Берилл, глава 28, часть 4

Предыдущие главы можно прочитать по ссылке: http://proza.ru/avtor/margott&book=12#12

ГЛАВА 28, часть 4

ШВЕЙЦАРИЯ. ВИЛЛА «ЛАГУНА»

Библиотека пахла поражением. Бенефициар стоял у окна, на отражении в стекле висели три голографических окна с отчетами о провале. И четвертое — пустое… Каналы связи с активом «Феникс» в ФСБ и с группой «Кинжал» молчал уже шесть часов. Молчание было громче любого сигнала. Он понял это раньше, чем пришло официальное подтверждение. Их ход был предсказан, их удар пойман в ловушку, их инструменты перехвачены. Аналитик СВА не стал жертвой — он стал приманкой. Они играли в шахматы, а противник вдруг начал играть в карты, имея все козыри на руках.

Женщина в костюме вошла без стука, что само по себе было криком. Ее лицо было белым.
— Подтверждаю — канал «Феникс» — тишина, его отдел в ССБ оцеплен. Группа «Кинжал»... исчезла. Последний сигнал — с объекта. Дальше — ничего. Ни тел, ни следов. Как будто их стерли!

Бенефициар медленно кивнул. Он больше не чувствовал ярости. Только ледяную, бездонную усталость.
— Они не просто защищаются. Они проводят инвентаризацию. И теперь у них в руках двое наших... кладовщиков. Которые знают… Очень много...
— Что прикажете?
— Все, что связано с цепочками «Скалы», «Бухгалтера» и «Кинжала» — немедленно и бесповоротно ликвидировать. Мы отступаем на вторую линию обороны. — Он повернулся от окна, и в его глазах впервые за многие годы мелькнуло что-то, кроме расчета. Сомнение? — Они назвали нас «Цехом». Остроумно. Но они ошибаются. Цех производит что-то цельное. Мы... мы лишь склад запчастей от разобранной империи. А они... они выглядят как сборочный конвейер, новая, страшная целостность.

Он подошел к камину и бросил в огонь планшет с последними шифровками. Пламя жадно лизнуло экран.
— Готовьте мне отчет о потерях. И... начинайте проработку долгосрочного сценария «Феникс-2». Если они смогли сделать это там, им по силам дотянуться и сюда. Нам понадобится совершенно новая парадигма, ну… Или совершенно новое лицо войны.


МЕСТО: КАБИНЕТ НАЧАЛЬНИКА СЛУЖБЫ СОБСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (ССБ) ФСБ ГЕНЕРАЛ;ЛЕЙТЕНАНТА ВОРОНЦОВА
ВРЕМЯ: ЧЕРЕЗ 60 ЧАСОВ ПОСЛЕ ИДЕНТИФИКАЦИИ «ФЕНИКСА»

Кабинет Воронцова был образцом казенной чистоты. На столе — ровные стопки бумаг, ни одного лишнего предмета. Сам генерал, человек с лицом высеченным из гранита, смотрел на подполковника Михаила Родионовича Семенова, который сидел напротив, стараясь не ерзать. Между ними лежала тонкая папка.

— Михаил Родионович, — начал Воронцов без предисловий. — Результаты внеплановой проверки вашего отдела. Вопрос один: объясните происхождение и цели служебного запроса № 445-С от 14-го числа. Запрос на гражданина Снегина.

Семенов («Феникс») слегка побледнел, но голос сохранил ровную, служебную интонацию:
— Товарищ генерал, запрос был сформирован на основе оперативных данных, поступивших в мой отдел, все в рамках регламента. Я лично визировал…
— Каких данных? От какого источника? — Воронцов не повышал голоса.
— Источник… конфиденциален. Канал «Резерв-7». Это проверенный источник в среде иностранных НКО.
— «Резерв-7», — Воронцов повторил, как бы пробуя на вкус. — Любопытно. Очень любопытно. А знаете, почему? Потому что канал «Резерв-7» был заведен в систему по вашему служебному запросу три дня до получения этих «данных». И по вашему же запросу были выданы электронные ключи дубликата для терминала в архивном секторе. Того самого терминала, которым вы, согласно журналу, в тот день не пользовались. Данные вошли в систему с этого терминала. Визировали вы. А источник… оказался фантомом. Странно, не правда ли?

Тишина в кабинете стала ватной. Семенов почувствовал, как холодный пот выступил у него под мундиром.
— Товарищ генерал, возможно, технический сбой…
— Возможно, — перебил его Воронцов, открывая папку. — Но это еще не все. Проверка показала систематические аномалии в вашем рабочем паттерне. Запросы к базам, не соответствующие вашим служебным задачам. Сеансы работы в системе в неслужебное время, привязанные к геолокациям… не вашего служебного телефона. ВЫ, подполковник, не выглядите предателем — ВЫ выглядите профессионально непригодным, тем самым человеком, который либо потерял контроль над своими регламентами, либо… …намеренно создал в системе брешь, которой воспользовался неизвестный. Сами понимаете — в условиях текущей оперативной обстановки оба варианта одинаково недопустимы.

Семенов понял главное: ему не предъявляют обвинение в шпионаже — его обвиняют в некомпетентности. Это было страшнее. Ведь от измены можно отбиваться, таская следователей по судам годами, а от вердикта «профнепригоден» — нет. Это внутренний, бюрократический, неоспоримый приговор. Который выдавал «волчий билет» на всю оставшуюся жизнь. Уж лучше бы шпионаж. Семенов вскочил:

— Я… я требую адвоката, товарищ генерал! Это клевета!
— Присядьте, Семенов. Адвокат вам не нужен, — холодно сказал Воронцов, закрывая папку. — Это же ведь не следствие, а кадровое решение — на основании представленных аудиторской проверкой данных и выводов о нарушении вами инструкций по информационной безопасности… — он сделал паузу, глядя Семенову прямо в глаза, — вы отстраняетесь от должности с сегодняшнего дня. Сдайте все дела, пропуски и средства криптозащиты. До окончания служебной проверки вы будете находиться на своей даче, без права выезда. Вас подробно проинструктируют.

Это был не арест. Это был карантин. Его не отправляли в Лефортово — его отправляли в никуда. Отрезали от системы, от информации, от возможности что-либо предпринять. А главное — от контактов с кураторами из Цеха. Тихий, чистый, бюрократический конец карьеры и оперативной ценности. Именно так и работает СВА: они не стреляют в крыс, они незаметно заваривают все выходы и входы, оставляя грызуна в чистой, пустой клетке, где он может только ждать, когда за ним придут. Дверь кабинета открылась, и в нее вошли двое офицеров без знаков различия — сотрудники уже не ССБ, а того самого, нового контура. «Феникс» был погашен, даже не успев вспыхнуть.

КОМНАТА СМОТРИТЕЛЕЙ СВА

Тишина, слышен только шорох бумаги. Один из Смотрителей сделал последнюю пометку в бумажном блокноте, показал ее остальным, затем аккуратно вырвал лист и положил его в малую печь-уничтожитель. Бумага свернулась в черный пепел.

На столе лежала краткая сводка: «Операция «Тень» завершена. Активы «Сокол-1» и «Сокол-2» дают показания. Начинается этап «Восстановление цепи». Логистические маршруты, крипто-кошельки, явки в трех странах идентифицированы. Цех начал экстренную процедуру «отрезания».»

Трое кивнули почти синхронно. Работа была сделана хорошо. Не блестяще — блеск привлекает внимание, — а безупречно. Так, как и должно было быть. Один из них нажал кнопку на отдельном терминале. На экране у «Веды» в оперативном зале вспыхнула новая, зеленая метка. Директива: «Приступить к фазе «Возмездие». Цель: не предотвращение, а проецирование силы. Построить модель ответного удара на основе полученных данных. Санкция на проведение — ожидается.»
Машина СВА, получив новые данные, не остановилась. Она перешла в следующий режим. С тихим, ровным гудением идеально отлаженного механизма, который только начал свою настоящую работу. Один из Смотрителей, тот, что вел протокол на бумаге, отложил ручку. Его взгляд скользнул по сводке: «...цепочки, кошельки, явки в трех странах...» Он вспомнил слова, сказанные им когда-то в другом, таком же тихом кабинете, но на самом верхнем этаже реальности.

«Вот тянешь за ниточку, — сказал тогда Дорогин, разглядывая схему, принесенную по «Прямому каналу», — и распутывается такой клубочек, из которого можно связать очень много варежек. Которые они потом будут пытаться повторить где-то в Мордовии.»

Тогда это была метафора, а теперь это был рабочий план. Ниточка была вытянута — ею оказался молчаливый министр по кличке «Шишига». Клубок — огромная, дышащая сеть Цеха — начал распутываться. А варежки... Варежками будут новые дела, новые активы, перевернутые агенты и ликвидированные каналы. «Цех», пытаясь повторить свои схемы в новом месте («в Мордовии»), будет наступать на грабли, расставленные СВА. В этом и был высший смысл их работы: не просто наказать, а использовать механизм врага против него самого, связав из его же ниток удавку.
Смотритель аккуратно сложил сводку. Финал главы «Контракты» был написан. Пора было приступать к вязке.