Письмо другу

Здравствуй Саш.  Хочу рассказать последний случай с которым я не справился.

Вчера ко мне принесли девочку, ей было восемь. Кто-то вселил в нее Эхо. Темную сущность. Ее отец настаивал на погружении. Мы положили ее на кровать. От нее исходил смрад смерти и гнили. Мне сразу стало ясно что она на пороге превращения. Ее маленькое тельце больше походило на мешок с костями. Ее белые кудри больше походили на старческую седину, а руки холодные как у мертвеца. Отца я выставил за дверь и приказал ждать, а сам отправился в ее сознание. 

Тот мир, что открылся мне, был похож на разрушенные руины. Воспоминания разнились. Она была и девочкой и женщиной и старой бабушкой, качающаяся на качелях. Когда я подошел к ней, она спрыгнула с качелей и побежала прочь. Выйдя из руин, я оказался в прекрасном саду. Там цвели ярко красные пионы. В центре фонтан из белого мрамора. Делая шаг вперед, позади меня цветы вяли, а приближаясь к фонтану, цвет воды менялся на кроваво красный и со временем перелился через край. Пугающее зрелище.

Возле фонтана я увидел черный силуэт. Он промелькнул в глубь, за сад. Я направился за ним и оказался в детской комнате. Игрушки были расставлены по полкам, на кровати лежало две подушки, на подоконнике цвели розы. Я выглянул из окна, а за ним тот самый увядший сад, красный фонтан и руины большого города. Мир рушился вместе с ее сознанием.

— Кто вы? — окликнул меня нежный голосок. Я повернулся и увидел ту девочку.

— Я, доктор, — ответил я, — Я пришел тебя забрать отсюда. 

— Я не хочу, — испуганно ответила девочка. — Я жду маму, она скоро должна прийти за мной.

Я подошел поближе и сел на корточки, а она сделала шаг назад.

— Не бойся, — говорю я, — как тебя зовут?

— Екатерина, — ответила девочка, после секундной заминки, — А вас?

— Меня? Ярик. — я назвал свое ложное имя. Эхо было где-то поблизости и во избежании заражения мне пришлось солгать. Если ты помнишь, Эхо может вселиться в человека, только зная его настоящее имя. — Как ты здесь оказалась?

— Не помню… — она подняла голову и посмотрела куда-то в высоту. Я проследил за ее взглядом и обнаружил что в комнате нет потолка. Только красное зарево.

— А где твоя мама, ты помнишь?

— Нет, я знаю только что она должна скоро прийти. Так мне дядя сказал.

— Какой дядя? — поинтересовался я. Уж не тот ли это дядя которого я недавно видел? Что именуемо как Эхо?

— Не знаю, он сказал что тоже ждет кого-то. Он возле фонтана меня встретил и сказал что я могу поиграть в комнате. Пока мама не вернется.

— А ты помнишь как выглядит твоя мама? — продолжил я расспрос. Ноги уже затекли и я хотел встать, как какая-та сила пригвоздила меня к полу.

Я распластался на ковре, девочка с ужасом на меня посмотрела и кинулась прочь. А потом я услышал голос:

— Она моя… Тебе ее не забрать… Она моя.

Голос был искажен хрипотой и звучал отрывисто. Не помню чтобы Эхо разговаривало. На моей памяти оно только обманывало людей образами. Если тебе попадётся такая тварь лучше беги, беги изо всех сил. Наши жизни слишком быстротечны и не стоит забывать, что жизнь одна.

Продолжу свой рассказ.

Благодаря своему твердому сознанию и непоколебимой решимости я смог выбраться из оков и продолжить поиски девочки. Я спустился вниз по лестнице и увидел множество дверей. Каждая из которых вела в глубь сознания. Одна из этих дверей вела к защитному механизму где пряталась девочка. Страхи всегда там прячутся. Если бы не они то и в защите не было бы нужды. Проходя через множество дверей, я окунулся в мир ещё нетронутый Эхом. Там папа играет в игрушки, громкий детский смех, мама на кухне готовит. В нос ударил запах луковой похлебки, которую любила готовить моя жена.

Но все это сменилось громким плачем. Отец обнимает дочь и плачет, Екатерина с глазами навыкате, а рядом гроб в котором лежит мама. А за гробом следит девочка. 

— Это твоя мама, — сказал я, — она не придет за тобой.

— Я знаю, — ответила девочка. — Я вспомнила что мама уже покинула нас. А значит дядя солгал, — ее голос стал меняться, он стал более низким и хладнокровным, — а значит и ты мне лжёшь.

Она вскочила, обернулась, направилась в мою сторону и продолжила, — Вы все лжецы, ты, дядя, отец. Все говорили что все будет хорошо. Мама к нам вернется и все будет по прежнему. Но это не так, — она толкнула меня и я повалился с ног. Ее лицо стало искажаться. Глаза налились кровью, голос становился все ниже, волосы осыпались. На руках стали отрастать когти. Она подошла ко мне и смотрела сверху вниз и продолжала:

— Вы, взрослые считаете нас детей идиотами? Неужели вы считаете что я не знаю что такое смерть? Или вы думаете что правда жестока? А ложная надежда это выход? — в ней уже говорило Эхо. Оно почти полностью ее поглотила. Мне оставалось только достучаться до нее.

— Нет, это не так. — ответил я. — Дело не в надежде, а в восприятии. Все будет хорошо, папа тебе не солгал. Этими словами он хотел сказать что не бросит тебя и будет о тебе заботиться. Он хотел тебе сказать, что вы вдвоем со всем справитесь. Он любит тебя теперь за двоих и за маму тоже. 

Ее лицо стало прояснятся, а я продолжил.

— Дядя тебе соврал, да. Он хотел чтобы ты осталась здесь с ним. И тем самым тебе навредить. Что бы ты больше никогда не вернулась к отцу. А твой отец ждет тебя, там снаружи. Не ужели он не стоит твоей любви? Не ужели все то веселье ты перечеркнешь одними непонятыми словами? Да, в тот момент он и сам не мог сказать ничего конкретного, он ведь тоже потерял очень дорогого человека. Но он не бросил тебя и сейчас он принес твое, почти безжизненное тело, и ждет тебя там задаерью. Ждет когда ты его позовешь.

Лицо девочки совсем прояснилось. Из глаз потекли слезы, когти стали постепенно исчезать и он только вымолвила:

— Папа… Папа, я тебя очень люблю.

— Она моя! — прокричало Эхо искажённым хором и через грудь девочки выскочила когтистая рука. — Она моя! Тебе ее не отобрать у меня, — рука исчезла, девочка повалилась наземь истекая кровью. Мир начал рушиться. Ее сознание было уничтожено.

Когда погружение закончилось девочка уже не дышала. Я позвал отца. Его горе не передать словами. Он сложился пополам над трупом и громко рыдал. Угрожал мне. Говорил что убьет меня. Что просто так это неоставит. Ну ты же знаешь, что где мы там и смерть. 

Спасибо что выслушал. Это было мое последнее письмо. Сегодня я его отправлю тебе, а завтра пойду к своим погибшим детям и жене. Заждались они меня.