Во имя пустоты бытия... - недлинная проза

Многие уходят от жизненных проблем в себя, становясь закоснелыми мизантропами.
Иные при этом не способны избежать уныния на грани суицида… Одиноких много, –
по-настоящему «одиночек» с чувством собственного достоинства, которым их способ
немноголюдного бытия по сути подвиг,  – по пальцам можно пересчитать.

Маша с детства была анти-стадным существом. Ни одиночество, ни люди её не тяготили.
Однако первое она предпочитала второму. Временами из любопытства, а чаще – чисто
экспериментально, по исследовательским причинам, шла ''в народ''. Люди всё те же…
Такое ощущение, что время стоит на месте, меняя личины наподобие неопытного актёра.

Люди с незаурядными способностями однотипны. Гении измельчали. Посредственности
с манией величия настырно лапают небеса потными ладошками, оставляя  то там, то сям
дактилоскопические отпечатки, которые игнорируют криминалисты… Маше, признаться,
больше нравилось оставлять следы ладоней и пальцев на запотевших окнах.

Трудно сказать: лучше без людей или в гуще городской толпы?.. Ни то, ни другое Машу
не тревожило. Она в любой ситуации была ''самой по себе''. ''Сама по себе''  – гармония
''внешнего'' и ''внутреннего''. Равновесие. Непоколебимость. Наблюдая за чужой жизнью,
не теряй себя. Наблюдение должно быть тактичным, ненавязчивым.

Для чего – наблюдение?.. Для чистоты опыта познания человечности в живых людях. А
мёртвые сраму не имут. Но и о мёртвых мнение может меняться со знака «плюс» на знак
«минус». И Маша о них либо''хорошо'', либо ''ничего''… В собенности – о маме и отце.
Только с добром и любовью…

Зачем она встретила Его?.. Он был клинически одинок. Хронически несчастен. Улыбчив
 до фальши. Добр до злости. Щедр до мстительной скупости. Мстителен?.. Возможно,
ибо амбициозен. Что,  в принципе,  не такое уж непоправимое зло… Маше претила формула
«Один плюс Один». Спаривание одиноких людей по ''животному'' принципу.

Кому выгодно?.. И в выгоде ли суть?.. О любви больше не говорят. Не ждут её как чуда…
Мизантропы не способны на пылкие чувства. ''Одиночки'' сжигают себя без остатка во имя
пустоты бытия. ''Быть'' и ''казаться''  – противоречие существования.