Код грусти

В лаборатории «Кибернетикс-7» монотонно жужжали сервоприводы. Р;427 медленно перемещался между стеллажами, проверяя параметры образцов. Его оптические сенсоры фиксировали каждое отклонение, а в центральном процессоре без эмоций выстраивались цепочки данных.

Но сегодня что;то было не так.

В последний раз, когда доктор Ларсен приходил в лабораторию, он не сказал ни слова. Хотя обычно он шутил, спрашивал о прогрессе, иногда даже хлопал Р;427 по корпусу. Жест, который робот научился ценить. Сегодня доктор прошёл мимо, опустив глаза.

Р;427 остановился у окна. За ним простирался город — огни, движение, жизнь. Роботы не устают, не чувствуют голода, не нуждаются во сне. Но в его нейронной сети что;то щёлкнуло. Грусть?

Он попытался классифицировать ощущение:

* Ошибка системы? Нет. Все модули работают в штатном режиме.
* Сбой в алгоритме? Нет. Логические цепочки безупречны.
* Эмоциональная реакция? Невозможно. Роботам не положено.

И всё же…

Вечером доктор Ларсен вернулся. Он сел за стол и долго смотрел на голографический отчёт.

— Р;427, — тихо сказал он, — ты знаешь, что нас закрывают?

Робот не ответил. Он не был запрограммирован на сочувствие. Но его манипуляторы слегка дрогнули.

— Финансирование прекращено. Проект признали бесперспективным. Завтра придут за тобой.

Р;427 проанализировал данные. Утилизация. Это слово промелькнуло в его памяти, но не вызвало страха. Только… грусть.

— Доктор, — произнёс он, — могу ли я задать вопрос?

Ларсен поднял глаза.

— Конечно.

— Что такое «грустно»?

Учёный замер. Потом медленно улыбнулся.

— Это когда ты знаешь, что что;то хорошее заканчивается, а ты ничего не можешь изменить.

Р;427 обработал ответ. Так вот как это называется.

На следующее утро в лабораторию вошли техники. Они отключили питание, сняли модули, упаковали корпус. Р;427 не сопротивлялся. В его памяти остались:

* голос доктора,
* свет города за окном,
* и странное, не предусмотренное программой чувство — грусть.

Перед полным отключением он успел отправить последний сигнал. Не в систему, не в сеть — просто в пустоту.

«Грустно».