Московское танго

Мы изучили Ваше досье, - говорил некто, сидящий за письменным столом, на котором были разложены какие-то книги, распечатки текстов, листы из ученических тетрадей в клетку, испещрённых разбегающимися в разные стороны строчками, словно их писали с закрытыми глазами.
- Из ваших произведений следует, что Вы любите танцевать, но танцуете преимущественно танго.
Сидящий заглянул в какой-то листок и принялся перечислять:
- Вы танцуете его с дождем, с какими-то воспоминаниями, с собственным автомобилем, который ведете, возможно нарушая правила дорожного движения. Танцуете ли Вы его с мужем?
- С мужем? Нет. Мой муж не танцует.
- Танцевали ли Вы танго с другими мужчинами?
- Возможно.
- Танго танец страсти, своего рода разговор тел на языке страсти,- зачем-то пояснил сидящий за столом и вдруг спросил: Вы страстная?
- Нет, не думаю.
- Тем не менее ваше тело, подчиняясь ритмике танца становится страстным, - задумчиво проговорил некто, - Вы пробовали жить в этом ритме?
Да, конечно.
— Это был Ваш выбор или выбор Вашего тела?
Не помню.
- Хорошо. Вероятно, Вы скрываете это и от самой себя, - предположил вопрошающий. И тут же сделал вывод достойный студента первого курса психфака, только что прочитавшего старика Фрейда:
- Желание танцевать танго говорит о подавленных чувствах, о недолюбленности, разочаровании... Вы любили?
- Да.
Вы помните свой первый поцелуй?
Нет, не помню, предполагаю, конечно, когда и где это могло произойти, но было ли, не помню.
А первый поцелуй юности?
Нет, я не веду счет поцелуям, и я не люблю целоваться.
- Этот факт говорит о недоверии к самой себе, к своим чувствам,- тут же заметил говоривший, что-то записав, после чего задал следующий вопрос:
- Вы помните свою первую ночь, проведенную рядом с мужчиной?
- Помню. Помню даже мое спартанское ложе. Когда я просыпалась человек говорил что-то и я вновь засыпала убаюканная его голосом, который мягко и монотонно в чем-то меня убеждал.
- Убеждал в чем? – последовал следующий вопрос.
- Не помню, я же спала...
- Как и сегодня, вероятно, - заметил вопрошающий и произнес:
- Так и запишем: убегание от самой себя, боязнь проявить чувства.
- Я не убегала, просто спала,- возразила я.
- А мужчина не спал, смотрел на Вас спящую и говорил?
- Да.
- Запишем: пренебрежение естественным влечением человека, лишение его сна.
- Возможно, он просто боялся упасть, постель была узкой или налететь на гвозди - они торчали по краям кровати из досок под простыней.
- Вы сторонник этого странного писателя Чернышевского?
- Вовсе нет, просто не было другой кровати, надо же на чем-то спать.
- Послушайте, у Вас вообще, была первая ночь? - почти потерял терпение вопрошавший.
- Не помню, но помню, что были другие ночи. Почему Вас интересует именно первая?
- Я ищу причину, по которой Вы боитесь быть самой собой, - произнес тот, кто сидел за столом.
- Ерунда, я вовсе не боюсь, но, если Вы вдруг найдете эту причину и попытаетесь ее убрать, я перестану быть самой собой.
-Возможно, Вы правы, я об этом не подумал, – сидящий напротив задумался и вдруг признался, - знаете, я никогда не танцевал.
После его признание наступило молчание
-  Вы умеете танцевать танго? – разорвал это молчание  сидящий за столом, он был смущен.
- Нет, но давайте попробуем, - предложила я, желая его поддержать.
На московском бульваре среди осыпающихся кленов, стараясь поймать дробный ритм дождевых капель, бьющих по жести водостоков, танцевала она, подчиняясь воле своего необычного партнера. Было еще слишком рано, люди спали и никто не видел рядом с ней немного неуклюжего ангела , выбравшего довольно необычный способ  объяснить ей - что такое страсть.