de omnibus dubitandum 155. 304

ЧАСТЬ СТО ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ (2020-2022)

Глава 155.304. СТОРОННИКИ «ЕВРЕЙСКОЙ ТЕОРИИ» ЛИКУЮТ…

    Ну, да Бог с ними, с датчанами пишет далее Алексей Аксельрод. Нехорошие пересуды, разумеется, доходили до ушей Екатерины, которая в 1726 г. решила положить им конец и издала указ, грозящий смертной казнью всем, кто будет уличен в распространении сих грязных сплетен (в указе – «за непристойные и противные слова против персоны Её Императорскаго Величества»). Этот указ оставался в силе больше века – вот почему изучать происхождение Екатерины Первой в России было далеко небезопасно.

    Шведская версия, как теперь выясняется, базировалась на письме некоего пастора Гельстадиуса от 29.07.1725 г. (оригинал письма найден совсем недавно, в середине 80-х гг. прошлого века, в недрах Уппсальской библиотеки; это письмо – ответ на запрос из России, датированный тем же 1725 г., т.е. временем единоличного царствования Екатерины {на самом деле Кристианы Эбергардины Бранденбург-Байрейтской (нем. Christiane Eberhardine von Brandenburg-Bayreuth; 19 декабря 1671, Байройт — 4 сентября 1727, Преч) — супруги Августа II Сильного, курфюрстины саксонской, с 1697 года титулярной королевы Польши.
Единственной (на самом деле старшей дочери - Л.С.) маркграфа Кристиана Эрнста Байрейтского и его супруги Софии Луизы Вюртембергской, дочери герцога вюртембергского Эберхарда III. Кристиана Эбергардина вышла замуж в 21 год 10 января 1693 года в Байрейте за будущего курфюрста Саксонии Фридриха Августа I. Вскоре стало очевидным, что брак был заключён только по политическим мотивам. Единственный сын Кристианы и Августа - Август (Август III Саксонец, ставший фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности с 10.12.1706 года клоном лжеАлексея Петровича, якобы царевича, сына настоящего Петра Алексеевича, 29.6.1665 г.р. — король польский и великий князь литовский с 30 июня 1734, курфюрст саксонский с 11 февраля 1733 как Фридрих Август II – Л.С.), племянник клона лжеПетра, родился три года спустя в Дрездене – Л.С.}.

    В письме сообщается, что отцом Катерины считается квартирмейстер Эльфсборгского полка Иоганн Рабе (сын пришлого НЕМЦА Рейнгольда Рабе, или Раабе; заглавные буквы мои – Л.С.) родом из Гермюннаведа, провинция Вестерготланд. Около 1674 г. И. Рабе вместе с полком оказался на континенте (в Германии и Лифляндии), где женился на вдове рижского чиновника Елизавете Моритц. По возвращении полка в Швецию И. Рабе поселился в родном Гермюннаведе, где и родилась девочка (ее имени пастор не называет). После того, как квартирмейстер скончался, двукратная вдова, оставшись без содержания, вернулась с дочкой в Лифляндию.

    По задокументированному сообщению взятого в плен под Полтавой пастора Нордберга, приближенного шведского короля Карла 12-го, Елизавета, продолжает Алексей Аксельрод вернувшись на родину и имея на руках новорожденного сына, сдала старшую по возрасту дочку, как утверждает Аксельрод, КАТЕРИНУ (заглавные буквы мои – Л.С.) в сиротский дом в Риге, откуда девочку перевели на Ревельское подворье, где ее и присмотрел пастор Глюк.

    Для меня в этой истории, удивляется Алексей Аксельрод, остается неясной связь Елизаветы Моритц с семейством Василевских. Одни исследователи (например, Н.А. Белозерская. Происхождение Екатерины Первой, Исторический Вестник. №1. 1902), считают вдову квартирмейстера пятой сестрой Вильгельма Гана, речь о котором шла в донесении П.М. Бестужева-Рюмина. Однако в донесении упоминаются четыре сестры, а о пятой – ни слова. Другие «искатели», игнорируя Василевских, проводят знак равенства между семействами Рабе (нем. «ворон») и Сковронских (жаворонок), полагая, что фамилию Rabe, по прибытии жены квартирмейстера в Лифляндию, переиначили на польский лад сначала в Gawron-ski (грач, ворон), а затем в  Skowron-ski. Хотя случаи перевода иностранных фамилий на «родной язык» в ту пору действительно имели место, это предположение кажется мне маловероятным.

    В недрах Уппсальской библиотеки нашелся еще один, ОЧЕНЬ ВОВРЕМЯ - Л.С. к сожалению, анонимный документ, гласящий, что девочка по имени КАТЕРИНА (заглавные буквы мои – Л.С.) родилась у четы И. и Е. Рабе в 1682 г., а ее отец скончался года через два после ее рождения - в 1684 г.

    Сторонники «еврейской теории» ликуют. Рабе, ясное дело, происходит из многочисленного клана Рабиновичей, а фамилия вдовы – Моритц – типично еврейская! Поистине «евреи, евреи, кругом одни евреи»!

    На это я замечу, добавляет Алексей Аксельрод, что семейное имя Рабе действительно может иметь еврейские корни (от «рабби» - раввин), но с таким же успехом его можно отнести как к типично немецким, так и эстонским фамилиям (rabe по-эстонски «ломкий, хрупкий, рыхлый»), тем более что пастор Гельстадиус прямо говорит о немецком происхождении квартирмейстера. То же относится и к фамилии Моритц – ее носили и носят как евреи, так и неевреи (преимущественно немцы) примерно в равных долях.

    Если же исходить из бестужевского донесения,  - вещают сторонники еврейства, - то и здесь всё ясно: Вильгельм Ган (Wilhelm Hahn) – по происхождению еврей, поскольку его фамилия (нем. Hahn – «петух», «курок», «топорище») восходит к еврейскому роду Ганов, известному с 16 века, когда «петухи» объявились в Юденгассе – еврейском квартале Франкфурта-на-Майне, а затем мигрировали в Ковенскую область ВКЛ, Курляндию и Лифляндию. По П.М. Бестужеву-Рюмину, В. Ган выдает своих дочерей: Катерину-Лизу – за «еврея» Яна Василевского, Дороту – за безымянного (в донесении П.М. Бестужева личное имя не указано, зато указано, что он – католик!) «Сковоротского/Сковородского/Сковароцкого», Марию-Анну – за сына Яна  Василевского (тоже Яна).

    Опять-таки нахожу эти «еврейские» конструкции небезупречными, вставляет свою реплику Алексей Аксельрод, поскольку фамилия Hahn весьма распространена и в чисто немецкой среде. С 18 века известен дворянский род Ганов, происходивших из Мекленбурга, и поселившихся в Прибалтике (остзейские бароны фон Ган). Я лично знал пишет он высокопоставленного немецкого дипломата Отокара Гана (Otоkar Hahn), которого бестактно спросил, откуда у него чешское имя Отокар. О. Ган в ответ тактично поправил меня: Отокар –  популярное в средневековой  Богемии имя, восходящее к древнегерманскому антропониму Одоакр; предки О. Гана, по его словам, в незапамятные времена поселились в Богемии, однако бежали оттуда в Германию, спасаясь от бедствий Тридцатилетней войны.

    А теперь вернемся к детям Самойла и Доротеи «Сковоротских», которые стали сиротами после кончины родителей от чумы, поразившей Лифляндию во время русско-шведской войны (даты смерти родителей не установлены). В вышеупомянутом докладе П.М. Бестужева-Рюмина сообщается, что означенная «третья дочь Катерина жила в Крейсбурхе (современный Крустпилс, Латвия – Л.С.) у тетки своей Марии-Анны Веселевской»; когда девочке исполнилось 12 лет, ее взял к себе в Мариенбург (ныне Алуксне, Латвия) и усыновил пастор (по фамилии то ли Глюк, то ли Глик – тоже еврейская фамилия, скажут поклонники «еврейства» Екатерины). В биографии барона Отто фон Рейнгольда есть упоминание о прачке (Badendiek) и по «совместительству»  приемной дочери (Pflegetochter) пастора Глюка, взятой вместе с пастором в плен русскими войсками.

    Далее довольно точно известно, что наша 14-летняя героиня, побывав в лапах, уточняет русофоб Алексей Аксельрод даже не скрывая этого, русского гренадера (или замужем за шведским драгуном), становится наложницей фельдмаршала Б.П. Шереметева, армия которого заняла Мариенбург в 1702 г. После бурного романа с А.Д. Меншиковым, сыном Павла Менезия, девушка попадает в поле зрения самодержца и, начинает рожать тому детей.

    Ее письма, адресованные Петру Алексеевичу {на самом деле клону лжеПетра [Исаакию (Фридриху Петеру Гогенцоллерну)] (фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.) получившему в дальнейшем титул Петра I – Л.С.} и датированные 1704 и 1705 гг., подписаны скромно – «Катерина». В записке Петра Первого {на самом деле клона лжеПетра [Исаакия (Фридриха Петера Гогенцоллерна) – Л.С.] (фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.) получившего в дальнейшем титул Петра I – Л.С.} от 5 января 1708 г. (царь отправлялся тогда в действующую армию) читаем (на каком языке писал этот полунемец, полушвед, такой же немке? - Л.С.): «Ежели что мне (т.е. со мной – Л.С.) случится… 3000 рублёв… отдать Катерине Василевской с девочкою…».

    Справка: будущая царица-протестантка приняла православное вероисповедание, а с ним и отчество «Алексеевна» (по имени своего якобы крестного отца=собственного сына-протестанта Августа III, якобы царевича Алексея, Брак клона лжеПетра и Кристианы Эбергардины Бранденбург-Байрейтской совершился 19 февраля 1712 года, во время которого она получила свое новое имя Екатерина. В 1724 году Екатерина была коронована самим клоном лжеПетра и получила отчество Алексеевна по имени якобы царевича Алексея Петровича впоследствии казненного (на самом деле 15-летнего Августа III Саксонца – Л.С.) в первой половине марта 1708 г., а вот имя ЕКАТЕРИНА оказалось ее «настоящим» именем и, понятно, уточняет Алексей Аксельрод никем не менялось. Но почему «Василевская», а не «Сковоротская»?

    Это ведь, повторюсь, лицемерно уточняет Алексей Аксельрод, тети Катерины по материнской линии, дочери Вильгельма Гана, вышли замуж: одна, старшая - за некоего Яна (Ионуса) Веселевского (так - в донесении всё того же П.М. Бестужева-Рюмина), другая, младшая – за его сына, тоже Яна. У этой, другой, тети маленькая Катя прожила до 12 лет, и фамилии родителей, возможно, не помнила. А вот средней сестре, Христине (по мужу - Гендерберг), она была известна. Правда, в 1721 г., безаппеляционно заявляет Алексей Аксельрод, Христя назвалась Сковоротской, а в 1725 г.  - Сковрощанкой.

    Вообще говоря, средняя сестра Христина оказалась довольно энергичной особой: когда царь с царицей приехали весной 1721 г. в Ригу, она добилась высочайшей аудиенции – это случилось 28 марта – и была с некоторым равнодушием и даже неохотой «признана» младшей сестрой, пожаловавшей сестренке 20 «червонных». Царь {на самом деле клон лжеПетра [Исаакий (Фридрих Петер Гогенцоллерн) – Л.С.] (фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.) получивший в дальнейшем титул Петра I – Л.С.} тогда заинтересовался родственниками супруги. В записках от 15.12.1722 г. и 25.02.1723 г. на имя тогдашнего губернатора Лифляндии князя Н.И. Репнина Петр {на самом деле клон лжеПетра [Исаакий (Фридрих Петер Гогенцоллерн) – Л.С.] (фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.) получивший в дальнейшем титул Петра I – Л.С.} повелел «сыскать крестьянина Карла Сковоротского, его жену и детей и известиться о фамилии и роде его».

    «Птенцы гнезда Петрова», читай сотрудники спецслужб, выполнили повеление суверена: в переписке имперского кабинет-секретаря А.В. Макарова с Н.И. Репниным мы обнаруживаем упоминание о «лифляндском обывателе, именуемом Карл Сковоронский». Замечательна характеристика, данная князем Репниным родне Екатерины: «люди глупые и пьяные». Осенью 1723 г. семью Карла привезли в Северную столицу империи, где с нею познакомился сам «великий государь», пообещавший «сделать из Карла человека». С остальными родственниками жены, царь встречаться не пожелал, возможно, из-за охлаждения отношений с венценосной супругой (на самом деле все гораздо прозаичнее, не царское это дело...).

    Ситуация изменилась летом 1725 г., после кончины императора. Христина Сковрощанка обратилась к Н.И. Репнину со слезным письмом, в котором, в переводе с польского (стало быть, повторимся, безаппеляционно заявляет Алексей Аксельрод, польский - ее родной язык!), читаем: «…я бедная сирота, мою сестру Всевышний возвел в императорский сан; мы же остались в крайней бедности на земле г-на майора Вульфеншильда, который обращается со мной как с крестьянкою и обижает меня… Не откажите в совете, каким образом мне можно поклониться Её Величеству…»

    Н.И. Репнин не отказал, и Её Величество повелела собрать всех своих близких родственников в Риге. Братьев Карла с семьей и Фрица, ставшего Фридрихом, а потом, наконец, Федором, без жены, слезно упросившей не везти ее с детьми к императрице, сестер Христину и Анну с мужьями и детьми, собрали вместе и из Риги привезли 21 февраля 1726 г. сначала в «мызу», а потом - в еще недостроенный тогда Стрельнинский дворец. Через год с лишним, 6 мая 1727 г., умирает императрица, а еще через три дня – 9 мая - братьям Карлу и Федору выдаются дипломы на графство, подписанные императором Петром Вторым. Не были забыты и сестры, возведенные их царственным племянником в дворянское сословие. Вся екатерининская родня была материально обеспечена.

    Тогда, заявят сторонники «еврейской концепции», почему, по свидетельствам очевидцев, Екатерина имела смуглую кожу и черные вьющиеся волосы? Отвечу по-одесски: а почему ее дочка, императрица Елизавета Петровна (на самом деле Исаакиевна, внебрачная дочь, а в историческом контексте и литературе — «байстрючка» в фольклорном, просторечном варианте в России, иногда с оттенком "божьего дитя", Богдана/Богданушка. Привенчанная — происходящая от одних родителей, но до брака рожденная, а затем в нем признанная – Л.С.) была, как свидетельствовали те же очевидцы,  рыженькой? Да и вела себя государыня как-то не по-еврейски: свинину ела, вино пила, причем неумеренно, и даже антисемитский указ (об изгнании евреев из пределов империи), состряпанный подлецом Алексашкой Меншиковым, сыном Павла Менезия, подмахнула не читая!

    Подводя итоги, смею утверждать, что вторая супруга Петра Великого {на самом деле клона лжеПетра [Исаакия (Фридриха Петера Гогенцоллерна) – Л.С.] (фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.) получившего в дальнейшем титул Петра I – Л.С.} с самого рожденья носила имя Катерина (или на немецкий лад - Катарина, или на польский - Катажина), что никакой Мартой она себя никогда не именовала, естественно она с рождения слышала и сама говорила - Кристиана Эбергардина, а ее еврейское происхождение никем не доказано.

    Титул графа Российской империи Карл получил не от Петра Первого {на самом деле клона лжеПетра [Исаакия (Фридриха Петера Гогенцоллерна) – Л.С.] (фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.) получившего в дальнейшем титул Петра I – Л.С.}, как можно понять из замечания Виктора Сапожникова, а от его сына, Петра Второго {на самом деле Внука клона лжеПетра [Исаакия (Фридриха Петера Гогенцоллерна)], якобы сын царевича Алексея Петровича (а на самом деле Августа III Саксонца, ставшего фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности); с 10.12.1706 года клоном лжеАлексея Петровича, якобы царевичем, сыном настоящего Петра Алексеевича, 29.6.1665 г.р. — имевшего титулы короля польского и великого князя литовского с 30 июня 1734, курфюрста саксонского с 11 февраля 1733 г. отразившегося в истории как Фридрих Август II – Л.С.)  и Натальи Алексеевны (урожд. принцессы Брауншвейг-Вольфенбюттельской Шарлотты-Христины-Софии) родился 12 октября 1715 г. Вступил на престол в 1727 г. по завещанию Императрицы Екатерины I, коронован 7 марта 1728 г.}