Волшебство в глубокой зиме

Декабрьская ночь обволакивала город плотной, черной мглой. Снаружи мир казался замороженным, застывшим в своем ежегодном цикле: холод пронизывал воздух, зима правила безраздельно, а за окном, словно огромный, невидимый занавес, висела темнота. Угрюмый, но неизбежный финал года подходил к своей кульминации.
Алиса сидела в старом, мягком кресле, и этот внешний мир казался ей удивительно далеким. Тонкое, узорчатое стекло на окне было и границей, и холстом. Она видела, как по нему ползет, мерцая в свете уличного фонаря, легкий, пушистый снег, обесцвечивая пейзаж.
В ее маленькой гостиной царило тепло. Не просто физическое тепло от батарей, а нечто более глубокое, уютное. Треск поленьев в фальшкамине звучал как тихая, убаюкивающая песня. На небольшом столике стояла керамическая кружка с травяным чаем, от которого поднимался тонкий, ароматный пар.
Комната была наполнена светом, но не резким, электрическим, а мягким, золотистым. Гирлянды, развешенные по книжным полкам и карнизу, сияли, как сотни маленьких, пойманных звезд. Они отбрасывали пляшущие блики на стены, на которых висели семейные фотографии, и на пушистый, еще не украшенный рождественский венок.
Алиса закрыла глаза и сделала глубокий вдох, ощущая этот уют в каждой клеточке. Это было состояние полной, блаженной защищенности. Ей не хотелось никуда спешить, ничего решать, ни о чем беспокоиться. Все дедлайны остались позади, все годовые отчеты сданы. Это был чистый, незамутненный момент паузы.
А потом пришло оно — легкое, щемящее чувство ожидания чуда. Возможно, это был запах мандаринов, который она случайно уловила, или внезапно вспомнившийся вкус бабушкиного имбирного печенья. Ей вдруг показалось, что мир за окном — с его холодом, мраком и спешкой — всего лишь декорация. Настоящая жизнь, волшебство, начиналось здесь и сейчас, в этом золотистом, тихом коконе.
Она улыбнулась. Окончание года было не точкой, а многоточием. Это была не просто смена даты в календаре, а порог, за которым ждала новая, чистая глава. И Алиса, сидя в своем кресле, в тепле и свете, чувствовала абсолютную готовность и радостное предвкушение. В глубине души она знала, что самые главные чудеса происходят не где-то в сказках, а вот так — тихо и незаметно, в самом центре зимы, когда ты просто позволяешь им случиться.