5. Моревна. Сказ о том, как царь-батюшка дочку зам

Автор:    Моревна

В неком царстве, в неком государстве, жил-был царь-государь. А царица-матушка, да будет ей земля пухом, в родах-то померла, да оставила царю дочку, на радость и на утешение. Царь в дочке души не чаял, миловал и баловал, как только мог.

Выросла царевна красы неописуемой: кожа белая, словно снег зимой, косы русые, шелковые, до земли стелются, очи ясные что озера глубокие, брови дугою лебяжьей. Да вот беда – больно влюбчива девица! Как какой воевода в хоромы зайдет – она к нему так и ластится. Как какой чужестранец к воротам подойдет – она уж на него глаз положила. Измучился с ней царь-батюшка.

Вот приходит она к отцу, да не одна, а с боярским сыном, и молвит:

– Батюшка, благослови нас!

Взглянул царь на жениха и вопрошает дочку:

– Любишь ли его, доченька?

– Люблю, батюшка.

– А за что ж любишь?

– А за красоту его молодецкую, за стать его величавую! С таким и в миру показаться не стыдно!

Усмехнулся царь:

– Ох, доченька, краса – что утреня роса: ныне блестит да глаз радует, а к полудню сойдет, и следу не останется! Как состарится, за что любить-то будешь?

Замялась царевна, не знает, что ответить. Не успела она и рта раскрыть, как царь-батюшка жениху место посольское за морем подыскал и услал его далеко-далеко, с глаз долой. Погоревала-погоревала царевна, да делать нечего.

Вскоре приводит она к батюшке сына купеческого:

– Батюшка, замуж за него хочу!

Царь снова вопрошает:

– Любишь ли его, доченька?

– Люблю, батюшка.

– А за что ж любишь?

– А за богатство его. Он мне дорогие подарки дарит, ларцы с гостинцами подносит. Будет чем перед другими похвалиться!

Царь только головой покачал:

– Богатство – что воды вешние: ныне текут рекой, а завтра и капли не сыщешь, все повысохло. А как оскудеет его казна, за что любить будешь?

Призадумалась царевна, а царь приказал купеческого сына в лавку
заморскую отправить, да куда подальше, лишь бы ей на глаза не попадался.

Погоревала царевна, да вскоре жениха и позабыла. Думал царь-батюшка, что образумится чадо, да где там! Не минуло и месяца, как ведет она к трону простолюдина, сына крестьянского. Он в царской конюшне коням овса задавал.

– Батюшка, люблю его пуще жизни!

– А за что любишь-то?

– Да и сама не ведаю! Как нет его – так тоскую-печалюся. А как увижу – и сердце радуется!

Вздохнул царь и молвил:

– Да, вот такая она и есть, любовь. Только перед тем, как под венец идти, три испытания надлежит пройти: работой, разладом, да разлукой. Kоль устоите все три – так тому и быть. Сам тебя под венец подведу!

Согласились царевна. Вот задал им царь первое задание – дворец выстроить, да так, чтоб с утра до вечера неотлучно работать, да все до мелочей вместе решать. Еще до первого камня дело не дошло, начались у них размолвки да раздоры: ему опочивальню к востоку подавай, а ей – к северу. Он палат семь желает, она – осемь. Он своды лазурью украсить хочет, она – пурпуром. День деньской спорят, да не сговорятся никак! Стали они как собаки между собой лаяться. Он ей слово – oна ему два. Он ей пять – она ему десять! Такая ругань пошла, хоть святых выноси!

Видит царь – не идет дело. Подоспел с третьим испытанием: услал крестьянского сына царские границы охранять, да так далеко, что ни гонца не послать, ни весточку не донести. Поскучала царевна, да и рукой махнула: не нужен ей такой несговорчивый!

Стал царь-батюшка сам дочке жениха подыскивать, а то, не ровен час, попадется она лиходею-обманщику, завлечет он ее речами сладкими, обещаниями лживыми. Пропадет красна девица!

Приглядел царь дворянского сына, из рода верного, служилого, нравом спокойного, умом смышленого, в разговорах рассудительного. Не писаный красавец, но лицом ладный, не косая сажень в плечах, но телом складный.

Говорит царь дочери:

– Вот тебе помощник, дворец достраивать. Коли по сердцу придется – свадьбу сыграем, а коли нет – другого себе найдешь.

Послушалась царевна батюшку. Принялись они с дворянским сыном за дело: она к северу опочивальню желает – он с ней соглашается. Она палат осемь требует – он ей не перечит. Она своды пурпуром украшать думает – он ей поддакивает. И при этом ласково слово молвит да за белу ручку держит. Видит царевна, что дворянский сын ей всегда потакает да во всем помогает, и сама у него стала совета спрашивать. Он ей все объяснил да разъяснил, да как лучше, да как надежней, да почему так надобно, а не этак. Она велела делать, как он сказывает. Вот они вместе дворец и достроили, да так споро, что только основание заложили, а глядишь – уж и крыша готова.

Приехал царь-батюшка работу принимать, смотрит – дворец добротный, сделан с любовью, с заботой да с умением. Спрашивает он царевну:

– Ну что, дочь моя, по сердцу ли тебе дворянский сын?

– По сердцу, батюшка! Люблю его пуще всех.

– А за что ж любишь?

– А за то, что он как старое одеяло: неказистое, да неброское, но без него не заснешь. С ним тепло и мягко, как на печи топленой, а без него зябко, как зимой студеной.

– Ну, коли так, дело за свадебкой!

И вздумал царь пировати – весь люд честной созывати. Столы дубовы ломятся, кубки златые искрятся, мед течет рекой, не вычерпать рукой. Целую седьмицу пили-ели, на жениха с невестой глядели.
Всем питья хватило и осталось, а еды столько, что и нам досталось. Каждый пил да кушал, да сказочку слушал. А кто слушал – тому впрок, на перед урок!


© Copyright: Мария Шпинель, 2025
Свидетельство о публикации №225032900042
 
http://proza.ru/comments.html?2025/03/29/42