Гл. 11. Начало и конец

Именно сейчас... Впервые в своей долгой жизни Иштен почувствовала, что перестает бояться. Она всегда была самой трусливой из детей: никогда не уходила далеко от дома, старалась держаться ближе к отцу и никогда не отпускала руки сестры-близнеца. И когда все покинули ее, то Иштен смогла войти в эту тьму лишь потому, что полное одиночество пугало ее больше вечного скитания, а поиск семьи давал ей хотя бы призрачную цель и зыбкую надежду.
Тогда она долго бродила в Хаосе, тряслась от страха, пока этот страх не стал ее неотъемлемой частью, пока он не стал для нее таким же привычным, как собственное тело. Тогда Иштен начала присматриваться к нему, изучать его, пытаться почувствовать, услышать... Она все бродила в Хаосе и не могла найти пути обратно, но она уже не была испуганным и потерянным ребенком, а скорее путешественником и исследователем.
Иштен помнила, как боялась потерять себя в этой тьме, какие усилия принимала, чтобы сохранить рассудок и драгоценные воспоминания о близких. Все ее чувства обострились до предела, она прислушивалась к каждому движению Хаоса, к каждому шороху его мысли, а потом... незаметно для самой себя, начала осознавать себя в нем, понимать, что и сама она, по сути, и есть он, как и он является ею, понимать, что они для чего они нужны друг другу, понимать, что, вопреки всему, у ее пути есть цель и есть конец пути... И в итоге, только сейчас, страх потеряться начал отступать. Она пришла к единственному верному выводу.
“Я та случайность, которую ты так долго ждал”.
Страшная тяжесть надавила на нее, дух ее начал метаться, разум боролся, сопротивлялся со страшной силой, хотя тело оставалось недвижимым. Что-то нависло над ней и душило - желало уничтожить, поглотить, вплести в общую нить стройного и бессмысленного существования. И тогда она увидела его, увидела его всего, всесильного и бесконечного. Он ждал ее, она чувствовала это, потому что и сама была им:
“Все произошло из тебя, и все вернется в Тебя. Пускай сейчас я умру, но это всего лишь один исход, я буду возвращаться снова и снова... Другая и прежняя одновременно, и так будет, пока предсказанное и неизбежное не исполнится. По воле твоей или моей”.
Иштен приняла свою смерть, а Хаос открыл глаза, взглянул на нее и улыбнулся...
Богиня резко подняла руку и судорожно коснулась груди, она снова была в пустоте, хотя точно помнила, как шла ко Времени. Она поднялась, ноги плохо держали ее, но она все же смогла встать и пойти вперед, часто встряхивая головой по пути, пыталась вспомнить, как же она оказалась в таком положении и почему же так ослабла.
Ноги подводили ее, и Иштен была вынуждена присесть, чтобы отдышаться и привести мысли в порядок. Сколько она не отгоняла туман в голове, он все никак не отпускал ее.
- Скоро моя память станет твоей… Я пыталась поглотить тебя, но ты победила, разорвала мои нити...
Иштен оглянулась и увидела женщину с невероятно длинными белыми волосами, заплетенные в толстую косу. Глаза у нее были также полностью белыми, без радужки и зрачков - одна белая пелена, и все же Иштен смогла разглядеть в них глубокую печаль и сожаление.
- Я родилась из его первой мысли, первая из его детей. Я так давно поддерживала порядок… И твоих родителей пропустила лишь из милости к сестре своей... Кто бы мог подумать, что таков будет мой конец. Хаос, наконец, смог сотворить творца, то, чего он так долго ждал… И будет новый мир… Из костей старого мира…
Богиня смотрела на Время, ожидая продолжения ее речи...
- Так тому и быть... Но, Богиня, каждая история циклична, побеждая, будь готова, что в будущем повергнут и тебя. Сохрани мои слова в глубине души своей… История всегда идет по кругу.
Иштен увидела, как рассыпается Время, ее длинные руки и ноги, острое лицо с большими и слепыми глазами - все тело медленно исчезало во тьме.
- Как же печально… Я не хочу уходить, не хочу, чтобы все исчезло, я не хочу оставлять Вечность одну... не хочу... Нельзя было пропускать их… Нельзя…
Тяжесть и страшная усталость в теле Иштен никуда не делись, но она нашла в себе силы встать, достать из кармана острый камень, что остался от Судьбы, и, пошатываясь, подошла ко Времени и обрезала ее волосы.
- Возвращайся домой. Твое последнее желание я исполню, ты и Вечность будите всегда вместе.
Время согнулась и заплакала, а потом рассыпалась без следа, лишь длинные сплетенные нити лежали во тьме, а их хозяйка растаяла во тьме, как когда-то появилось из нее.
Иштен вздохнула, взяла волосы Времени, расплела их, а потом аккуратно брала каждый камень из Вечности и вплетала его в белые нити, пока не получилось огромное и сияющие полотно.
Полотно Иштен плела долго, и все ее руки были сильно изранены от тонких нитей, и кровь с ее ладоней и пальцев окрасила нити, кровь засохла, и когда Иштен осмотрела оконченную работу, то увидела, что оно было таким же темным, как сам Хаос, но в этой тьме сияли бессмертные и прекрасные камни, звезды, каждый из которых старался быть красивее, чем другой.
Девушка присела и несколько столетий любовалась своей работой, а потом... Совершенно неожиданно... Она начала слышать ее... Пусть отец и говорил обратное, но Вечность оказалась великолепным собеседником и множество голос сливались в один, нужно было только прислушаться.
Вначале у Вечности не было единого голоса - все голоса снов сливались в непрерывный поток, словно множество источников объединяются в быструю реку, вот так говорила Вечность, а девушка слушала ее, не стараясь расслышать, а просто подчинялась и отдавала себя этому течению, этому голосу, зовущему себя Мудростью.
Когда Иштен отдохнула и Мудрость закончила говорить с ней, Богиня подняла полотно и встряхнула его, так сильно, чтобы оно поднялось как можно выше. Теперь в Хаосе было небо, но Свет все еще не родился, и у Иштен был еще долгий путь впереди.
- Подожди, побудь со мной еще немного…
Что-то упало на нос Ишетен и она увидела, что Мудрость, заплакала, потому что, наконец, у нее получилось быть услышанной. Богиня стояла и улыбалась, она не знала, как сильно изменилась за время путешествия и как вода подчеркивала эти изменения: плечи Богини стали чуть шире, лицо похудело и заострилось, а волосы отросли до пят и спадали на гибкую спину темной волной с редкими седыми локонами - в ней соединились два тела, матери и отца, две сущности стали одной, но... особенно, были заметны ее плотно закрытые глаза.
Она не знала, что забыла поднять веки, ведь видела Иштен сейчас даже лучше, чем когда глаза ее были открыты. Теперь она замечала каждую жилку во тьме, видела ее биение и жизнь, что течет по этим сосудам, она видела истинное тело  Хаоса… И видела все, что было в нем и все, что будет, потому что времени больше не было, никто больше не делил историю на прошлое и будущее - все стало одним и, по своему лишь желанию, Иштен могла оказаться где угодно.
Богиня вздохнула и продолжила идти, была еще одна дочь Хаоса, с которой ей нужно было встретиться...