Иван да Марья. 49

   Начало читайте здесь: http://proza.ru/2023/11/12/1071

 Оставшиеся до отъезда Ивана в госпиталь последние деньки прошли до обидного быстро и по единому сценарию.  Утром, наскоро перекусив, Иван отправлялся в поход по кабинетам. Маша с Настей оставались на хозяйстве, Стас был в школе.
К обеду вся семья собиралась за столом, где ни на минуту не умолкал веселый шум радостных голосов, где каждый спешил поделиться с остальными членами их дружной семьи своими сегодняшними успехами и неудачами, сообща строились планы на завтра.
Завершался обед совместным наведением порядка в кухне и полутора-двухчасовым "мертвым часом" для взрослых, предложенный и внедренный по инициативе...Стаса пока он в так называемой "женской" комнате выполнял школьные домашние задания, читая вслух параграфы из истории, географии и литературе одной единственной слушательнице, не сводящей с него своих прекрасных, доставшихся ей от мамы серо-голубых глаз.
А Маша в очередной раз поразилась какие запасы такта и заботы о ней и Иване хранила душа этого тринадцатилетнего подростка. Ведь он догадывался, понимал чем занимаются его новые родители, появившиеся на свет всего на десять лет раньше него в эти оставшиеся им три ночи любви, сжигая друг друга в пламени страсти. А когда она поделилась этими своими мыслями с Иваном, то услышала от него такое объяснение:

-Понимаешь, Машенька, когда Стас лишился матери и в свои семь лет стал полным сиротой, я, как никто другой, понимал его чувства, его мысли, так как сам прошел этот путь. И из своего опыта вывел постулат: - лишившись человека, который не только заботился о нем и опекал его, но и формировал его мысли и убеждения, словно скульптор лепил его характер, ребенок инстинктивно ищет замену такому человеку. И хорошо, если его выбор окажется правильным и он попадёт в руки человека ответственного и высокоморального. А ведь есть и примеры неверного выбора, когда ребенок оказывается во власти человека безответственного и аморального, лепящего из своего воспитанника собственное подобие. Мне повезло. Моя непутёвая мать, уходя в свою новую жизнь, в которой не было места её маленькому сыну, подбросила меня пожилой женщине, матери своего умершего мужа. И бабушка слепила из меня то,что ты получила уже в готовом виде.
Вот и я решил стать для Стаса таким же скульптором, каким бабушка Оксана была для меня. И я нисколько не сомневался в своём успехе. Ведь у меня были и все нужные технологии, и все необходимые инструменты, полученные в наследство от Оксаны   Владимировны. Да и материал у меня казался мягким. Податливым для обработки. За те четыре месяца, прошедшие со дня моего знакомства с Татьяной до дня её смерти, я успел вложить в сердце и голову этого мальчугана такие понятия как различие между добром и злом, правильное понимание своих прав и обязанностей, ответственность за порученное дело и ещё много других полезных идей и навыков За этот короткий отрезок времени Стас признал во мне друга и учителя. Словно губка он впитывал мои рассказы из детства и истории, происходившие у меня на работе и в жизни. Однако относился ко всему критически, отбирая в свой нравственный багаж лишь то, что считал ценным и могло ему пригодиться в жизни. Вот почему не прожив у дяди с тетей и двух недель,он ушел ко мне, объяснив свой выбор тем, что от моего дома ему ближе до школы добираться.

После даже такого непродолжительного отдыха Иван и Мария получали заряд бодрости и приток сил, позволяющие, как любил шутить Иван: - "Всему личному составу вместе с приданными частя'ми (дитя'ми и зверя'ми) совершить вечерний марш-бросок по родному городу." Они гуляли по паркам и бульварам Одессы, любовались закатом над морской гладью, делали покупки и вели оживленные беседы.  Маша делилась своими воспоминаниями о довоенной жизни в Мариуполе и о своем участии в нескольких страшных неделях его обороны. Иван еле успевал отвечать на вопросы, которые ему задавал в основном Стас. А Марию больше интересовал сам Стас. Она хотела узнать о нем как можно больше за эти последние дни, пока у неё была возможность сверять свои наблюдения и впечатления с мнением мужа. Ей важно было знать все самое главное об этом подростке: о его школьных успехах и проблемах, если такие у него были, о его друзьях и подругах, если такие у него были, о его устремлениях и жизненных планах,  если такие у него имелись. Больше всего её поразили слова Стаса про ту обиду на свой малый возраст, который лишает его возможности заняться каким-нибудь взрослым делом чтобы помочь своей стране, своей армии, своему народу. Про его безграничную благодарность тёте Ларисе, возглавившей небольшой коллектив женщин занятых пошивом военной формы, плетением маскировочных сетей и прочим мелким заказам фронта. Она позволила ему приходить в свободное время и он незаметно стал частицей этого дружного "бабьего царства". И, хоть он не оставил свои мечтания о настоящем, мужском, деле, к поручениям тёти Лары и других мастериц относился ответственно и добросовестно. Кроме того, расписываясь каждую пятницу в общей ведомости за свою недельную, пусть небольшую зарплату, он видел, что его "кусок хлеба" оплачен честно заработанными деньгами.

После вечерней прогулки и легкого ужина Стас прощался со своими новыми родителями и маленькой сестричкой и отправлялся на Канатную улицу, где его ждали двое людей, оставшихся от некогда большой семьи Снежиных. Его прежней семьи, с которой он не только не порвал родственных связей, но даже сильно укрепил их, сделав их более тесными и теплыми.

Но вот и наступил последний день такого  короткого отпуска старшего сержанта Ковальчука. Рана на плече затянулась, зажила и больше не тревожила его. Но вместо этой одной раны, телесной, его душу терзали десятки других, куда более сильных ран. Сердечных. Долг солдата и командира боролся с долгом мужа и отца. Любовь к Родине переплеталась с любовью к своей недавно обретенной семье. И он никак не мог понять какой долг для него важнее.

К обеду, как и было договорено еще вчера, начали собираться провожающие. Первым пришел Стас, отпросившийся с последнего урока. Затем приехали Андрей Михайлович и Лариса. Последними явились Бенцион Ааронович Фишман со своей...будущей женой Тамарой и гитарой. И, когда все расселись за столом, вынесенным  из кухни в гостиную, каждый из присутствующих на этих проводах,поднимая рюмку, высказывал Ивану свои пожелания в виде тоста. Слова и смысл их пожеланий в основном совпадали, но именно это единообразие сняло последние противоречия и последние остатки боли с его сердца. Иван теперь только осознал, что его любовь к этим родным и близким людям и есть любовью к Родине. Защита этих людей и есть защитой Родины.
Но тут Мария прервала его размышления, обратившись к Фишману:
-Беня! А спой ты нам еще раз этот романс, что пел на своих именинах. Очень он мне понравился.
Все, кто уже слышал этот романс в исполнении Ароныча, да и все остальные дружно поддержали её просьбу. А Стас уже передавал Бене его гитару, отрезая последний путь к отступлению. И Ароныч запел. Все перестали жевать и в комнате воцарилась тишина. И, лишь только тогда, когда умолк чарующий баритон исполнителя и отзвучал 
последний аккорд гитары, публика взорвалась дружными аплодисментами. Все просили Бенциона Аароновича спеть ещё что-нибудь. Но Иван предложил свой план:
-Друзья! Я не провозглашал тостов, я слушал вас. Теперь я хочу поблагодарить всех
за ваши тёплые пожелания в мой адрес. Теперь там, куда я возвращаюсь, на сердце мне будет гораздо легче от мысли, что здесь, дома, меня ждут. Моя семья, моя родня, мои друзья. И, защищая на передовой нашу Родину, каждый из моих побратимов
защищает свою семью, свою родню, своих друзей. Пью за вас. Поддержите меня.
Ароныч, поухаживай за дамами, они все после твоего сольного выступления сгруппировались на твоём конце стола. Налей им.
Стас налил деду и себе компот и все подняли рюмки и бокалы. И в этот короткий миг Маша незаметно для для остальных мигнула Стасу и они синхронно,каждый вдоль своей стороны стола, двинулись в сторону кухни, собирая грязную посуду. За ними шла Лариса и влажной тряпкой протирала новую красочную клеёнку, которой хозяева накрыли старый, видавший виды, свой стол, одновременно  сдвигала на край стола тарелки с остатками салатов, горячих блюд и прочих закусок. А тем временем навстречу ей уже шла Мария со стопкой чистых тарелок в руках и расставляла их возле каждого гостя. Следом шел Стас с дышащим паром огромным чайником, купленным давным давно еще бабушкой Оксаной Владимировной. За ним из кухни появились Марья с недавно купленным чайным сервизом, снова Стас с чайничком для заварки, пачкой индийского чая, сахарницей и двумя пиалами с вареньем. Вишневым и клубничным. И завершилось это действо, больше всего напоминающее, следящим за ним, зрителям кадры старинной кинохроники начала прошлого века с ускоренной перемоткой или как доведенная до автоматизма и хорошо отлаженная работа сборочного конвейера на успешном автозаводе, появлением Ларисы, несущей двумя руками огромное блюдо, источающее восхитительный аромат горячей сдобы и ещё чего-то кисло-сладкого.
Иван со своей стороны подхватил блюдо и вдвоём они водрузили его на освобожденное место в середине стола. Вся эта подготовка к чаепитию заняла не более пяти минут.
-Приглашаю всех отведать яблочный пирог, который испекла для нас Лариса Викторовна - провозгласил Иван пока Лариса рукой опытной портнихи- закройщицы нарезала пирог ровными долями.



    Окончание следует: http://proza.ru/2026/01/07/2151