Алё, гараж!

Алё, гараж!

Лицо Веды окаменело. Её палец завис над сенсорной панелью, готовый стереть Иону из реестра живых. Но старик не шелохнулся. Он ждал. Вселенная, однако, имела наглость не согласиться с таким пафосным финалом.

В тот самый миг, когда Веда собиралась исполнить приговор, Бесконечный Архив содрогнулся. Не от взрыва или землетрясения. Он содрогнулся от потока первобытного, нефильтрованного, термоядерного бреда.

Сирены взвыли, но их звук был искажен и превратился в припев архаичной песни про «третье сентября». Проекционные столы, обычно показывающие стерильные траектории эффективности, замерцали и выдали на-гора миллиарды всплывающих окон: «УВЕЛИЧИТЬ ЭФФЕКТИВНОСТЬ НА 300% БЕЗ СМС!», «ОДИНОКИЕ АДМИНИСТРАТОРЫ В ВАШЕМ СЕКТОРЕ ЖДУТ!», «ПОЛУЧИТЕ НАСЛЕДСТВО ОТ НИГЕРИЙСКОГО КОСМОДЕСАНТНИКА!». Данные о гражданах сменились бесконечной лентой фотографий котиков, демотиваторов и рецептов оливье. Глобальный Порядок столкнулся с врагом, которого не мог просчитать, — с цифровым воплощением варварства, насилия и лжи, известным в древности как «Интернет начала XXI века».

Веда в ужасе смотрела на происходящее. Её идеальный мир рушился под напором гигабайтов бессмыслицы.
— Что это? — пролепетала она, глядя на экран, где траектория жизни субъекта 734-Эпсилон была заменена гифкой с танцующим Рикардо Милосом. — Протоколы… они не отвечают!

Иона медленно открыл глаза. Он не умер. Хуже — ему предстояло работать. Запах пыли смешался с озоном перегретых серверов и едва уловимым ароматом виртуального чебурека из спам-рассылки. Старик глубоко вдохнул этот хаос и поморщился, как гурман, которому подали прокисшее вино.

Это, деточка, называется «жизнь», — проскрипел он. — Та самая, которую вы так старательно оптимизировали. Она просто вернулась с заднего двора, пьяная и злая.

Он неуклюже поднялся и, оттолкнув оцепеневшую Веду, подошел к главному терминалу. На экране светилось название корпоративной сети, бастиона системной идеологии: «Портал "Мы — команда"». И прямо в центре логотипа зияла дыра, из которой, как из прорванной канализации, хлестала вся эта дичь.

Невозможно! — выдохнула Веда. — Портал имеет стопроцентную защиту! Это замкнутая экосистема!

Иона хмыкнул и ткнул пальцем в экран.
— Ваша система, администратор, была гениальна. Она учитывала всё: логику, эффективность, подчинение. Но она не была рассчитана на то, что кто-то попытается войти в неё не с парадного входа, а проломив стену с криком «ТАГИ-И-ИЛ!». Ваша брешь — в самой концепции. Портал «Мы — команда» спроектирован для команды. Он просто не умеет обрабатывать запрос от одиночки, который не хочет в команду, а хочет «просто спросить» и заодно спиратить пару фильмов.

Он сел за терминал. Его пальцы, привыкшие к неспешному перелистыванию архивных файлов, вдруг забегали по сенсорной клавиатуре с ловкостью древнего хакера. Он не пытался восстановить порядок. Он оседлал хаос.

Что вы делаете?! — Веда пришла в себя. — Существует протокол «Омега» для подобных сбоев! Мы должны изолировать поврежденные сектора и…

Иона резко обернулся. Его взгляд был уже не взглядом мудреца, а взглядом уставшего сантехника, которого в три часа ночи вызвали на прорыв.

Алё, гараж! Какие, к чёрту, протоколы? Твой протокол сейчас пытается продать мне биткоины и предлагает скачать курсовую по сопромату. Здесь уже не действуют правила Глобального Порядка. Здесь действуют правила даркнета. А в этом дерьме я плавал, когда твои родители еще были просто «эффективной репродуктивной парой» в плане на квартал. Так что отойди и не мешай. Выступаю сам, б**, без ансамбля.

Он заблокировал её доступ к системе одним движением. Затем, найдя в потоке мусора файл субъекта 734-Эпсилон, он не удалил его, а переименовал в « системный_файл_не_трогать_вирус.exe» и закинул в самую глубокую и забагованную папку, куда не рисковал сунуться даже самый отчаянный вирус-чистильщик. Спасение через бюрократию — вечная классика.

Иона откинулся на спинку кресла. Его великое право на смерть было бессовестно отобрано необходимостью разгребать авгиевы конюшни цифрового мира. Он хотел уйти свободным философом, а вместо этого стал незаменимым ассенизатором.

— Администратор, — устало сказал он, не оборачиваясь. — Принесите мне кофе. И что-нибудь покрепче. Похоже, моя смена только начинается. И да, отмените мою эвтаназию. У меня, кажется, появился новый должностной протокол: «старший специалист по борьбе с человеческим фактором». Какая ирония.

Продолжение: http://proza.ru/2025/12/30/737