Красные туфли

История началась с бархатных тёмно-красных туфель. Они были восхитительны и стоили ровно сто процентов от моей месячной зарплаты. Ненаглядные туфли, наглядеться я на них не могла.

Быстро прикинула, на что буду жить, если куплю именно их. Цвет был благородный и так подходил ко всему! Я уже мысленно шла в них, уже танцевала на светском вечере, я танцевала от счастья.

Мой тридцать шестой размер … был. Не было тридцать девятого.

Очень сладко вздыхала над туфельками, а после того, как осмелилась и примерила, началась тяжелая жизнь.

Я жила с вечным принципом – никогда и ни у кого не брать взаймы. Туфли были идеальные, но принципы - непотопляемые. Месяц ждала, отложила с прошлой зарплаты на жизнь, сколько смогла. Получила новую зарплату. Купила.

Утром в субботу встала, поехала и купила.

Что делает женщину – женщиной? Волосы, туфли и походка. А что делает женщину принцессой? Хорошее настроение!

У меня не поменялись жизненные принципы, когда я купила еще и платье в тон. Никаких долгов. Бархат, открытые плечи, нежно облегает. Идеально. Долги сильно портят хорошее настроение, поэтому их не будет! Справлюсь сама!

Судьба моя в этом месяце была нелепой глупенькой злодейкой.

Голодала первые две недели, а в последние две недели стала просить. У своего собственного директора по развитию. Просила своего развития и небольшого аванса.

Он пообещал. Но никто не дал, поэтому осталась совсем голодной. Вспоминала, как ходила за килькой в томатном соусе и ела её с черным хлебом один раз в день. Одну консервную баночку.

На кильку я смотрела теперь с упоением, а в обед просто гуляла.

Не знаю, кто меня пожалел, может быть всевышний или кто-то из преисподней, но совершенно неожиданно моя подруга заболела и позвонила мне, чтобы я её подменила в пятницу вечером и на один выходной.

Она – секретарь нашего самого важного директора. Должна была сопровождать супер важного клиента из Санкт-Петербурга и провести с ними один вечер в огромном зале, а следующим вечером посетить театральное представление, на которое билеты стоили очень приличную сумму.

Если раньше на её просьбы отвечала вежливым отказом, то в этом месяце я поняла, что это мой шанс попасть на фуршет, банкет и потом в театр, надеть своё сокровище – новые туфли. И постараться найти в этот знаменательный день своего неженатого принца.

Первым нарядом был светло-серый мой костюм, который ждал своего часа, я его берегла для особой новой должности… Второй наряд – волшебное бархатное платье, которое уже слёзно просилось в театр.

Ждала любви я уже без малого десять лет. С пятнадцати, когда мой внутренний проснувшийся женский голос сказал с королевским акцентом: «Такой сказочной принцессе нужен принц!» Я ждала. И мне неважно, что дурочек, как я, называют «принцеждалкой». Ну и пусть.

Как же мне хотелось превратиться, перевоплотиться и блеснуть на балу!
Банкет после оформления документов, которые подруга подготовила сама, был прекрасным. Полутьма, люди в деловой одежде, брызги и пузырьки шампанского в модном бокале, который я неловко держала, вазы с бесконечно красивыми цветами, над которыми я вздыхала, нежная музыка…

В своем костюме в обтяжечку и туфлях чувствовала себя одной из самых деловитых девушек с хорошим аппетитом. Моя килька осталась в прошлом, я набивала себя волшебными яствами и понимала, в какой чудесный, сказочный мир еды я попала. Я улыбалась, смеялась, и привлекала внимание своими сверкающими голодными глазами, пока они не стали сытыми.

Особенно мне понравилось, что молодой коммерческий директор Александр Владимирович, статный, очень приличный мужчина, меня взял под руку и спросил: «Вам всё понравилось Василиса?»

Я активно закивала, и он сильно-сильно сжал мою руку в деловом рукопожатии. А потом кивнул и слился с толпой.


Я не танцевала на балу, я объелась и сидела под какой-то декоративной пальмой на диванчике, потому, что хотела только спать. И когда господин, которого я должна была сопровождать, наговорился с коллегами, нахохотался и напился, я случайно уснула на этом кожаном мягком диване, сама не заметив, как.

Снилось мне что-то очень хорошее, потому, что, когда меня начали будить, я издала восхитительный стон, а потом еще один.

Открыв глаза, поняла, что вокруг меня ходит уборщица со шваброй, и что-то ворчит.

Я полулежу на диване, подложив руки под щеку и поджав ноги в своих восхитительных туфельках, а рядом сидит коммерческий директор, который был, как грустный принц, от которого сбежала золушка.

Он повернулся и посмотрел таким взглядом, что мне стало не стыдно, а сладко, и захотелось его обнять.

Чуть не обняла.

– Всё закончилось, я отвезу тебя домой, Василиса.

Я кивнула и потянулась, подняв руки вверх, как у себя дома.

– Ты можешь идти?

– А что, есть какие-то другие… п-предложения, - удивилась я.

Он вздохнул и подхватил меня на руки.

– Я могу идти!

– Ладно, я всё понимаю. Туфли жмут новые. Вот зачем вы, девушки, такой ужас покупаете! И неудобно, и больно... Весь вечер просидела, еще и уснула. Зачем?

Я так обиделась! Так обиделась, что обхватила его за плечи и потрясла, у меня даже слов не было.

Когда слова появились, я в сердцах и с чувством принялась защищать свои туфли:

– Это моя мечта! Это мои самые красивые туфли в жизни. Я … я голодала целый месяц, они стоят, как вся моя зарплата!!! Я так их хотела… Они не ужас!!! Они прекрасны! ... Простите, Александр Владимирович.

Он остановился и прижал меня к себе поплотнее. Я тут же почувствовала, что принц где-то рядом, где-то очень близко принц.

– Извини, ты права. Василиса, извини.

Я еще больше прониклась плотностью общения и доверительно сообщила:

– Ладно, они ... немного не такие удобные, как я думала, но это потому, что не привыкла к таким прекрасным туфлям. И я не голодала, а ела кильку и хлеб. Но один раз в день. И сегодня я очень хорошо поужинала. Вам не тяжело?

– Ты легкая.

– А что этот клиент? Что я должна была с ним делать?

– Ничего. Ничего особенного. Я нашел ... замену.

– Так это же я – замена!

– Ты - это ты.

Уже спускаясь по лестнице на улицу, я поняла, что мужчина, который меня несет, дождался, пока я высплюсь. Везде, во всём огромном ресторане был потушен свет, только маленькая подсветка горела у выхода.

Я не нашла ничего лучше, чем сказать ему прямо в ухо:

– Так люблю сказки! Я – принцесса! Это было просто волшебно! Но бал закончился... Пустите меня Александр Владимирович, я сама пойду домой.

– Отвезу.

Моё чувство близости с принцем усиливалось с каждой секундой. Это даже немного пугало. Слишком жаркий он был, и дышал так шумно, часто.

Я набралась смелости и спросила:

– А можно я буду звать вас сегодня просто Владимир?

– Можно, но лучше просто Саша.

Я ехала в машине с принцем Сашей и улыбалась, представляя, как убегаю от него и теряю туфельку. Он её подбирает, ходит по подъезду, примеряет.

Кому же подойдёт мой тридцать шестой размер?
Бабе Кате с первого этажа? Еленочке или Валентине Петровне со второго… Тёте Наташе с тремя детьми с четвертого? Прекрасной незнакомке с пятого...
Меня укачало, и я опять уснула.

А потом он опять меня «ждал». Проснулась, когда начало светать, болела шея.

Сашу про себя назвала «мой принцессождалец», мы по-деловому попрощались, и я поковыляла на ватных, сонных ногах в подъезд.

Но туфли не хотели заканчивать эту волшебную ночь.

Я специально решила мило споткнуться и обронить, но грохнулась на первой ступеньке - каблук тонкий попал в какую-то западню, зацепился, и я чуть не разбилась насмерть.

Каблук не был отломан - у меня соскочил один туфелек. Домечталась.

Принц Саша был быстрым. Он подлетел с глазами взбешенного будущего короля, схватил меня на руки, как тряпичную куклу, стащил с ноги мой второй хрустальный башмачок и с криком: «Да что ж такое, к чиртям собачьим!!! Извини!» зашвырнул его далеко в кусты. Куда-то очень глубоко в пушистые кусты сирени, которая уже отцвела.

Он снова начал меня носить на руках, потом усадил на лавку и стал дуть мне на коленку.

– Туфельку выкинул... Хоть костюм не порвал, – грустно заметила я.

– Сейчас порву! – сказал принц Саша и ... поцеловал мою коленку. – Ты, Василиса, завтра в театр пойдешь нормально! Я заеду и туфли тебе нормальные привезу! Какой размер?

– Таких у меня уже не будет. – вздохнула неблагодарная я, потом исправилась и погладила принца по голове.

Принц подхватил на руки, я открыла подъезд, донес до квартиры на шестой этаж, так как лифта у нас не было, и мы по-деловому попрощались словом «Пока».

Дома я расплакалась, постонала, держась за коленку, быстро умылась, сняла деловой костюм, нацепила нищенский халат с бабочками и, в надежде найти свои туфли, быстро спустилась вниз.

Он сидел на лавочке и сжимал в руках мои две хрустальные бархатные тёмно красные лодочки на шпильке.

– Ой! Нашел вторую?

– Это ужас какой-то.

– А можно мне обратно взять этот ужас? Я ... люблю их, понимаешь Александр Владимирович. ... Нет, не понимаешь.

– Ну почему же… понимаю. Теперь я всё понимаю. Что головы у тебя нет, денег тоже, живешь одна, … и я тебе не нравлюсь.

– Ну почему же не нравишься… Теперь нравишься!

– Позволь мне купить тебе туфли нормальные, Золушка? - сказал он, настоящим принцевским голосом с королевским акцентом, и совсем, как приставучий молодой и темпераментный мужчина схватил меня за руку и начал её целовать.

Сердце у меня выскочило от страха и стыда, потому, что я была в халате, а он … настоящий принц. У меня было чувство, что кучер и кони превратились в мышей и крысу, ... и они у меня сейчас в карманах халата.

Я тихонько потянула руку к себе, а он схватил меня на руки и понес в свою машину.

– Отвезу тебя... к себе домой!

В тот день, я в халате познакомилась с его семьёй.

Мне залечили коленку, накормили завтраком и уложили спать на его кровать в отдельную комнату.

А вечером я надела новое платье и туфли на низком каблуке, которые были немного большие и слетали, но не признавалась, что этот тридцать шестой совсем как тридцать седьмой. Тихо и радостно шла под руку с принцем Сашей, который признался, что я ему всегда нравилась. А в халатике – просто огонь.

Принц не устоял против меня в халате.

Дорогие золушки. Не отчаивайтесь. Не советую покупать наряды на всю зарплату… Но, если судьба нелепая злодейка столкнет вас с принцем, это не будет похоже ни на одну сказку. У каждого сказка будет своя.