Ключ от всех дверей часть 6

Глава 6

Рорин

И вот на горизонте, в разрыве между снежными холмами и тёмной стеной леса, наши путники начали различать очертания городишка Друмрог.

Лия никогда не видела ничего подобного. Город выглядел так, будто его вырезали из гигантской грибной поляны или вылепили из тёмного, прочного теста. Крыши домов, увенчанные острыми шпилями, были точь;в;точь похожи на колпаки гномов — заострённые, часто с причудливыми флюгерами в виде молотов, или звёзд. Сами домики, сложенные из тёмного камня и тёсаного дерева, имели округлую, приземистую форму и сужались кверху, напоминая крепкие башенки. Они высились в два или три этажа, а их маленькие, похожие на бойницы окна светились изнутри тёплым, приветливым светом.

Весь город был огорожен невысоким, но крепким забором из тёсаных брёвен — скорее для условности и обозначения границ, чем для серьёзной обороны. В стене виднелись неширокие, но крепкие ворота из тёмного дуба, окованные железом. Именно к ним и вела утоптанная дорога, по которой направлялся Черноух.
Проходя через ворота, их внимательно, с профессиональным прищуром осмотрели два гнома-стражника в кольчугах и с секирами у пояса. Их взгляды скользнули по могучему медведю, задержались на девочке в нездешней шубке и на огоньке, прятавшемся у неё в капюшоне, но, ничего не сказав, они лишь кивнули и пропустили странную компанию в город.

Черноух, попав в узкое улочное пространство, стал двигаться медленнее и осторожнее, едва переставляя огромные лапы, чтобы не задеть и уж тем более не наступить на какого-нибудь проходящего прохожего гнома. Городок бурлил тихой, деловитой жизнью: гномы в кожаных фартуках несли связки инструментов, торговцы раскладывали товар на прилавках, пахло дымом.

Их путь лежал по очень красивой, главной, судя по всему, улочке. Она была увешана резными вывесками — тут и наковальня с молотом , и раскрытая книга , и кружка с пеной. Между домами были натянуты гирлянды из позвякивающих металлических пластинок, которые тихо звенели на ветру.

Фея Лиана, преодолев робость, аккуратно вынырнула из капюшона и, уцепившись за край ткани, смотрела на город круглыми, полными удивления глазами. И Лия тоже не могла наглядеться: каждый домик был украшен резьбой, у многих были крошечные, ухоженные палисадники, теперь покрытые пушистым снегом, но по аккуратным формам которых можно было представить, как они цветут летом. У некоторых порогов стояли каменные горшки с вечнозелёными, колючими растениями.

— Как же, наверное, здесь красиво летом… — тихо подумала вслух девочка, и её воображение сразу же расцветило эти улочки сочной зеленью и яркими красками цветов.
Ещё свернув пару раз в узкие, но удивительно чистые улочки, они вышли на довольно просторную площадь. Посреди неё, в самом центре, красовался фонтан, но сейчас он был похож на заснеженную скульптуру. Его чаша имела форму многоконечной звезды, а в центре, на постаменте, стоял огромный каменный шар, также укрытый белой шапкой. Чтобы фонтан не выглядел уныло, его украсили множеством разноцветных стеклянных фонариков, развешанных по контурам звёздных лучей и на ветвях окружающих деревьев. Они мерцали, превращая застывшее сооружение в волшебную, новогоднюю композицию.

Пройдя мимо него, наши герои подошли к огромному зданию, подавлявшему своим видом все остальные постройки. Оно было обрамлено массивными каменными колоннами и более всего походило на древний театр или храм знаний. Высокие, в два роста медведя, дубовые двери были украшены резными символами — звёздами, свитками и замысловатыми узорами.

— Вот мы и добрались, — Черноух остановился у самых ступеней, и Лия аккуратно скользнула по его спине, мягко приземлившись на утоптанный снег.

Медведь поднялся на задние лапы и гулко, но с достоинством постучал когтистой лапой в массивное полотно двери.

Через некоторое время  дверь приоткрылась на узкую щель. В проёме высунулся гном с пышной, совершенно белой, лохматой шевелюрой и очень большими, круглыми очками в толстой оправе, которые съехали у него на кончик носа. На нём был аккуратный, чуть поношенный пиджачок и начищенные до блеска ботиночки.

— Черноух? — удивлённо и немного сонно спросил гном, поправляя очки и пристально вглядываясь. Уже точно определив гостя, он кивнул и распахнул дверь шире, пропуская Лию и медведя внутрь.


–Я вижу, ты не один…

— Да, это Лия, — подтвердил Черноух, кивнув в сторону девочки. — И у неё проблема. Но лучше пусть она сама расскажет об этом — как она вдруг появилась у Дорина. Он-то и послал нас к тебе, ведь только ты, возможно, сможешь ей помочь.

Рорин, библиотекарь, оглядел девочку внимательным, изучающим взглядом.

— А я пока пойду погуляю, свежим воздухом подышу, — сказал Черноух, обращаясь больше к Лие, чем к Рорину. — Я буду рядом, не бойся.

Медведь развернулся и, слегка скрипнув когтями по каменному полу, вышел, бережно притворив за собой массивную дверь.
Лия, оставшись одна с незнакомым гномом, невольно осмотрела огромный зал, в котором они оказались. Высокие стены были заставлены тёмными дубовыми стеллажами, доверху забитыми книгами и свитками. Между ними висели картины в тяжёлых рамах — портреты суровых гномов, звёздные карты и схемы замысловатых механизмов. Всё здесь было украшено тонкой, искусной резьбой: завитки покрывали даже дверные ручки.

Но главным украшением была огромная люстра, свисавшая с потолочного свода на толстой кованой цепи. Она была необычной — вместо свечей или ламп в неё были вставлены десятки маленьких стеклянных флакончиков.  Сейчас они были  тёмны, отчего в зале царил полумрак, и было по-настоящему прохладно и тихо.

Рорин нежно прикоснулся к плечу девочки, выводя её из оцепенения и лёгкого трепета.

— Пройдём ко мне в кабинет, — сказал он тихим, но чётким голосом, будто боясь нарушить здешнюю тишину. — Там теплее, горит камин. И там ты расскажешь мне, что с тобой случилось.
В этой тишине огромного зала их тихие шаги отдавались гулким эхом, будто нарушая сон веков. Рорин провёл Лию через лабиринт стеллажей в небольшую, но высокую дверь.

И, словно по мановению волшебной палочки, они попали в другой мир. В кабинете было не просто тепло — было уютно и по-домашнему обжито. В центре стоял массивный дубовый стол, заваленный целыми холмами книг, рукописей и свитков. У стола располагались два глубоких кресла с высокой спинкой, обитые узорчатой тканью, на которой были вытканы звёзды и геометрические фигуры.

Полки здесь были такими же полными, но помимо фолиантов на них стояли маленькие картины в тонких рамах, странные механические приборы, песочные часы и коллекция чернильниц из цветного стекла. В углу, словно сердце этой комнаты, мерно потрескивал и излучал живое тепло камин, отбрасывая на стены пляшущие оранжевые тени.

Освещение было приглушённым: лишь две толстые восковые свечи в тяжёлых подсвечниках на столе боролись с полумраком, создавая вокруг себя маленькие островки тёплого, дрожащего света, в котором кружились пылинки.
— Садись сюда, — Рорин предложил Лии одно из глубоких кресел, стоявших у камина, и с отеческой заботой помог ей снять тёплую меховую шубку.

Но в тот момент, когда он брал куртку, из складок капюшона, словно пойманный луч света, выпорхнула фея Лиана. Она трепетно взмыла в воздух и устроилась на плече девочки, сложив свои сияющие крылышки. Рорин замер на мгновение, и его глаза за большими стёклами очков округлились от удивления. За долгие годы своей жизни он многое повидал в этих стенах, но ещё ни разу не сталкивался с тем, чтобы феи сопровождали людей или вообще вступали с кем-либо в дружбу.

Однако он был гномом дела, а не праздных расспросов. Сдержав любопытство, он не стал задавать вопросов об этом удивительном спутнике. Вместо этого он развернул своё собственное кресло, устроился в нём поудобнее, сложил руки на столе и, глядя на Лию поверх очков, спросил тихо и очень серьёзно:

— Так что же произошло, Лия?
И тут Лия, сделав глубокий вдох, достала из потайного кармана ключ и положила его на заваленный бумагами стол рядом с одной из свечей.

— Вот это — причина, по которой я очутилась у вас, — тихо и грустно сказала она.

И начала рассказывать. От самого начала — странного незнакомца в мастерской дедушки, первого поворота ключа, пугающей темноты подвала и снежного мира за дверью. Потом — о встрече с Дорином, их утреннем завтраке и решении идти сюда. И наконец, о встрече с контрабандистами, пойманных феях и о том, как этот же ключ освободил их.

Рорин слушал её с невероятным вниманием, не перебивая ни единым словом. Но его руки не оставались без дела — пока Лия говорила, он осторожно взял ключ и начал разглядывать его под светом свечи, поворачивая, щурясь, пробуя на вес и даже осторожно постукивая по нему ногтем. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах, за толстыми стёклами, мелькали вспышки узнавания и глубокой сосредоточенности.

Когда Лия закончила, наступила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине. Рорин медленно поднялся из-за стола. В задумчивом виде он прошёлся туда-сюда по кабинету, его ботинки мягко ступали по ковру.

Пока он ходил, он молча налил из стоявшего на маленьком столике медного чайника чаю в фарфоровую чашку и протянул её Лие.

— Думаю, мне нужно будет сходить в тайную библиотеку, — наконец проговорил он. — Я кое-что знаю об этом ключе… вернее, слышал легенды, читал в старых текстах. Но моя память, увы, не так уж хороша, как раньше, а в таком деле нельзя полагаться на полустёртые воспоминания. Поэтому надо поискать те самые записи, чтобы узнать о нём всё наверняка.
Библиотекарь посмотрел ещё раз внимательно на ключ, лежащий на столе.

— Оставайся пока здесь, — сказал Рорин, уже направляясь к двери и закутываясь в свой пиджачок. — Я скоро вернусь.

И с этими словами он скрылся в тёмном проёме двери, оставив Лию одну в уютном свете камина и свечей.

Девочка сняла с плеча сумку, подаренную Дорином, и достала оттуда пару пирогов, всё ещё сохранявших остатки тепла. Аромат ягод  наполнил кабинет. Она удобно устроилась в кресле и стала неспешно пить приятный, согревающий чай. Фея Лиана уселась рядом на краю стола, поджав под себя ножки.

Заметив её задумчивый взгляд, Лия аккуратно отломила маленький кусочек от пирога и протянула его фее, а в блюдце от своей чашки отлила немного ароматного напитка. Лиана с благодарностью кивнула и принялась за свою миниатюрную трапезу.

Так они и сидели в тишине — девочка, медленно согревающаяся у камина, и сияющая фея на краю стола — терпеливо ожидая возвращения Рорина и его вестей, которые должны были пролить свет на тайну странного ключа, лежавшего теперь перед ними.;