Анна-Мария. Её новое Я

02 декабря 1941 года

Лондон, Великобритания

Анна Шёрнер - таковым было новое Я Анны Бернштейн-Дойл – родилась в Страсбурге, в Эльзасе, 11 октября 1922 года, в семье преуспевающего коммерсанта. Торговца… у неё сложилось впечатление, что отец чем только не торговал. Она была единственным ребёнком в семье – после очень тяжёлых родов её мама больше не могла иметь детей.

К тому времени Эльзас по условиям Версальского договора (крупнейшего акта государственного бандитизма со времён Третьего раздела Польши) уже четыре года находился под властью Франции.

Хотя родители Анны были коренными эльзасцами – и потому не подпадали под драконовскую дискриминацию французских расовых законов (ничем не лучше Нюрнбергских, которые будут введены в Германии полтора десятилетия спустя), к 1925 году давление со стороны Французской республики стало настолько невыносимым, что отец с семьёй были вынуждены эмигрировать в Германию.

Они осели в Берлине, где Анна познакомилась с немцами - эмигрантами из России. Они рассказывали такие ужасы о художествах большевиков, что в 1933 году 11-летняя Анна с энтузиазмом поддержала НСДАП – единственную силу, способную защитить Германию, Эльзас и Европу от большевистских орд.

Её отец предсказуемо стал горячим патриотом рейха, нещадно (и по делу) костерил Версальский бандитизм – в результате Анна поддержала и стремление Гитлера сотоварищи вернуть Германии отобранное у неё грубой силой.
 
Она твёрдо решила сразу по достижении совершеннолетия вступить в НСДАП и поступить на службу в СС-Хельферинен… но весной 1938 года скоропостижно скончалась её мама. Мама преподавала иностранные языки и литературу, поэтому Анна свободно владела немецким, английским и французским.

Отец быстро снова женился… на ирландке, с которой познакомился по бизнесу. Она поставила условие: они будут жить в Дублине. Любовь к женщине пересилила любовь к Германии …, и они переехали.

Мнения несовершеннолетней Анны никто не спрашивал; она приняла переезд в штыки, при первой же возможности сбежала из дома и вскоре поступила на работу… правильно, в бордель.

После начала Операции Барбаросса она решила помочь вермахту своим телом, однако русского языка она не знала; Германия слишком напоминала о покойной маме… поэтому она перебралась в Париж.

Легенда и документы были готовы; дело было за малым – перебраться в Париж и устроиться на работу в нужный публичный дом. И она уже точно знала, как это сделать.