2. Им не было покоя от меня

http://proza.ru/2025/12/26/1053 Начало.
 
Каждое утро к восьми часам я уже был в кабинете начальника жилищно-коммунального предприятия. На работу в редакции к девяти иногда опаздывал. Там и не требовалась такая точность. Главным ведь было поступление строчек. А с этим у меня был полный порядок. Но ретивая редактор всё же упрекнула меня:

- Вы больше в жеке находитесь, чем в редакции.

Я отреагировал репликой:

- Это потому, что Вы ничего не делаете, чтобы сотрудников квартирой обеспечить.

Ей это не понравилось. Она передёрнула плечами и покраснела. Но смолчала.   
И вот доски с пола сняли, осталось их перевезти к месту ремонта моего будущего дома. Я принял документ о передаче их жеку и с радостью сообщил об этом начальству. Когда мы с мастером вышли от начальника, чтобы организовать вывоз материала, он вдруг сообщил:

- А мне эти доски нужны в другом месте.

Я вспылил. Не сдержался.

- Тебе, бездельнику, счастье привалило?  За мой счет хочешь прослыть активным и находчивым? Да подавись ты этим тесом!

И я протянул ему накладную. Не знаю, как я выглядел, но с мастера слетел беспечный вид, и он напружинился, как перед дракой. И, овладев собой, сказал:
- Ладно. Я пошутил. Поехали.

Мы перевезли доски, и я закрыл домик на свой замок. Рассказал об этом в редакции. Мужчины пришли в восторг от такого известия, так как внимательно следили за моими похождениями.

Но мастер нашел способ мне отомстить.  Он нагрузил своих плотников другой работой, как бы неотложной. Не придерёшься, всё правильно.

И тут сибиряки меня удивили.

- Организуй воскресник, мы все придём и постелем полы! 

И действительно, в воскресенье, вооружившись инструментами, явились оба заведующих отделами, корректор и ответственный секретарь. Все старше меня. И работа закипела! Они, оказывается, отлично умели обращаться с деревом! Сибиряки, одним словом, мастера на все руки!

Пришедшая со мной Дина смотрела на работу мужчин широко открытыми глазами. Уж радоваться она умела! Просто ликовала, сопровождая возгласами искры, вылетавшие из-под молотков. Я отправил её в редакцию варить борщ. Она и другую нехитрую закуску приготовила.

Поработав, явились шумно, дружно мыли руки. Отметили, что мы, живя не дома, на удивление богато накрыли стол. Веселье выплёскивалось через край. Мужчины были такими милыми. Долговязый Владимир Шалимов сыпал прибаутками. Коренастый Николай Савиных солидно посмеивался. Бывшие фронтовики Виктор Васильевич и Сергей Иосифович густо покрякивали. Поднимали тосты за будущее новоселье, за наше с Диной благополучие, за интересную газету. Но засиживаться не стали. Ещё оставалась водка, когда мужчины дружно встали, попрощались и разошлись. Минут через пять Шалимов вернулся. Где-то что-то забыл, не помнит где.  Мы налили ему почти полный стакан оставшейся водки. Он выпил, закусил и удалился. На этом замечательный день завершился

Утром насмешливый корректор Виктор Васильевич спросил:

- Шалимов вчера возвращался, когда мы ушли?

- Да, он вернулся…

- Ну как же! Чтобы Володя ушел, а на столе водка осталась? Такому не бывать!
Позднее мы узнали, что он к выпивкам неравнодушен. Однажды даже попал в вытрезвитель, и его заслушивали на партсобрании. Но это будет потом.

Ликовали мы недолго. На теперь почти отремонтированный домик нашлись претенденты. Явилась бригада освободившихся плотников и поставила перегородку, разделив дом на две небольшие квартиры. В каждой по одной комнате. Мы слегка опечалились, но тут Николай Савиных проявил находчивость:

- Мы поднимем стены в сенях, и будет вам кухня.

Мой пробивной характер ещё не остыл. Подвезли брёвна, и друзья взялись за топоры. Они добавили к срубу два венца, настелили потолок и накрыли шиферной крышей.
Я озабоченно смотрел на пустую просторную комнату и решил, что нужно поставить перегородку с боковым проходом. Это было мудрое решение. За ней потом стояла кровать, получилась маленькая спальня.

А вскоре и соседи обнаружились. Это был секретарь комитета комсомола с женой. Новоселье мы справляли уже зимой. Пришлось и померзнуть. Работавшая рядом котельная часто ломалась, жара в квартире сменялась холодом. У молодых соседей сынок родился. Они спасали его от холода каким-то обогревателем. Но не уберегли, простудили. Срочно уехали к родителям в деревню. Спасти ребёнка не смогли.

А мы тоже ждали пополнение. К весне Дина ушла в декретный отпуск и, от страха перед родами, уехала к матери в Одессу. По телефону потом сообщила, что родилась дочь!

А у меня из головы не уходил случай с соседским малышом. Как же: я принесу ребёнка в дом и тоже простужу? Решил поставить в кухне печь. Обратился к тому же мастеру. Но он категорически отказал:

- Не положено! У вас центральное отопление!

У него ещё не прошла обида из-за того, что превзошел его в поисках материалов. Но я был настойчив, несколько раз рассказал ему о судьбе соседского малыша. Наконец, он снизошел до моей просьбы.

- Хорошо. Я завезу кирпичи для ремонта котельной. Завезу больше, чем требуется. А ты уж дальше сам действуй.

И стал я действовать. Летними ночами, когда над посёлком только звезды, набирал я на руку по четыре кирпича и приносил на кухню. Складывал к стенке у входа. Натаскал на небольшую печь. Печника мне так же отказали. Опять надо надеяться на себя. И тут неожиданно на помощь пришел жэковский электрик, который слышал, как я выпрашивал печника.

- Да ты сам печь сложишь! Я тебя научу!

И научил. Он выложил основание. И объяснил, как дальше вести кладку. А мне этого было достаточно! В деревне вырос, всего насмотрелся! Сложил я так называемую грубку, то есть с плитой и всего на два оборота. Отлично топилась. Тепло было во всей квартире. И доченьку не простудили. Мы закаляли её. Каждый вечер, как бы ни было морозно, я выкатывал коляску с ребёнком на дорожку и гулял с ней. Сам иногда продрогну, но раньше намеченного не вернусь домой. Дочь же, несмотря на прогулки, спала беспокойно, только на руках и замолкала. Но подрастала, умнела, пошла очень рано.

А потом бабушка стала забирать её в Одессу. Железнодорожник уже обжился, поменялся, стал радоваться тому, что он стал дедом. А к этому времени у нас уже родился сын. Дочь потом называла его «мамин-сибиряк».

Осталось добавить, что штакетник для забора мне тоже пришлось добывать. Съездил в леспромхоз, договорился, и солидное количество было отгружено в Колывань. Забор, естественно, я ставил сам. И туалет построил. Даже сарай, но его мы строили вместе с секретарём комсомола. Так жильём я себя обеспечил.