Однажды под новый год

   
      Все, кто с нами дружит и много лет общается, знают, что у Вити день рождения приходится на первое января, поэтому все встречи Нового года всегда праздновали у нас. Встречали Новый год и плавно всё веселье перетекало в празднование и поздравления нашего любимого мужа и дедушки. А в этом году детвора решила меня избавить от готовки и прыжков по кухни, от забегов по магазинам и таскания огромных сумок. Старшенькие сказали: «Приедете к нам». Младшенькие подтянулись из зоны боевых действий.
     Если честно, я слонялась целый день из комнаты в кухню и назад. Занять себя было абсолютно нечем, разве что вышла в ТЦ потолкаться среди многошумной и разношерстной публики. Как не смешно, предпраздничная суета и сутолока сошли почти на нет. Магазин был полупустой. Продавцы в красных колпаках в открытую зевали и зазывали редких покупателей купить «хоть чего-нибудь» и в открытую матюкали начальство, которому на всё плевать, и оно греет своё, весьма, не маленькое пузо на каких-то там островах, а они должны сидеть в полупустом магазине и «торговать» своими, так надоевшими за год лицами, друг перед другом. Послонялась я по центру, позаглядывала по своим любимым магазинчикам. В «Летуале» попыталась выяснить, чем же всё-таки пахла туалетная вода, из новой коллекции на которую я так и не нашла пробников. И услышала шепоток: «Какие к чёрту пробники. Новый год же!» Наверное, у пробников появились ноги.
Короче день тянулся медленно и мучительно долго. Наконец наступил долгожданный вечер. Пора было собираться в гости. И тут, дабы растянуть время и приехать хотя бы часам к 11, я встала на дыбы и заявила, что поеду только на автобусе. Надо же прогуляться перед долгим застольем, надо же растрясти окончательно и бесповоротно всё, что попало за этот день в живот. (Хотя в него не попало, практически, ничего. Мне жутко лень было готовить и на вопрос мужа: «Мы чё-нить есть будем?» - последовало категорическое: «Нет!»

      На остановку мы дошли без приключений. Автобусы проезжали тёмные и не один не соизволил остановиться и забрать двух замерзающих пенсионеров. Машин не было от слова совсем.
      На остановку забрёл мужичок. Небольшого росточка, щупленький, но с весьма увесистой сумочкой. За ним сразу, как из-под земли, появились в доску пьяные, два крепыша. Глянули в нашу сторону, покосились на пакеты, тоже весьма увесистые, чет пошептались… Наверное, решили начать с мужичка. Как они вокруг него прыгали и пели ему песни, надо было видеть. Гопак отдыхает. На горизонте появился автобус. Троица начала плясать более энергично и когда автобус распахнул свои двери, мужик ринулся в переднюю дверь, ближе к водителю, его «друзья» на минуту затормозили и кинулись за ним. Мы остались одни. Увы, автобус был не наш.
      И снова потекли минуты ожидания. Я стояла и ругала себя за своё упрямство, муж подхихикивал. И тут раздались песни на английском языке, всё это сопровождалось диким смехом и улюлюканьем. Толпа молодежи неслась к остановке. За ними ехал автобус. Я вздохнула, что вот, сейчас… Автобус остановился. В открывшиеся двери, начали заходить чернокожие ребята. С косичками, с какими-то барабанами, одетые в какие-то хламиды и суперсовременные одёжки. Ребята и девчонки чуть ли не пионерским строем забежали в салон. Их было таааак много, что я начала считать. Оказалось – 27 человек. Откуда они появились в таком количестве известно одному Богу.
      Мы снова остались одни. Времени до Нового года оставалось где-то час. Автобус заблудился. На остановку прибыли новые пассажиры. Сразу вспомнила статуэтку, многими любимую в СССР, называлась она, кажется, «отдыхающие» - необъятных размеров дама с маленьким ридикюлем в шляпке и высокий, худющий мужчинка с двумя огромными чемоданами. Эта пара один в один смахивала на тех «ребят».
      — Гена, ты козёл, Гена. — верещала дама. — Я тебя просила, чтобы ты вызвал даме такси. Где такси, Гена? Машенька не может ехать в переполненном автобусе. Ты посмотри, остановка забита толпой (я стала оглядываться – толпа состояла из на двоих). Гена, ты чучело, Гена. Машенька хочет коньячку и шампанского. Где мой коньяк? Ты что не знаешь, что коньяк должен строго лежать в моей сумочке. Почему ты убрал его в чемодан. Коньяка!!! Иначе мой хладный труп окажется у твоих ног.
И в это время снова появился автобус. Гена запихнул сначала чемоданы, потом долго пихал Машеньку под зад, пока она не вкатилась в автобус.
      — Гена, скажи мне, что я чудо. Я, как бабочка, влетела на ступеньки. Ах, какое же тебе привалило счастье иметь такую жену!!!
Единственная фраза, которую он выдал, была: «Я не козёл, я суперкозёл, зачем, чёрт возьми, я с тобой мучаюсь!!!»
       — Гена, вот видишь, я, как всегда, права. Ты со мной согласен, но приставку «супер» я к козлу не прибавляла.
Автобус снова был не наш, но время поджимало и три остановки, которые он не доезжал до пункта назначения, решили пройти пешком. Через какое-то время муж глянул в окно – за нашим автобусом ехал тот, которого мы так долго ждали. Пересели и…
      — А вы не знаете, он в Дубовое идёт.
      — Ну да, вам еще три остановки ехать.
Мужик вышел вместе с нами со словами:
      — А нахрена я туда поеду, я здесь где-нибудь, лавка широкая.
Что с ним случилось дальше, я не знаю, с собой мы его не пригласили. От остановки до дома дошли без приключений, к застолью успели тютелька в тютельку. Домой поехали на такси. Хотя любопытство разбирало – как же там в автобусах после праздничной ночи-то?