Вот так мы сходили в бассейн

Стояли мы тогда в порту Лагос, Нигерия. Атмосфера там была, мягко говоря, нездоровая. Жара стояла такая, что металл обжигал ладони, а воздух казался густым и липким. Местные аборигены постоянно пытались проникать на суда — в поисках того, что плохо лежит. Иногда приезжала полиция, доходило даже до применения оружия.

Стоянка затянулась, и мы решили двумя группами выбраться в интерклуб: немного отдохнуть, выпить пива, искупаться в бассейне. Добрались пешком, несмотря на изнуряющую жару. Отдохнули неплохо и двинулись обратно.

До порта оставалось всего пару километров, когда внезапно началась стрельба. Сначала одиночные выстрелы, потом — очереди. Вокруг крики, беготня, суета. Люди метались, кто-то падал, кто-то исчезал в проулках.

И тут к нашей группе подбегает какой-то оборванец лет сорока и преграждает дорогу. Он вышел словно из ниоткуда — резко, почти вплотную. В руках у него древняя винтовка с огромным дулом. Такие я видел разве что в музеях. Он что-то орёт на своём тарабарском языке.

В паре метров от него лежит кусок картона, из-под которого торчат чёрные ноги. Понятно — труп.

Я иду впереди группы, как старший. Пытаюсь на английском объяснить:
— Амиго, не стреляй. Мы советские моряки.

Кто-то сзади шепчет:
— Док, осторожнее… он обкуренный.

И тут я замечаю: парень явно не в себе. Зыркает белками сумасшедших глаз. Такие глаза я уже видел — не в кино. Ситуация становится настолько абсурдной, что мне вдруг кажется: всё это происходит не со мной.

Палящее солнце в зените. Труп под картоном. Вонь копчёной рыбы вперемешку с запахом сточных канав. Я тянусь в карман за паспортом моряка, чтобы подтвердить, что мы действительно советские.

И в этот момент мне неожиданно вспоминается Маяковский — стихотворение про паспорт:
«Гордитесь! Завидуйте! Я — гражданин Советского Союза».

И меня начинает разбирать смех — от всей нелепости происходящего.

Как ни странно, абориген тоже начинает улыбаться. Потом нервно хихикать начинают все наши.

Вот так мы сходили в бассейн.