Шторки, полочки и боль под новый год

   Сейчас, когда  Митька, действительно, влюбился, он вдруг через много лет понял, как Галке, его первой жене, было больно, когда он стал юлить, уходя вечерами к другой женщине. Не просто к другой, а к той, которую любил со школы.

  Ульяну он впервые увидел в школьном коридоре, заканчивая 10-й класс, обратив внимание на ее кудрявую, необычную копну волос на голове. Так и тянуло запустить руки в ее шевелюру. Ну, а когда он увидел ее, широко раскрытые голубые глаза, то просто пропал.
- Очевидно, новенькая подумал он тогда, - иначе бы заметил миниатюрную кудряшку.
 Откуда Он мог знать, что девчонка далеко не школьница, а учительница английского языка, преподающая в младших классах.
 Мало того у нее есть дочь, хотя Уля была всего на шесть лет старше него.

Конечно, молодая учительница, нравилась многим старшеклассникам, поэтому на Митькин влюбленный взгляд она просто не обращала внимания, хотя всегда отвечала на его растерянную улыбку, пробегая в учебный класс.

 Митя серьезно занимался плаванием, входя в сборную страны и, конечно же продолжал тренироваться после окончания школы, поступив в институт физической культуры и спорта, а Уля иногда появлялась в его снах. Он мечтал, что наступит время, когда она станет его женщиной.
 
   А затем подошла служба в Армии в спортивной роте. Времени для женщин не было, тем более, что он их стеснялся, а порой и боялся.
 В силу обстоятельств Митя все же познал тепло женщины, когда к ним в роту приехала его сестра вместе с подругой, у которой брат Артем тоже служил вместе с ним. Это была его первая близость, от которой мужчина вообще не был в восторге.

  Галка оказалась веселой, смелой и, не смотря на маленький рост и детское выражение лица с выступающими щечками на скулах, рассуждала по-взрослому, поскольку после смерти матери, несла ответственность за младшего брата.
 Она с трудом доставала до Митиного плеча и, когда, вернувшись из Армии, их отношения продолжились, он как-то бережно относился к женщине, хотя трепета в душе не было. И, если бы он после тренировки не заходил с братом Гали к ним домой, то, наверняка, бы и встреч никаких не было.

 Учитывая строгий нрав Митькиной мамы, его тянуло к Артему с Галей, которые жили в коммунальной квартире, где всегда можно было поговорить на любую тему и послушать хорошую музыку.
  Галя все больше привязывалась к нему, а он оставался ночевать у них, засыпая в объятиях женщины.
 Все изменилось после того, как неожиданно вечером, возвращаясь домой, он встретил возле своего дома Ульяну с такой же кудрявой девочкой, как она сама, отчего Митька догадался, что это ее дочь.
 
 Он помнил, как споткнулся неуклюже, приближаясь к ним, как трепыхалось его сердце и тело покрылось потом. Оказывается, его школьная, безответная любовь вспыхнула в нем, именно сейчас, познавшего не так давно близость с женщиной.

 - Диша, - так называла его Уля, - ты так возмужал, просто красавец, хотя ты всегда ним был, но, очевидно, просто повзрослел. Ну, надеюсь еще не женился, - восхищалась ним женщина.

- Заходи в гости к нам с Маришей как-нибудь, ведь мы совсем недалеко живем от твоего дома и теперь уже только вдвоем, без мужа -  предложила Уля, прощаясь.

  После этой встречи ему совсем не хотелось заходить домой к другу, где его ждала Галя. Через неделю она сама позвонила ему и попросила приехать для серьезного разговора.
  Когда женщина сообщила ему, что беременна, он почувствовал  в тот момент, что у него вот-вот остановится сердце от сознания того, что он хочет быть только с Улей и только с ней, несмотря на то, что она старше на шесть лет и ее дочь уже школьница.
  Сестра Мити, узнав новость о ребенке, тут же стала уговаривать его жениться, убеждая, что Галка не просто порядочная и любящая женщина, но еще и очень надежная, и верная. Мало того прекрасно печет торты.
 
  Диша же в это время часто и подолгу разговаривал по телефону с Улей, коротая вечера после тренировки, понимая, что не любит Галю, но и отказаться от своего ребенка он тоже не мог.
  Конечно же, в одном из разговоров с Улей по телефону он сообщил, что у него весной родится сын, поэтому он обязан жениться. При этом спросил может ли он ей звонить.

 -  Ну, вы мужчины все в своем репертуаре, но я не против, ответила женщина и добавила:

 -  Хотела попросить тебя научить дочку плавать так, что заходи на досуге.

   Мать категорически была против женитьбы на женщине старше, хотя всего то на четыре года, не подозревая, что он то любит совсем другую женщину, к тому же еще старше Гали.
  Сестра не переставала утверждать, что Галя – его судьба, поскольку они еще и родились в один день на рождественские праздники шестого января.
 Поженились они сразу после Нового года, вступая в новую жизнь, как мечтала Галя.

 Мысли об Ульяне не покидали Дишу. Ему безумно хотелось к ней прикасаться, занурившись в ее кудри.

  Но он не мог не купать сынишку, вызывающего бесконечные эмоции, глядя, как малыш хватает ротиком водяные брызги, отскакивающие от ванночки, причмокивая губами.
 
  Но сразу после купания ребенка Митя находил предлог, чтобы пойти к матери, хотя на самом деле он торопился к Уле не в силах удержаться от притяжения к ней.
  Он стал брать с собой на тренировки Маринку, дочь Ули. Девочка легко усваивала движения в плавании, быстро овладев стилем «кроля». Марише нравилось называть его Митькой, и они как-то быстро подружились.
 
  Возвращаясь домой вечером к купанию сына, он все больше чувствовал себя виноватым перед Галей и каждый раз отводил взгляд, когда она пыталась выяснить, почему он так поздно приходит. Жена все чаще не просто спрашивала, а начинала громко кричать, размахивая дрожащими руками перед его лицом. Он молчал, отчего она заводилась еще больше.

  Разговор о разводе он начал после того, как не пришел на ночь домой, оставшись у Ульяны.
 Истерика у жены была пугающей со слезами и проклятиями, чего он никак не ожидал от образованной женщины, которой за тридцать. Самой пугающей угрозой было то, что Галя обещала запретить ему видеться с сыном.

  И еще – Митька не мог слышать, как истерически она рыдает, выкрикивая, что проклянёт весь род его любовницы. В такие минуты ему было страшно за нее, подозревая, что Галя способна на любую пакость лишь бы удержать мужа.
 
 В итоге помогла сестра Диши, дружившая с Галей и, убедившая ее, что Митька будет помогать с ребенком, по-прежнему его купать, гулять с ним лишь бы они только цивилизованно развелись, поскольку брат по-настоящему любит Ульку не в состоянии жить на два дома, считая это нечестным.

  Мать, узнав о разводе, как обычно кричала, что Митька неудачник, слюнтяй, не разбирающийся в женщинах, меняя шило на мыло.
 
 Его мозги отказывались что-то понимать, когда он стал жить с Улей и ее дочерью. До него не доходило, почему не предупредив, появлялся бывший муж, обещавший перестать выпивать, лишь бы ему Уля разрешила вернуться в семью, которую он безумно любит.
 Женщина со скандалом выгоняла бывшего мужа, убеждая, что это бессмысленно, поскольку алкоголизм – это болезнь на всю жизнь.
 
Но тем не менее, когда Сергей все же опять приходил и дарил Уле колечко или браслет при Дише, она принимала драгоценности и позволяла себе с ним кокетничать, провожая до двери со словами:

 - Ну, повидался с дочкой и давай домой, а то родители переживают.

 Бывший муж был из интеллигентной семьи, отец которого был известным композитором и поэтом, не позволяющим себе спиртное. Слыл порядочным семьянином, вращаясь в кругу публичных людей, не понимая образ жизни своего сына.

  В отношениях Ули с Митей начались качели: то женщина требовала, чтобы он на ней женился официально, а он тянул, поскольку бывшая жена тут же запретила бы ему навещать сына. А, когда Диша предлагал расписаться, Уля утверждала, что наступили времена, когда она должна расти и уходить из школы, пытаясь устроиться в какую-то зарубежную фирму, где нужны переводчики и ей не до замужества.
 
  Дишу тем временем отчислили из сборной страны, и он был в поисках работы.
 Начались проблемы с деньгами. Нужно было помогать бывшей жене с сыном и приходить в новую семью не с пустыми руками.
 Отвлекали от проблем занятия с Улей по английскому языку, которая утверждала, что он способный и затем ему это пригодится, если удастся устроиться тренером где-то за границей. Он все больше прирастал к Ульяне.
 
  90-е годы диктовали свои условия. Множество народа отправлялись в Польшу с баулами различного товара, которые там реализовывали, возвращаясь с долларами и фирменными вещами.
 Диша примкнул к компании своих друзей-спортсменов, и они вместе ездили реализовывать товар.
  У женщины с каждой поездкой росли аппетиты и заказы. То привези шторки в ванную, то фарфоровые чашечки для кофе, чтобы смотрелись на полочках, косметику только фирменную. Модные футболки к джинсам и много всякой дребедени.
 
  Диша снимал комнату у одной и той же польской семьи, приезжая раз в две недели и прятал доллары в матрасе.  И хотя он был привычным к заграничным поездкам, связанным со своим видом спорта, но тряска в автобусах, проверки на границе, затем торговля на открытой местности в холод или перебежки на вокзале от полицейских – все это выматывало его, а порой чертовски раздражало.
 Ему хотелось угодить Ульяне, которая считала, что такие поездки куда выгоднее, чем мизерная тренерская зарплата.

 На кануне предновогодних праздников Дише удалось реализовать много дефицитных товаров, подсобрав приличную сумму. Мужчина торопился на квартиру, чтобы забрать, спрятанные две тысячи долларов, успев на последний вечерний автобус.
 
  Он сразу почувствовал что-то неладное, увидев приоткрытую дверь своей комнаты. Интуиция Митю не подвела. Как только он вошел в комнату, то увидел разорванный матрас, из которого двое мужчин вынимали его деньги.

 Он резко бросился к кровати в уверенности, что легко справится с низкорослыми поляками худощавого сложения, но нож в руках одного из воров, Митька заметил в последний момент, почувствовав, как защемила щека слева и кровь покатилась по шее.

 Он изо всех сил сумел вывернуть руку нападающему, выронившему нож, который закатился под кровать. Конечно, поляки были у себя дома и им вдвоем было проще справиться с Дишей, избивая его, куда попало ногами в твердых ботинках.

 Митя нашел в себе последние силы и дернул все свое туловище, как перед прыжком в воду, чтобы успеть выскочить из комнаты. Уже в парадном один из мужчин ударил его под коленку и на улицу Диша уже просто выползал весь в крови.

 Ему повезло, что рядом остановилась проезжающая машина и водитель сразу бросился к нему, чем фактически спас его, тем самым заставив разбежаться воров.

 В травм-пункте, куда его привез спаситель, ему грубо наложили на разрезанную щеку несколько скоб, где он отдал почти половину заработанных денег, Увидев свое лицо в зеркале на автовокзале, мужчина ужаснулся от небрежно наложенных скоб, понимая, что по приезду домой, необходимо будет искать челюстно-лицевого хирурга.
   С вокзала он поехал не к Уле, а домой к маме.

  Мать опять кричала, что он неудачник, никакой коммерсант, плохой отец и вообще безработный слабак.
 
 Диша позвонил Уле только через три дня, побывав за это время у пластического хирурга, где ему сняли скобы, аккуратно зашив рану. Он не хотел, чтобы она видела его отекшее, в кровоподтеках изуродованное лицо.

  Женщина сразу же стала возмущаться тем, что он поехал сразу к маме, а не к ней. У него настолько болело лицо, что ему совсем не хотелось что-то объяснять. Ему трудно было разговаривать из-за травмированной челюсти, голова раскалывалась, отдавая в виски. Он просто выплюнул из себя :

 - У меня украли все деньги!
 
 И тут она просто доконала его знакомой фразой вечно недовольной мамы, только теперь это сорвалось с уст его любимой женщины:
 
 - Неудачник! – рявкнула женщина и продолжила:
 - Вот это ты мне устроил Новый год. В ванной не будет шторок и новые полочки на кухне будут пустыми, - тут же отключившись.

 В тот же миг на мужчину навалились воспоминания, когда в очередной раз пришел как-то бывший муж Ульяны и подарил ей золотое колечко с александритом, извиняясь перед ним, мол такая женщина достойна, чтобы ее баловали.
 
  Только сейчас, когда физическая боль обострила все моменты из жизни с Улей, вытаскивая из памяти не самые приятные моменты.
 Сейчас ему стало стыдно и одновременно смешно, вспомнив, как Сергей не успев выйти за дверь, как Диша, схватив, подаренное ним кольцо, побежал в туалет и выбросил его в унитаз, смыв тут же водой.
 Тогда он бесился, ревновал, считая, что Ульяна, пусть и не законная жена, но любимая женщина не должна была принимать подарки от бывшего мужа.

  Уля тогда обзывала его идиотом, сумасшедшим спортсменом с отбитыми мозгами, упрекая в том, что он за четыре года совместной жизни  так ничего из драгоценностей ей и не подарил. Все какие-то сувениры да побрякушки и букетики.
 
  И хотя на следующее утро она извинялась, обнимая и целуя, все же какой-то осадок остался. И он все больше замечал в ней какой-то снобизм и мещанство.
 
 И вот теперь, изнывая от дикой боли всего лица и еще с присоединившейся температурой, у него внутри что-то рухнуло, треснуло, разрушилось и растворилось по всему телу, вызывая желание орать во всю мощь. Просто боль не давала такой возможности – выкричаться…

  Митька так и не вернулся к Ульяне после трагичной для него поездки из Польши.

 Правда, после восстановления он зашел за вещами и, сидя на кухне, смотрел на полочки, которые они с такой любовью вместе выбирали по мебельным магазинам, мечтая украсить их различными сувенирами и чашечками, но так ничего внутри него не екнуло, не взволновало. Все было каким-то чужим, как будто он никогда не жил здесь…

  Однако забыть Ульяну ему было не просто. Ему везде мерещились глаза женщины, слышался ее смех.
  Еще два года в его комнате висели портреты Ули, с которых она улыбалась ему, запрокинув свою кудрявую голову и ему порой казалось, что вот-вот она спустится оттуда, бросившись к нему в объятия.
 Он страдал, не замечал женщин в упор, часто стоял под ее окнами, видя, как ее обнимает уже совсем чужой мужчина до тех пор, пока в его жизнь нежданно-негаданно ворвалась смелая, дерзкая женщина, намного старше его предыдущих жен, но с такой мощной девичьей энергетикой, что ему казалось, что это он старше нее, а не она.
   Он был уверен, что именно с ней он добьётся своих целей не только на работе, а вообще по жизни рядом именно с ней.
 
  И, что самое важное, его охватывало такое глубокое и трепетное чувство, дающее ему невероятную уверенность в себе, полюбив так сильно, как никогда раньше.
 
  Прежде, чем пригласить свою любимую на празднование Нового года в свою квартиру, он снял со стены портреты Ульяны.
  Он чувствовал какую-то щемящую боль внутри себя, но не от того, что у него болела душа, а потому, что она любила…

  Мите очень нравилось, что она всегда умела подбодрить, уверяя, что никогда не встречала такого сильного и целеустремленного мужчины, не уставая повторять:
 
  - Ты ведь знаешь, что Дмитрий по своей природе - это лидер, который полон идей и никогда не сворачивает с выбранного пути.
 - И еще, - добавляла Лаура:
  - Пусть Митя и Диша останутся в прошлом, а для меня ты – Дмитрий-Дмитрофан и просто Карабас-Барабас , - шутливым тоном произносила его любимая, похвала которой в любых мелочах была самой важной..
 
    Впереди случился самый непредсказуемый, но желанный Новый год для Дмитрия.
 
     Тогда,когда он впервые влюбился в школьные годы,ему безумно хотелось
   свить свое семейное гнездышко с любимой женщиной, и теперь не было никаких
   преград, чтобы осуществить свою мечту.
    
     И еще ему очень хотелось познакомить своего сына с Лауркой, попросить у
   Гали прощение за причиненную боль, признавшись ей, что он, действительно,
   встретил свою женщину.