Вспоминая детство золотое. продолжение. автор алин
Мой младший братишка был тогда лет пяти или шести. Мальчик, надо сказать, милейший: умный, живой и с таким чувством юмора, что иногда взрослым становилось тревожно. Потому что никогда не знаешь — сейчас он просто улыбается или уже что-то задумал.
И вот, опять же, Новруз. Мы у тёти. Стол — длиннющий, как взлётная полоса. Угощений столько, что он не просто ломился, а, по ощущениям, уже просил пощады. За столом сидели все: родственники тёти, родственники родственников тёти, родственники соседей тёти и, на всякий случай, родственники знакомых тёти. В общем, люди, которые друг другу вроде как родня, но не всегда помнят — по какой именно линии.
В конце стола сидел один дядя — человек добрый, весёлый и большой любитель подшутить. А рядом с ним — мой маленький брат. Мама же сидела далеко. И, как любая опытная мама, она не просто ела — она настороженно наблюдала. Периодически выглядывала из-за чужих плеч и думала: «Тихо… слишком тихо. Сейчас что-нибудь будет».
И мамино предчувствие, как это часто бывает, её не подвело.
Вдруг — хохот. Не просто смех, а такой, что стол слегка задрожал, а некоторые родственники на всякий случай перестали жевать. Мама побледнела и сказала обречённо: — Ну вот… я же говорила. Что-то он там сказал.
Оказалось — сказал. Но не то чтобы словами.
Этот самый весёлый дядя, сидя рядом с братом, под столом скрутил из пальцев две дули и шёпотом спросил: — А ты так можешь?
А брат… брат был человек подготовленный. Ему, как говорится, палец в рот не клади — он тебе сразу ответит. Причём с размахом.
Он внимательно посмотрел, подумал — и скрутил из каждого пальца на обоих кулаках по две дули. В итоге получилось четыре. Показал дяде и совершенно серьёзно спросил: — А ты вот так можешь?
Тут друзья этого дяди начали смеяться так, что грохот пошёл по всей длине стола — от одного края Новруза до другого. Мама сначала хотела встать, потом передумала, потом тоже засмеялась. Потому что, как ни крути, а номер был виртуозный.
Вот такие у нас были дни — шумные, смешные, и очень живые. И, наверное, именно поэтому они до сих пор помнятся так ясно и тепло. Алина Алиева. Гянджа. 26 декабря 2025 года.
Свидетельство о публикации №225122602035