав веревку на шее мешка она сунула в него руку и извлекла на божий свет...шапку. Потерявшая форму пыльная шапка враз воскресила в ее памяти одну историю из далекого прошлого.

     Почему была мода носить шапки меховые. Кто знает!? Понятно, что в таких шапках было тепло, но не все же жили на Чукотке! Скорее всего в этом был элемент престижа. «Вот, мол, я вас круче, у меня блаты». И, потом, женщинам во все времена меха к лицу. Как накинешь мех на плечи, сразу мысли какие-то возвышенные и осанка. А в шапке из меха дорогого и взгляд, как у царицы.

     До замужества в студенчестве Людмила Ивановна, вернее, тогда просто Людочка и беретом была довольна. Когда слишком морозно было, она под берет платок - и тепло. А когда стала замужней дамой захотелось ей в меховой шапке щеголять. Как видела на какой женщине шапку богатую, так и завидовала. И, потом, не хотелось ей как маме, живущей в деревне- в шали, или в так называемой «собольей» шапке всю жизнь бегать. Почему так называемой «собольей»? Да потому что мама нитку делала из шерсти собачьей, а собака кличку  Соболь имела. Эта шапка была темой частых шуток среди родственников. Потому Людочка признавала только «собольи» носки и «собольи» варежки.
     Шапка из настоящей собольей шкурки была вообще мечтой  и не потому что стоила каких-то бешеных денег, просто достать ее было практически невозможно. Людочка помнила, как возмущались многие советские женщины статьей из газеты какой-то. «Мол, соболь- это валюта. Мы должны продавать его за рубеж, а у нас , типа, уборщицы в шапке собольей на работу ходят». Где уж автор видел такую уборщицу-он не уточнял.

- Нормально,- посмеялась свекровь Людочки.- Нашего соболя мы должны каким-то фифам заграничным отправлять, чтобы они себе манто для красоты на плечи набрасывали.  А мы, русские женщины- что? Мехов недостойны? Шаль да платок имеем право только носить? Не переживай, Людочка! Добудем мы тебе шапку приличную. Не соболью, но уж норковую точно!

     Через знакомых каких-то добыла она кусочки норки, и в меховом ателье сшили Людочке очень симпатичную шапку. Уши она, правда, закрывала плохо, но радости хозяйке доставляла много. Первое время она- Людочка даже задирала нос, когда в этой шапке шла по городской набережной , да еще с «городским» мужем под ручку. А приезжая в деревню навестить маму ,вообще, как королева ходила. Городская вся из себя!

«Когда это было? Весна ранняя или осень? Нет, точно, весна была, но холодно еще и ветрено...».

     Людочка тогда припозднилась на работе, потом изрядно промерзла на остановке, пытаясь натянуть  свою шапку плотнее на уши и в автобус втиснулась весьма злая.

     «Что я пешком-то не пошла? Зачем автобус этот дурацкий ждала? И ехать-то всего четыре остановки. Но ветер...надо было под норку свой платок одеть. Еще отит заработаю...».

     Через несколько минут она оглядела салон, увидела симпатичного парня, который с большим интересом смотрел на нее. Парень был в отличной дубленке. На голове его красовалась богатая норковая ушанка, на шее- мохеровый шарф. Модный такой парень.
     Злость ее мгновенно прошла. Лицо расслабилось, на губах появилась загадочная полуулыбка, как у Джоконды.

     « Ну и что что муж? Когда на тебя с интересом смотрит мужчина –это всегда приятно и самооценку поднимает. Вот так вот- «хороша Маша, да не ваша»!

    На своей остановке она вышла и по пустынной темной улице быстро зашагала домой. Внезапно услышала, что позади нее кто-то бежит. Не успев повернуться, она вдруг почувствовала, как с ее головы кто-то сорвал шапку. Не испытывая в тот момент страха, а почему-то впадая в ярость, что кто-то покусился на ее «норку», Людочка  развернулась мгновенно и стала колотить тяжелой сумкой нападавшего. При этом она завизжала так, что у нее самой заложило уши. Нападавший побежал прочь, Людочка узнала дубленку. Парень из автобуса!

    В порыве гнева она даже хотела кинуться за ним следом, но тут увидела, что на снегу в свете фонаря поблескивает мех ее шапки. Схватив ее в охапку, она побежала домой, не замечая ни ветра ни холода. Только заскочив в теплый подъезд, она пришла в себя немного. Испугалась до слабости в коленках, зарыдала в голос.
      На площадку выскочил муж , давно ее поджидавший.
 
- Что? Что случилось?
- Ш-ш-ш-а-п-ку,- выговорила она с трудом.
- Шапку потеряла?- спросил муж, глядя на ее растрепанную прическу.
- Не-е-е-т! Я ее спасла!

     Людочка протянула к нему руки с шапкой и тут с ужасом увидела, что держит в руках богатую ушанку парня, что сидел в автобусе. Вот это была сцена! Хоть смейся, хоть плачь!

     Людмила Ивановна и теперь улыбнулась, глядя на свой пыльный трофей. «Ну, и как ее выкинешь?»

     Она вспомнила, как долго потом эта история гуляла по родственникам и знакомым. И как каждый раз во время застолий гости просили показать им знаменитую «норку», отвоеванную бесстрашной Людочкой.

«Чего только в жизни не бывает!»- подумала Людмила Ивановна вновь складывая шапку в мешок.
«Ну ее, приборку эту! Лучше дочь попрошу тут разобрать. У нее рука не дрогнет».

    С того памятного вечера шапки меховые она разлюбила навсегда. Из домашнего «соболя» береты вязать научилась всем на зависть. Зависть она тоже разная бывает!