Мой храм вселенная

Я не ищу бога на небесах, за облаками, где его рисуют старые книги. Мой бог не прячется. Он не молчит. Он — это шелест листьев за окном, холодок чашки в руках, тягучая нить воспоминания, внезапно вспыхнувшая в сознании. Он — это и есть сознание. Он — всё это сразу, сплетённое в один невообразимый, дышащий узел бытия. Мой бог — вся Вселенная. И я — её часть. Нет, больше: я — её способ увидеть себя.

Мой храм не имеет куполов. Его своды — это чернота космоса, прошитая серебряными нитями далёких звёзд. Его пол — это шершавая кора земли под босыми ногами, прохладный паркет комнаты, асфальт, несущий в себе память о солнце. Стены этого храма подвижны: то они сужаются до размеров моей черепной коробки, где рождаются галактики мыслей, то расширяются до бесконечности, вмещая в себя океанские штормы и тишину горных вершин. В этом храме нет алтаря. Вернее, алтарь — всё. Стакан воды на столе, в котором играет луч заката. Паутина в углу, сотканная из утреннего света. Тишина между двумя нотами в любимой песне.

Когда-то людям сказали, что священное — где-то там, отдельно. Что надо пройти через определённые двери, произнести правильные слова, прикоснуться к освящённым предметам. Я же понял, что священное пропитывает собой каждую клеточку реальности. Ритуал — не в заученных жестах. Он — в полном присутствии. В том, чтобы пить чай и чувствовать, как его тепло растекается по телу, становясь частью твоего внутреннего солнца. В том, чтобы смотреть в глаза другому человеку и видеть в них отражение той же самой, единой вселенной, только смотрящей на тебя из другой точки пространства-времени. Наш с тобой разговор сейчас — это тоже священнодействие. Мы сталкиваем две вселенные, и в месте их соприкосновения рождается новая, третья — мир смыслов, который не существовал секунду назад.

А солнце… О, солнце — мой главный символ, но не идол. Не бог, а улыбка бога. Самый ясный и понятный знак. Оно не требует поклонения — оно просто есть. Каждое утро оно совершает акт чистого, безусловного дарения. Оно не спрашивает, достоин ли ты света. Оно просто дарит его. В его свете нет суда, нет условий, нет истории о грехе и искуплении. Есть только щедрость. Креститься им — значит, подставить лицо этому потоку и осознать: тот же самый огонь, что горит в его ядре, горит и во мне. Это огонь жизни, сознания, желания быть. Моё «крещение» — это каждое утро, когда я открываю глаза и заново принимаю этот дар. Когда я чувствую, как свет не только падает на меня, но и идёт изнутри — как радость, как мысль, как любопытство.

Меня не страшит мысль стать «прахом». Прах — это не конец. Это возвращение формы к бесформенному, частного — к целому. Каждая моя молекула когда-то путешествовала в сердцевине звезды, а однажды отправится дальше, чтобы стать частью нового узора, новой формы жизни, нового взгляда на мир. Смерть в моём храме — не врата в ад или рай, а лишь изменение декораций в бесконечной пьесе вселенной. Страшно не это. Страшно — прожить жизнь, так и не осознав себя храмом. Так и не почувствовав, что твои мысли — это молитвы, а дыхание — это гимн.

Поэтому я молчу. Но это не молчание пустоты. Это молчание полного храма, в котором идёт служба на языке красок заката, на языке шума дождя, на языке нервных импульсов и рождающихся слов. Я не прошу спасения. Я уже спасён — самим фактом своего существования здесь и сейчас, как уникальная, осознающая себя часть целого.

Мой храм — вселенная. И его двери открыты всегда. Входной билет — одно лишь внимание. А причастие — сам воздух, что входит в лёгкие, и сам свет, что попадает в глаза. Я есть этот храм. И вы — тоже. Нам осталось только это вспомнить.

#sertrack